Оценки предполагаемого ущерба потрясали — как с финансовой, так и с этической точки зрения.
— Второй Чернобыль, — мрачно сказала она.
Он всю дорогу перечитывал, используя Аполлона, отдельные места из этого файла. Прочитанные данные настолько обрушили его обычный уровень уверенности, настолько, что ему приходилось из всех сил стараться скрыть от своей команды нарастающее смятение.
Поднявшись на опоясывающую верхушки баков галерею, команда, наконец-то смогла сложить принесенное оборудование, в том числе и пару похожих на головки сыра аварийных порталов.
Прямо над ними находилось окно подачи, позволяющее принимать контейнеры прямо с поддона. Сейчас, естественно, оно было закрыто.
— Алана, зачисти теплоизоляцию с верхней части проблемного бака, чтоб было достаточно для прокола. Моши, замерь температуру металла под изоляцией, затем начинай готовить прокол. Колин, готовьвзрывчатку. И вот еще что, ребята… — Они повернулись, чтобы взглянуть на него, заинтересованный непривычной серьезностью, прозвучавшей в его голосе. — Делаем всё медленно и осторожно, хорошо? Мы не можем позволить себе ошибку.
— Сделаем, шеф, — раздался нестройный хор голосов.
Пока его коллеги выполняли указания, Кэл потратил минутку, чтобы изучить резервуар и решетку стальных балок, которые удерживали его на месте, прикидывая, какие из них нужно будет разрезать, чтоб гравитация направила бак в портал.
Схема, которую его электронный ассистент проецировал на поверхность защитного костюма подтвердила худшие его опасения. Двадцать несущих конструкций. Двадцать ебучих разрезов.
Тем временем Алана срезала изоляционную пену с резервуара, и обнажив круг чистого металла диаметром более метра.
— Тридцать восемь по Цельсию, — сказал Моши, — Это хороший знак, внутри бака нет активности.
— Хорошо, — сказал Каллум, — продолжаем в том же духе. Ставим заряд.
Колин разместил кумулятивный заряд в центре очищенной поверхности — черный пластиковый кружок, похожий на толстую монету трех сантиметров в поперечнике.
Каллум открыл первый из принесенных командой контейнеров. Портал, который он взял в руки, представлял собой диск диаметром тридцать сантиметров. С одной стороны это была дыра, которая открывалась в металлическую камеру на станции Хаумея — с другой стороны диск покрывал двадцатисантиметровый слой молекулярных цепей, стабилизирующих квантовое запутывание.
Когда Каллум посмотрел в портал, он видел широкий люк шлюза, обрамленный желтыми сигнальными огнями. Как и всегда он был вынужден бороться с искушением засунуть руку глубоко в портал, чтоб пошевелить пальцами на в приёмной камере на астероиде.
— Генри? Как у нас дела?
— Я в камере. Портал установлен и закреплен на месте. Внешняя дверь готова к открытию.
Сквозь портал появилась рука Генри, показывая поднятый вверх большой палец.
— Ждем.
Колин поднял «волдырь» — временную защитную оболочку, представляющую собой полусферу из невероятно прочной металлокерамики с ободком, на который был нанесен моментально застывающий прочный клей. Каллум закрепил портальный диск в предназначенные для него прорези на вершине волдыря, и они оба, с трудом подняли и закрепили его в центре подготовленного Аланой очищенного пространства.
— Волдырь закреплен, — сказал Каллум, — Генри, открой люк камеры, пожалуйста.
— Понял. Выполняю.
Каллум взглянул на данные, которые Аполлон демонстрировална дисплее козырька, и видел, что давление внутри волдыря упало до нуля.
— Фитц, общий статус, пожалуйста.
— Все системы Хаумеи в норме, — сказал операционный директор, — системы электроснабжения портала работают в штатном режиме, резервное электроснабжение в наличии. Приступайте, Кэл.
— Райна?
— Подтверждаю. Блистерное уплотнение полностью приклеилось к резервуару. Это безопасно, Кэл. Можно приступать.
— Спасибо. Моши, взрывай.
Полусфера содрогнулась от короткого тупого удара, за которым последовал громкий свистящий звук. Аполлон показал ему, что давление в волдыре резко выросло.
— Сифонит как форточка из ада, шеф, — сообщил Генри, — Поток чистый. В основном газ, но есть и твердые фрагменты.
Потребовалось три минуты, чтобы бак опустел. Каллум, Моши, Алана и Колин внимательно наблюдали за работой собранного ими узла, но кроме рева и легкой вибрации ничего не происходило. Да и рев затих через пару минут.
— Первый этап завершен. А теперь давайте подготовим бак для отправки на свалку, — сказал Каллум, — Генри, груз прибудет к тебе через час.
— Я буду готов, шеф.
Моши начал готовить к взрыву горизонтальные опорные стойки, соединяющие резервуар с окружавшими его решетчатыми балками. Он карабкался по опорам, закрепляя кумулятивные заряды на каждой стойке. Алана и Колин использовали свои электрорезаки, чтоб перерезать трубу утилизации в нижней части резервуара под заклинившим клапаном, после чего повторили операцию еще раз, вырезав из трубы двухметровую секцию. Результатом их усилий было полностью свободное пространство под баком.
В то время как его команда отсоединяла бак от удерживающих его на месте конструкций, Каллум начал подготавливать путь, по которому двинется бак, после того, как сработают заряды. Он резал балки, создавая свободное пространство, призванное обеспечить беспрепятственное движение через портал. Он отрезал и скидывал большие куски конструкций в яму внизу, где они грохотали, ударялись и отскакивая от толстых труб, идущих от других резервуаров, пока не долетали до самого дна ямы. Несколько из них ударили по бокам большой портальной камеры, расположенной на несколько метров ниже его.
Чтобы удержать шестиметровый портал, они принесли с собой три опорных штанги — телескопические композитные трубы, которые Каллум и Алана установили под перерезанной трубой, идущей из основания бака. Шарнирные зажимы на концах закрепляли штанги на оставшихся стальных балках.
Вся процедура заняла почти семьдесят минут. Когда они закончили, Каллум сильно вспотел, и Райна был счастлив, когда Райна подтвердила, что удерживающие бак опорные конструкции либо перерезаны, либо подготовлены к взрыву.
Стоя на шатком проходе, он открыл второй футляр, в котором находился еще один тридцатантиметровый диск портала, и положил его основанием вниз на сетку жестко закрепленной портальной камеры.
— Генри, мы готовы. Приступай.
* * *
Как только операция по стравливанию газа из переполненного бака была завершена, Генри выбрался из шлюза вентиляционной камеры и направился обратно в купол «Экстренной дезактивации».
Широкие проходы станции Хаумея представляли собой обычные металлические трубы, окруженные метровым слоем изоляционной пены, распыляемой снаружи, призванные защитить от холода, царящего на находящейся далеко за орбитой Нептуна смерзшемся коме из камней и льда.
Станция не нуждалась в собственных производственных модулях даже на этапе строительства — все её секции и оборудование были изготовлены непосредственно на Земле. После чего они были смонтированы на поверхности ледяной корки Хаумеи, образовав рядиз нескольких геодезических сфер, окруженных радиальными спицами из труб, ведущих к цилиндрическим камерам с порталами разных размеров.
Уже было смонтировано более восьмидесяти камер, большей частью с постоянно открытыми люками наружных шлюзов, позволяющим струям туманного пара выходить из порталов, в процессе сброса ядовитых химических вещества или радиоактивных газов подальше от Земли. Остальные порталы тоже периодически производили сброс контейнеров с отходами, разлетающимися по межпланетному пространство, подобно дроби, вылетевшей из дула гигантского дробовика. Новые купола и порталы регулярно добавлялись — Земля избавилась от накопившихся за долгие века отходов.
К моменту, когда Генри прибыл в купол ЭД, там уже собрались остальные техники. Внутри купола была такая же трехуровневая планировка, как у созданной для работы в невесомости космической станции — это значительно облегчило маневрирование больших машин в условиях крохотной гравитации Хаумеи.