Даже на таком расстоянии старый город поражал воображение, что казалось Деллиану довольно грустным. Никто не жил в нем уже сорок лет. Казалось, что каждый день зеленые лозы и лианы заползали на несколько метров вверх, опутывая небоскребы. Улицы уже давно полностью поглотила буйная зелень. Роскошные квартиры стали домом для различных хищных животных Юлосса, которые преследовали друг друга вдоль заброшенных бульваров Афраты.
— … но это не делает твои слова неправильными, — продолжил Деллиан, — клянусь всеми святыми, я знаю, что мы все должны тренироваться и сотрудничать. Просто… я хочу жить там!
— Мы вернем себе всё, что потеряли, — сочувственно сказала девочка, — когда-нибудь.
— Вот только не надо говорить как директор Дженнер, — ответил Деллиан, передразнивая директорскую манеру разговора, — Все хорошее может произойти только завтра!
— Там? — Йирелла улыбнулась.
— Я хочу выйти за забор. Я хочу подняться на одну из этих башен. Я хочу пойти на пляж и искупаться в море. Я хочу быть на борту одного из военных кораблей, которые там строят и я хочу сражаться с врагом.
— А мы и сделаем. Ты. Я. Мы. Все мы. Кланы — это всё, что у нас есть, мы — главное достижение Юлосса, лучшие из лучших.
— Скажешь тоже, — отмахнулся Деллиан, — это пять святых были лучшими из лучших. Самыми великими из всех.
— Их жертва была величайшей. Мы должны стремиться брать с них пример.
— Мне никогда не сделать ничего подобного.
— Ты сможешь. Я верю в тебя, — рассмеялась Йирелла, — а что до меня, то я мечтаю, чтоб звезда Святилища оказалась реальна.
— Серьезно? — удивился мальчик, — Марок всегда говорит, что Святилище — это просто легенда, басня, которую корабли поколения несут с собой между мирами.
— Все мифы начинаются с правды, — сказала она, — По всей галактике сейчас должно быть рассеяно так много людей, что можно рассчитывать, что они нашли хотя бы одну звезду, которая защищена от врага.
— Если это место реально, мы найдем это вместе, — торжественно пообещал мальчик.
— Спасибо, Дель, — Йирелла кивнула, — а теперь поспешим, я хочу услышать, что Марок расскажет нам о Святых.
Зал Пяти Святых был самым красивым местом во всем поместье — длинный коридор с глянцевыми черно-золотыми стенами, вел к пяти большим комнатам. Горячие солнечные лучиукрощали свой пыл, проходя сквозь тонированную золотом кристаллическую крышу.
Пятнадцать мальчиков и три девочки из группы погодков Деллиана прошли в третью комнату, к пухлым раскидистым креслам из искусственной кожи, на которые так приятно плюхнуться, утонув в подушках, настолько мягких, что воспринимаются как жидкость.
Прямо над ними, на гладкой поверхности хрустальной крыши, была запечатлены монохромные изображениями самих Святых, в то время как на стендах, прикрепленных к стенам, были прикреплены десятки картинок, нарисованных, на мягко светящимся фосфоресцирующем пергаменте самыми младшими детьми клана.
Комната не являлась классом, в том смысле, который обычно вкладывают в это слово. В ней не писали в тетрадках и не было экзаменов. Преподаватели стремились к тому, чтобы дети расслабились, слушая истории о пяти святых. Учителя сделали так, что слушателям самим захотелось слушать эти истории.
Вошла Марок, историк, и улыбнулась. Сейчас она была в женском цикле, поэтому буйная копна каштановых волос доходила до её талии. Породистое, вытянутое лицо Си, казалось, было собрано из очень тонких костей, придавая ей очень привлекательный, но несколько хрупкий вид. Деллиан всегда думал, что если бы ему посчастливилось иметь настоящих родителей, как у людей, которые остались на кораблях поколения, он хотел бы, чтобы Марок была её частью.
— Успокойтесь, — сказала она детям, — Вы достаточно отдохнули после схватки на арене?
Раздалось сдавленное хихиканье и множество взглядов повернулись в сторону Деллиана. Он переносил это стоически.
— Я спрашиваю, потому что насилие — совершенно не то, что понадобится нам в нашем путешествии по истории Святых, — продолжил Си, — До сих пор мы имели дело только с общими понятиями. Сегодня я собираюсь начать наполнять их конкретным содержанием. Чтобы понять и принять Пятерых Святых, оценить значимость их вклада, нам нужно более подробно изучить их поступки. Что ими двигало? Как они собрались вместе? Действительно ли они ладили так, как рассказывали сказки, которые вы слышали? И самое главное, что происходило вокруг них?
— Разве они не были друзьями? — Поднял руку удивленный Ксант.
— Были. Но, не с самого начала. Помните, как пути Каллума и Юрий разошлись на целую сотню лет? Согласитесь, что они не могли быть друзьями в тот период?
— Так кто же скажет мне две причины, которые снова свели их вместе?
— Политика и предательство, — хором пропели дети.
— Молодцы, — довольно улыбнулась Си, — А где это случилось?
— В Нью-Йорке!
— Совершенно верно. Нью-Йорк 2204 года сильно отличался от всего, что вы знаете, и видели, даже от Афрата. А Няка был еще более странным местом…
Аналитическая группа. Феритон Кейн. Няка, 23 июня, 2204
Стюарды начали подавать ужин только тогда, когда Первопроходец был всего в часе езды от базового лагеря Няки. Изысканные блюда для гурманов были разогреты в микроволновке, но, не смотря на это, показались мне довольно вкусными. Я выбрал обжаренные морские гребешки на ризотто с мятой и горохом, а затем небольшой стейк и картофель фри с соусом из красного вина.
Вино было трехлетним Шабли. Неплохо. Я закончил с лимонным крем-брюле, поданным под малиновым соусом. Ужинали мы в тишине, я, как и все остальные просматривали файлы и обдумывали данные о инопланетном корабле, которые нам предоставили. Довольно быстро я пришел к выводу, что, для каких либо окончательных выводов этихданных недостаточно. К схожим выводам, полагаю, пришли и все остальные.
По крайней мере, я так решил, когда они начали задавать вопросы о том, что нового получилось узнать за прошедшие десять дней.
— Вы опознали кого-нибудь из людей на борту? — спросил Каллум, дожевывая пирог с миндальным трюфелем.
— Нет, — отрезал Юрий, — у нас нет такой возможности.
— Уточните, пожалуйста, — не успокаивался Каллум, — Вы не можете это сделать, или не хотите? Идентификация личности является одним из самых простых поисковых запросов, какие только бывают в интерсолнете. Никто не может спрятаться в нашем обществе, не так ли, Алик?
— Всё верно. Избежать наблюдения сложно, практически невозможно, — ответил агент ФБР, мягко, по отечески улыбаясь, — правительство обязано приглядывать за людьми.
— Конечно, для их же блага, — ядовито добавил Каллум.
— Сколько террористических актов было совершенно за последние пятьдесят лет? Даже последние семьдесят пять? Мы предотвращаем их на стадии подготовки.
— С этим я не спорю, — неохотно согласился Каллум.
— Вопрос, как вы это достигли, — резко добавил Элдлунд, — для достижения благой цели вы использовали печально известное упреждающее правосудие. Вы арестовываете людей, только потому, что искины восьмого поколения, изучив их склонности и привычки, пришли к выводу, что эти люди способны сделать что-то плохое. По-вашему, это справедливо?
— А мы и не утверждаем, что это справедливо. Мы утверждаем, что это работает, — Алик пожал плечами, -- распознавание асоциальных паттернов помогло нам побороть преступность. И, к вашему сведению, каждый ордер на арест лиц, посягающих на национальную безопасность, должен быть подписан тремя независимыми судьями. Никто не может быть удален из нашего общества без справедливого и непредвзятого суда.
— О боже, это же всё меняет! Теперь ваши граждане, за которыми вы так рьяно следите, чувствуют себя в безопасности! Это классика — вы, как любое тоталитарное правительство манипулируете при помощи страха, повторяя: «Если ты не сделал ничего плохого, то тебе нечего бояться».
— Если ты настолько озабочен судьбой потенциальных бунтовщиков, то как ты посмотришь на то, что мы начнем отправлять их на Акиту или любой другой мир системы Дельты Павлина, а приятель?