– Я боюсь, мистер Холмс, – признался обеспокоенный мистер Уилсон, беспрестанно шевеля своими червяками-пальцами, – как бы мне не оказаться втянутым в какую-нибудь аферу. Деньги слишком уж приличные. Кто бы отказался! Это и манит, и одновременно пугает. Вот уже почти два месяца я там, и вроде бы все тихо и мирно. Казалось бы, пора уж мне успокоиться, а нет же, мое недоумение только растет. Сегодня я не выдержал. Поверьте, я очень прилежно отношусь к своей работе, но по некоторым косвенным знакам во мне все сильнее растет убежденность, что мистер Росс не очень-то интересуется моими результатами.
– Мистер Росс – это…
– Тот господин, что нанял меня. Так сказать, исполнитель воли мистера Хопкинса, того самого миллионера.
– Но вы не пошли в полицию? – спросил Холмс как можно более бесстрастным голосом, чтобы скрыть свое удовольствие от этого факта.
– Верно, – кивнул толстяк, звякнув цепочкой на шее. – Слишком уж деликатное дело. А вдруг все чисто, и я только зря подымаю шум? Полицейские заявятся с вопросами и еще, не дай Бог, скажут, что по моей просьбе, а может, еще и обыск учинят. Получится очень нехорошо.
– Понятно. Вы не хотите рисковать.
– Конечно! – воскликнул мистер Уилсон. – Такое место! Ни за что не прощу себе, если потеряю его. Вот я и подумал, что вы могли бы аккуратно, так сказать, разузнать и все такое.
– Ясно, – Холмс снял ноги со стола, давая понять, что пришел к определенному решению. – Вот что мне пришло в голову. Разузнать, это вы точно подметили. Но для этого мне нужно как-то попасть в этот ваш Союз. Вы согласны?
– В общем, да, – протянул посетитель с сомнением. – Но как же это сделать?
– Насколько я понимаю, связаться с ними не так-то просто. Это их единственный офис в Лондоне?
– Точно так. Они сами дают о себе знать, если нуждаются в людях. И пока такой возможности…
– Вот и я о том же. Остается единственный выход – подменить вас.
– Меня?! – мистер Уилсон так перекосился от ужаса, будто уже потерял свою драгоценную работу.
– Другого варианта я не вижу. Естественно, на время. А потом, если все пройдет гладко, вы вернетесь к своим обязанностям.
– Подождите-подождите! – заторопился с возражениями посетитель. – Мне категорически запрещено прерывать свой…э-э-э… трудовой стаж. Это первое, о чем меня строжайше предупредили. Ни болезни, ни дела – ничего!
– Но случаются же в жизни непредвиденные обстоятельства. Болезни и дела – еще ладно, а вот, допустим, смерть близких…неужели вам откажут и в этом случае?
– Не хотел бы я шутить с такими вещами, мистер Холмс, – покачал головой мистер Уилсон. – Так и беду накликаешь.
– А вы не подумали, что нехорошая шутка затевается именно с вами, и что до беды, если оставить все как есть, совсем недалеко? И потом, вы же не бросите работу, никого не предупредив. Бросим пробный шар и посмотрим на их реакцию.
– Но у меня, мистер Холмс, нет на примете никого, кто бы помер в подходящий для вас момент. Я давно один.
– Надеюсь, они не интересовались вашими родственными связями?
– Нет. Таких вопросов мне не задавали.
– Так вот. Завтра вы поведаете мистеру Россу о скоропостижной смерти, допустим, вашего любимого дядюшки. С печальным лицом, не забудьте. Положение безвыходное, и вы вынуждены взять на себя все хлопоты по погребению, ведь у покойного в Йорке никого нет.
– В Йорке?
– К примеру. Нужно услать вас из Лондона. Здесь за вами могут проследить. Проверим, сработает ли наша уловка. Если вас не отпустят, что ж, мистер Уилсон, тогда вы преспокойно вернетесь к своим обязанностям, а я займусь изобретением чего-нибудь другого.
– А если отпустят?! – застонал неожиданно тоненьким голоском мистер Уилсон. – Что ж теперь, мне еще и отправляться в Йорк?! Такие расходы! И потом, у меня же касса. Нет, мистер Холмс, решительно, я не могу бросить дела.
– А я и не требую от вас таких жертв. Главное, создать видимость, чтобы ваше начальство поверило в ваш отъезд и не принялось наводить справки. А там как хотите, можете оставаться у себя.
– Но вы даже не рыжий!
– Пусть это вас не волнует, у нас еще есть время это поправить, – Холмс потянулся к камину, чтобы вытряхнуть трубку. – Определимся со сроком. Завтра понедельник, и, как обычно, вас там ждут, не так ли?
– Да.
– Так вот. Утром вы явитесь, поведаете о своей утрате и скажете, что вам срочно необходимо уехать из Лондона на три-четыре дня.
– Лучше два-три! – взмолился мистер Уилсон.
– Хорошо, пусть будет…
– Или один-два, – осторожно добавил мистер Уилсон, стараясь как можно вежливее перебить Холмса.
– Вы не находите, что при таких сроках похороны вашего горячо любимого дядюшки выходят слишком галопирующими? – строго заметил Холмс, не замечая, как содержимое трубки просыпается на пол. – В таком случае может условимся сразу, что я лишь разок подменю вас на пару часов?
– Эх, мистер Холмс, – одутловатое лицо гостя чуть подправилось слабой, но искренней улыбкой, – если б моему дядюшке хватило ума и совести испустить дух в пределах Лондона, я б управился и за такое время!
– Догадываюсь. Похоже вас с ним связывали чрезвычайно нежные чувства.
– Даже более чем следовало бы, если учесть, что я только минуту назад узнал о его существовании.
– И все же вынужден разочаровать вас, – отрубил Холмс. – Мне потребуется три дня. Не меньше.
– Ладно, – сдался мистер Уилсон, грустно посмотрев на носки своих ботинок.
– Скажете мистеру Россу, что на это время подыскали сменщика. Человека надежного, с безукоризненным почерком, не имеющего привычки слюнявить грязный палец при перелистывании страниц солидных изданий.
Мистер Уилсон кивнул медленно и осторожно, будто боялся вытряхнуть из головы усвоенное с таким трудом.
– А мы уж постараемся, чтобы вы не попали в беду, – Холмс явно желал поддержать поникшего гостя. – Веселее, мистер Уилсон. Вы обратились по самому нужному адресу.
– А деньги?
– Что деньги?
– За те три дня, что я пропущу, – шмыгнув носом, мистер Уилсон нашел в себе силы посмотреть прямо в глаза Холмсу. – Они уйдут по тому же адресу?
– Вы имеете в виду…
– Да, самый нужный, – довольно ехидно усмехнулся наш клиент.
– Их получит тот, кто выполнит за вас вашу работу, – спокойно пояснил Холмс. – Это справедливо. К тому же за это мы частично снизим для вас размер нашего гонорара.
– Ах, да! – напоминание о том, что будет еще и гонорар, лишило мистера Уилсона остатков настроения, и он покинул нас совсем уже удрученный.
– Вы действительно видите смысл затесаться в штат этого самого "Союза рыжих"? – едва дождался я возможности задать мучащий меня вопрос. – Что за необходимость такая?
– Значит, вас ничто в его рассказе не удивляет?
– Не то что бы, – пожал я плечами. – Просто я привык к обилию сумасшедших в нашем обществе и не имею ничего против безопасных. Здесь, как видно, тоже затесалось явное безумство, но, как мне кажется, вполне невинное.
– Хотите сказать, мало ли на свете свихнувшихся миллионеров? – подмигнул мне Холмс.
– Вот именно. Американцы, что с них возьмешь! А завещание, сами знаете, такая штука – хочешь, не хочешь, а приходится исполнять.
– И все же не все так безобидно, мой друг, – разом посерьезнев, заключил Холмс. – Уж если даже до нашего бегемота дошло, что что-то здесь не так, мы тем более обязаны насторожиться. Какие версии вам еще приходят в голову, Ватсон, помимо безумного завещателя Хопкинса?
– Ну, – замялся я, потому что не был готов переключиться на "помимо". Мне не хотелось расставаться с мыслью, что все заокеанские богачи законченные психи, так как она была удобна во многих отношениях – кроме того, что являлась, по моему убеждению, и причиной, и следствием их успеха, она оправдывала, увязывала и согласовывала все непонятное, несуразное и противоречивое в событиях, в которые мы решили вмешаться. – Хорошо, Холмс. Раз вы так просите…
– Ну-ну?