Илари вернула на блюдце чашку чая, в которой уже почти ничего не осталось.
– Да, но ведь и сейчас есть один правитель всего Альтерна, но каждый из нас имеет свои земли и свою собственную власть. Думаю, так будет и при новом короле или королеве.
– Ты ошибаешься, дитя моё, – Тартури покачала головой. – Но я вижу, ты уже допила чай, потому, думаю, мы можем подняться в библиотеку и всё обсудить там, где нам никто не помешает.
Илари кивнула и встала из-за стола.
За окнами уже стемнело, и, пробираясь по вечерним коридорам замка, принцесса жадно разглядывала всё окружение, по которому часто скучала. Её замок в Ребитоне был светлее и доброжелательнее – не удивительно, ведь его построили не так давно специально для неё. А замок в Сапенлоте был настолько древним, что казалось, будто каждая стена, каждая старинная ваза, каждая тяжелая штора у окна таит в себе какую-то таинственную историю.
Подойдя к нужным дверям, королева повернула ручку и прошла внутрь. Библиотека замка имела круглую форму. Наверху располагался второй этаж, который шел по стене, а центр оставался пустым, открывая вид на изумительный потолок, выложенный мозаикой. На первом этаже в камине горел огонь, приятно потрескивая и разливая своё тепло, а рядом стояли кресла. Королева прошла к ним и села, сразу накрывшись пледом, а после она жестом пригласила свою внучку сесть напротив неё. Принцесса послушно опустилась в кресло и выжидающе посмотрела на бабушку.
– Было важно, чтобы ты приехала одна, Илари, – начала королева. – Тебе уже известно, что я плохо себя чувствую – старость незаметно подкралась ко мне, но это было неизбежно. Моё здоровье может стать ударом по равновесию Альтерна. Я чувствую свою физическую слабость, и хочу быть уверена, что королевство в безопасности.
– Ты хочешь назначить нового правителя до своей смерти? – спросила Илари.
– Да, верно. Но не назначить…не я приму это решение.
Принцесса нахмурилась.
– О чем ты?
– Тебе известно, что ты, твои братья и сестра получили свои силы от Чаши…
– Известно, – подтвердила Илари.
– Все мои внуки для меня равны, потому земли Альтерна были поделены между вами, чтобы каждый из вас научился править и уметь справляться с ответственностью. Я не могла оставить взрослых внуков с таким потенциалом сидеть в одном замке и жить праздной жизнью, не имея ни цели, ни пути, а просто в ожидании момента, когда кто-то из вас станет всем, а остальные, так ничему не научившись, будут вынуждены искать себе хоть какое-то занятие в королевстве. Но момент, когда правитель должен быть выбран, наступил, не взирая на то, как я распорядилась когда-то вашими жизнями.
– Но почему ты сказала, что это будет не твой выбор? –спросила Илари.
– Чаша, которая даровала вам свои силы, всего лишь выбирала младенца для того, чтобы сделать его в будущем величайшим человеком всех времен. В неё могли бы окунуть хоть тысячу детей, и каждому она дала бы часть своих сил, но на самом деле её дар может принадлежать только одному человеку.
– Что это значит? – Илари покачала головой – Я не понимаю…Мы свою силу уже получили…Но выходит, что нужный младенец, быть может, ещё даже не искупался в Чаше.
– Возможно. Но Амолен исключает это. Ты, Илари, получила от Чаши больше способностей, чем она давала до этого. Способности твои растут и до того уже сейчас велики, что поражают меня, хотя я давно перестала удивляться.
– Что же ты хочешь этим сказать? – выдохнула принцесса. – Чаша выберет меня?
– Я догадываюсь, а Амолен подтверждает, – ответила Тартури.
– Что ещё ему удалось узнать о Чаше?
Бабушка отвела взгляд и, обдумывая ответ на этот вопрос, какое-то время молчала.
– У Чаши много тайн, но мне давно известно всё то, о чём я сейчас рассказываю тебе, – наконец ответила она. – Чаша дает каждому, оказавшемуся в ней младенцу силы – это факт. Но когда она выбрала избранного, то должна была даровать ему столько своей мощи, сколько тот в силах вынести. Со временем ты растешь, твоё тело крепчает, разум расширяет свои границы, и ты живешь в гармонии с силой, которую совершенствуешь каждый день.
– То есть, – сказала Илари, – Чаша подтвердит свой выбор тогда, когда ребёнок вырастет и станет способен нести всю её силу в себе?
Тартури кивнула.
– Именно. Я доверяю Амолену и считаю, что королевству на руку такой поворот событий и появление всемогущего правителя. Потому хочу, чтобы ритуал между тобой и Чашей провели прямо перед коронацией и на виду у наших подданных и союзников, дабы каждый понимал, кто впредь будет стоять во главе Альтерна.
Вдруг принцесса услышала чей-то голос за своей спиной:
– Такая публичность при ритуале необязательна. Сила Чаши, которую она дарует Илари, будет столь велика, что и после никто не посмеет усомниться в том, что перед ним настоящая наследница артефакта.
– Амолен, – принцесса обернулась, увидела эльфа и вежливо кивнула ему в знак приветствия, на что тот ответил поклоном.
– Ты вовремя, – сказала королева. – Я рассказывала своей внучке о том, что ждёт её в будущем.
– Я понял, что принцесса Илари прибыла в замок, когда Чаша вдруг будто ожила и начала излучать энергию. Даже я её почувствовал. Хочу заметить, что это ещё раз доказывает, что артефакт чувствует вашу внучку не так, как остальных обитателей замка. Не хотел мешать вашему ужину и разговору, потому появился только сейчас, но вижу, что вы ещё не закончили обсуждать детали.
– Да, но ты как раз кстати, – сказала Тартури, – я дошла до кульминации своего рассказа. Присядь и помоги мне всё объяснить.
Эльф прошел к ещё одному креслу у камина и бесшумно опустился в него.
– Так вот, моя дорогая, – продолжила Тартури, – когда Чаша передаст все силы одному из вас, другие в тот же миг потеряют свои волшебные способности и станут обычными людьми.
Королева замолчала, давая внучке осмыслить свои слова.
– Вот, значит, как, –вымолвила принцесса.
Амолен чуть наклонился к ней.
– И естественно, что после того, как Чаша дарует все свои силы тебе одной, она больше никогда и никому не сможет что-то дать.
– Почему же вы раньше не рассказали нам об этом? – спросила Илари.
Тартури посмотрела на Амолена, как бы давая ему слово, и он не заставил себя ждать.
– Я настоятельно советовал королеве не открывать эту информацию своим внукам. Во-первых, это знание могло просочиться за пределы вашей семьи, и тогда все эти годы Чаша и все вы были бы в опасности. У кого-то могли появится мысли не допустить воссоединение Чаши и его избранного дитя, но было бы слишком много лет впереди, а значит, и времени для наших врагов, чтобы этому помешать
– Что во-вторых? – спросила Илари.
Амолен снова откинулся на спинку стула, но при этом расслабленным он не выглядел.
– Я никогда не испытывал сомнений в преданности кого-либо из вашей семьи, поймите меня правильно. Но ведь есть риск, что кто-то из вас, одарённых внуков, мог оказаться не согласен с такой участью. Сейчас все вы в сознательном возрасте, и, думаю, что теперь уже в любом случае придётся смириться с данным положением вещей. Альтерну нужен новый лидер. Не может быть у такого королевство четыре правителя. Должна быть целостность внутри, чтобы такая сила, которую способна дать Чаша, помогла укрепить влияние наших земель над всеми народами и за пределами Альтерна.
– Но ведь это могу быть и не я, верно? – спросила принцесса.
– Почти нет сомнений, что это именно вы, ваше высочество, – ответил Амолен.
– А если не ты наследница Чаши, то уж точно и не остальные мои внуки, у которых куда меньше волшебных способностей. Ты всё равно станешь королевой Альтерна благодаря своим уникальным силам.
Все на какое-то время замолчали. Наконец, Илари подняла глаза к своим собеседникам и сказала:
– Что ж, если этому суждено быть, то я не смею противиться. Если Чаша дарует мне те силы, о которых вы говорите, то я обещаю, что стану достойной наследницей королевства. Если же избранным ребёнком окажется кто-то другой, то я с радостью приклоню голову перед ним.