Совсем скоро они уже прохаживались по плиточной дорожке вдоль обесточенного фонтана, болтали о всякой ерунде и ели мороженое, вопреки сезону. Ноябрьский ветер резал, как битым стеклом, утихая и возвращаясь новыми порывами.

– Может, все-таки домой, а? Вкусняшек каких-нибудь накупим, посмотрим че-нибудь, чем на этом дубаке ходить. Поехали, а?

Ангелина ничего не ответила, только помотала головой в отрицании. Она была просто рада возможности выбраться и всласть надышаться свежим воздухом.

Некоторое время они шли молча, просто отпуская внутреннее напряжение. В какой-то момент Ангелина, чувствуя, что ее желудок больше не способен принять ни грамма пищи, отдала свой наполовину недоеденный рожок Розе. Она долго искала в себе решимость для одного-единственного вопроса и, наконец, все-таки отважилась:

– Роз, я тут спросить хотела…

Та остановилась, через плечо посмотрела на сестру, которая чуть отстала от нее. Розе пришлось сделать два шага назад, чтобы поравняться с ней.

– Помнишь ТОТ мой старый телефон? – Ангелина не могла сказать наверняка, что именно заставило ее спросить про мобильник, но с самого пробуждения ей этот вопрос не давал покоя. – Его же тогда нашли в ограде вместе со всеми моими вещами, да? С рюкзаком и… со всем остальным.

С ответом Роза помешкала, точно бы сомневаясь.

– Ну-у… Я не знаю, какой у тебя был телефон. Я не могу его помнить.

– А не знаешь, где он сейчас? – они продолжили медленно брести по площади рука об руку.

– Его же полиция сразу забрала, как только… ты пропала, – сглотнула. – А с чего это ты вдруг о нем вспомнила?

Ангелина пожала плечами, ничего на это не ответив.

– Гель? – и опять никакой реакции. – Не молчи, пожалуйста.

Этот день определенно должен будет стать днем длинных пауз. Но, немного помявшись, Ангелина все-таки заговорила, не поднимая взгляда:

– Мне кажется, что… я кое-что вспомнила.

У Розы с этими словами будто земля ушла из-под ног. Она даже ничего не смогла сказать или спросить, потому что потеряла дар речи.

– Да нет! – замахав руками, поспешила успокоить сестру Ангелина, по непонятным причинам развеселившись. – Я имела в виду, что вспомнила не то, что было со мной в те три года, а что было до этого. В день… то есть в ночь исчезновения.

– Ты вспомнила, как ты исчезла?

– Нет. Только то, что было до этого.

– Может, нам все-таки стоит еще раз попробовать гипноз? – голос Розы охрип и сел, как при простуде. – Мы обязательно найдем хорошего специалиста. На этот раз все получится, просто нужно найти действительного нормального специалиста… – Роза начала тараторить, что ей не свойственно, даже когда она сильно нервничает.

– Нет, – сказала как отрезала. – Только не гипноз. Еще одного раза я не выдержу.

– Но, мож…

– Роза, нет. Мы уже это проходили много раз. Это бесполезно, дорого, и очень стр… – запнулась на полуслове, украдкой посмотрев на сестру. – Страшно. Ладно, давай закроем эту тему. И… поехали лучше домой.

Роза долго пыталась уговорить Ангелину взять такси, но она – ни в какую. Мол, на автобусе тошнит меньше. И они побрели на остановку.

Все проезжающие мимо автобусы оказывались забитыми под завязку, несмотря на выходной день.

Пока стояли на холоде и ожидали своей маршрутки, Ангелина привычно листала ленту в телефоне, периодически поднося руки ко рту и обдавая их пропущенным через легкие горячим воздухом. До этого момента она практически все время держала их в карманах, поэтому не сильно мерзла.

– Ты что, варежки не взяла?

– Забыла.

Роза сразу приготовилась стаскивать кожаные перчатки со своих рук, но Ангелина остановила ее решительным жестом ладони.

– Не надо. Мне не холодно.

– Почему ты зимой ходишь без перчаток? – иногда чрезмерная опека Розы начинала откровенно раздражать, хоть и Ангелина считала, что уже привыкла.

– Еще не зима…

– Да какая разница! Да улице – минус двадцать пять!

Пришлось сдаться – только так Роза отстанет. Но это не помешало Ангелине, вытащив указательный палец, продолжить листать ленту в соцсети.

Запрос в друзья. Некая Валентина Риндевич. Ангелина открыла ее страницу, бегло изучила информацию о профиле. Тысяча девятьсот девяносто первого года рождения. Не замужем. Город – Ростов-на-Дону. Сорок один друг. Девятнадцать подписчиков. Стена практически пуста, никаких постов не публикуется аж с две тысячи пятнадцатого года. На странице – одна-единственная фотография. Эту особу Ангелина вроде бы не знает лично, хотя ее лицо показалось очень знакомым. Где-то она уже ее определенно видела, но где именно? Могло статься, в университете пересекались.

Решив не забивать голову, Ангелина все-таки добавила Валентину Риндевич в друзья и даже поставила лайк на ее фотографию. И забыла бы про эту незнакомку из Сети, если бы не…

– Роз, у меня вода кончилась. У тебя с собой случайно нет… – Ангелина оборвала себя, с разинутым ртом уставившись на противоположную сторону дороги, где подле остановки «Площадь Ново-Соборная» стояла не кто иная, как Валентина Риндевич. Да, это точно она! Ангелина была в этом уверена, пусть и память на лица у нее не самая выдающаяся. Это та самая Валентина Риндевич, минуту назад отправившая ей запрос в друзья!

Ангелина продолжала в открытую пялиться на нее с отвисшей челюстью. В глаза сразу бросился огромный живот, который очень хорошо угадывался даже сквозь длинный теплый пуховик.

Вспомнила. Кажется, на днях она сталкивалась с этой особой в коридоре второго учебного корпуса.

В мозгу отпечаталась яркая вспышка.

– Как тебя зовут?

– Валя. А тебя?

– Ангелина. Геля.

– Очень приятно.

– Взаимно.

– Ты откуда?

– Из… Правообского.

– Никогда не слышала.

– А ты откуда?

– Из Ростова. Черт, приятно встретить кого-то из России.

Валентина Риндевич ответно не спускала с Ангелины глаз. Последняя, по-быстрому проверив чаты и с облегчением убедившись, что никаких новых непрочитанных сообщений там не висит, заблокировала смартфон и убрала его в карман куртки. Но облегчение было мимолетным, ибо Валентина Риндевич продолжала неподвижно стоять по ту сторону дороги и неотрывно смотреть на нее.

Ангелина начала неосознанно пятиться назад, а потом схватила Розу за руку, да так крепко и неожиданно, что та подскочила на месте и негромко ойкнула.

– Геля, ты чего так пугаешь!

– П-пошли отс-сюда, а?

Роза нахмурила брови. Младшая сестра мертвецкой хваткой сжимала ее ладонь, прямо до боли.

– Ты о чем? Куда «пошли»?

– К-куда угодно, т-только д-давай уйдем отсюда, п-пож-жалуйста.

– Да что случилось? – высвободила свою руку.

– Давай просто п-пойдем н-на след-дующую остановку! – в голосе Ангелины начали угадываться ярко выраженные истерические нотки. – Н-не спрашивай н-ни о чем, д-давай просто уйдем!

Роза ничего не успела ни ответить, ни предпринять, так как в кармане ее сумки завибрировал мобильник. Достав телефон и увидев, что на экране высветился абонент «Паша» (его номер за столько лет не изменился), она поколебалась. Но все-таки ответила, пока Ангелина настойчиво дергала ее за свободную руку и что-то лепетала.

– Привет, – вздохнула в трубку. – Ты что-то хотел?

Весь разговор быстро свелся к тому, что Роза отнекивалась от предложений старого знакомого куда-нибудь сходить, а потом…

– Да нет, Паш, не надо нас подвозить… Нет, правда, не надо… Геля не любит легковые машины…

– Да ладно, я все равно здесь недалеко от Ново-Соборной. У племянника машину взял, по работе ездил, заодно подбросил бы вас до дома, – несмотря на завывающий ветер и перекрикивающих друг друга людей на остановке, Ангелина отчетливо услышала это.

– Да неохота специально тебя напрягать…

– Да мне вообще не внапряг.

– Ну-у-у… Э-э-э… – Роза посмотрела на Ангелину, взглядом у нее спрашивая, не сильно ли она будет возражать, если их подвезут. На что Геля судорожно закивала – мол, соглашайся.