Зима царствовала в округе. Поэтому деревья Академического сада, который начинался за кузницей и скрывал Обитель мертвых, Белую башню и конюшню, были до самых верхушек укутаны в белые покрывала. Но лишь за высокой стеной Обители зеленело лето – это тоже было одно из чудес академии. Днем приходить в сад могли все, а вступить в Тайный склеп – только красные и белые мастера: семеро старцев, обитавшие в Белой башне. В нее было невозможно попасть никому кроме хозяев. Этим магам поклонялись – они давно постигли все стихии. Кто-то их боялся, кто-то обожал, но все сходились на том, что попусту тех лучше не тревожить. Поэтому, обойдя стороной величественную башню из белого камня, ярко выделявшуюся на фоне красного кирпича Академии, мы направились к конюшням. Я решила не терять времени и начала расспросы, конечно же, о Тайном склепе.
– Что в нем скрыто?
– Говорят, что там хранятся старинные рукописи, которые доступны лишь тем, кто смог совладать с собой.
– То есть?
– Тот, кто научился самоконтролю, созиданию, способности отрешиться от мирских проблем, контролю над стихиями.
Я склонила голову, ожидая продолжения.
– По Орде ходит много слухов об этом месте, но популярней… – вопросительно посмотрев на Андрэ, едва сдержалась, чтоб не спросить – какой. – Говорят, что в нем живет существо, способное истребить всех, кто войдет в Склеп. Оно охраняет…
Все же не сдержавшись, я, азартно блестя глазами, выпалила:
– Что?!
– Способность контролировать время.
Чего?! Разве такое возможно? Я схватилась за живот, давясь от смеха. Андрэ укоризненно покачал головой и обиженно насупился. Смахнув с глаз слезы, попыталась успокоиться – вышло лишь с третьей попытки. Наблюдая за мной, Андре стал покашливать, стараясь скрыть прорывающийся на волю смех. Заметив это, я все же виновато улыбнулась.
– Прости, если обидела – мне не хотелось этого делать, просто не сдержалась.
Он лишь кивнул, принимая извинения.
На обширном пастбище перед еще крепким зданием конюшни паслось не меньше двух дюжин разномастных коней. Меня удивило их спокойствие, можно сказать – умиротворенность. Может, причиной тому были два вьюта, которые следили за табуном и вовремя отгоняли от них назойливых учеников, решивших потренироваться.
– Нет лучших коневодов, чем эти ребята! Говорят, что они смотрят и за Единорогом, который обитает в саду склепа, – с восхищением заметил спутник.
Из казарм, которых достигли мы уже к обеду, Андрэ принес мне пиалу, наполненную супом и теплую кукурузную лепешку.
– Вот, виэль, вы должно быть голодны.
– Спасибо, Андрэ! Ты мой спаситель.
Он смущенно улыбнулся, и, сев на прохладные ступени казармы, мы с удовольствием начали нашу скромную трапезу. Допивая душистый суп, я с интересом кивнула в сторону обнесенной стеной территории невдалеке от казармы.
– Что это?
– О, туда мы и держим наш путь. Это – Ристалище, там черные мастера совершенствуются во владении мечом, луком и обучают зеленых мастеров воинскому искусству.
Приблизившись, мы услышали шум, звон стали и недовольные окрики. Внутри Ристалище оказалось расчищено от снега и покрыто сеном. На нем были установлены мишени, бревна и другое тренировочное снаряжение. Вокруг оттачивали свое мастерство черные маги, некоторые из них показывали приемы новичкам в зеленых одеяниях. Я узнала кое-что из того, чему учил меня отец и, что не успело еще стереться из памяти.
– Приветствую тебя, виэль, – Влас возник, будто из ниоткуда, но я не удивилась – так рада была увидеть хоть кого-то знакомого. Хотя, зачем лгу – была рада увидеть именно его!
Мы обменялись приветствиями, а Андрэ, извинившись, оставил нас.
– Ты знакома с… А, о чем это я. Ты, наверное, еще ни с кем не познакомилась. Ну, ничего, сейчас это исправим. Ирион!
Отделившись от круга мастеров, яро что-то обсуждавших, к нам поспешил человек среднего роста, крепкого телосложения с добрыми серыми глазами и густой каштановой бородой. На вид он был почти в полтора раза старше нас с Власом.
– Приветствую вас, виэль… Вирт? – он вопросительно взглянул на Власа.
– Карина, – ответил тот, кивая в мою сторону.
– Хорошо, хоть не все знают мое имя, – усмехнулась я, приветствуя черного мастера.
Ирион удивленно посмотрел на меня, не понимая, что имею виду. Улыбнувшись, Влас дружественно положил руку на плечо другу.
– Ирион не интересуется делами Совета – погружен в тренировки. И надо сказать, что это имеет результат – он лучший воин в Орде.
Мужчина отрицательно покачал головой, отчего борода заколыхалась в разные стороны.
– Нет, не лучший. Ты ни чем не уступаешь мне.
Влас прекратил улыбаться и убрал руку с плеча друга.
– Ты не прав, до тебя мне еще далеко. И прошу, давай не будем снова об этом говорить.
Я удивленно переводила взгляд с одного собеседника на другого, не понимая в чем дело. Заметив это, Ирион пояснил:
– Влас должен был тоже тренировать Одаренных, но он отказался, согласившись только на должность Проводника.
Покачав головой, я недоуменно изогнула бровь. И что? Мне всегда казалось, что роль наставника не очень хороша. Поняв мое замешательство, Влас произнес:
– Должность Наставника желаннее, чем Проводника. Это прямой доступ к красным одеяниям. Преподавание – это обдумывание своих ошибок, чтобы Одаренные не допустили их в процессе обучения.
Склонив голову, я задумалась над этим – размышления прервал Ирион:
– Вам нравится в Орде?
Мне пришлось только восхищенно развести руками, так как не хватало слов, чтобы описать ощущения. Поняв это, он улыбнулся:
– У меня было так же, когда я только появился здесь.
Влас задумчиво склонил голову и отстранено добавил:
– У меня тоже…
Затем он довольно холодно попрощался и направился к Академии.
Я вопросительно взглянула на Ириона, но тот недоуменно пожал плечами. Поэтому, сгорая от любопытства, попрощалась с ним и поспешила за Власом, не в силах даже объяснить этого порыва. Его фигура едва виднелась впереди. Я ускорила шаг, осознавая, что все равно не смогу догнать Проводника до того, как он зайдет в здание. И оказалась права – вскоре Влас исчез за большой входной дверью, когда мне оставалось метров сто, а то и больше.
Внутри было прохладно. Я стояла в огромном холле – массивные темные колонны, покрытые странными рисунками – может сценами битв, взмывали к потолку, завораживая красотой. Не став гадать, за которой из четырех дверей мог скрыться Влас, я огляделась. Впереди и по бокам на второй этаж вели широкие гранитные ступени. Любопытство – то самое, которое привело сюда – увлекло наверх по одной из лестниц. Спустя несколько минут я оказалась в столь же огромном холле, но без колонн. На каждой двери был выбит знак стихии: рядом слева – огонь, справа – вода, впереди-слева виднелась земля, а справа – воздух; каждая стихия соответствовала стороне света: юг – огонь, север – воздух, восток – земля, запад – вода. Позже я узнала, что это были библиотеки, которые соединялись подвесными мостами с башнями-лабораториями.
Поднявшись на третий этаж, я наткнулась на дверь красного дерева от пола до потолка с массивными медными ручками. Она была чуть приоткрыта, а сквозь щель виднелись опускающиеся каскадом трибуны амфитеатра, а внизу круглый стол с семью простыми табуретками. Влас стоял с двумя красными мастерами, в одном из которых я узнала Натаниэля. Черный мастер пытался им что-то объяснить. Слова его страстной речи, мне были не слышны – но это и к лучшему. Не желая прерывать их, я поспешила покинуть Академию, и направилась в Жилище. Солнце стремилось к закату. Его косые лучи золотили подтаявший снег на ступеньках ученического общежития.
Едва касаясь пальцами гладких перил, я взбежала на второй этаж по винтовой лестнице и с удовольствием толкнула дверь – она не поддавалась. Что за… Ну, конечно! Она послушно открылась, едва я, воспламенив ладонь, коснулась ручки. Красновато-желтый свет заходящего солнца лился из окна, и поэтому я не стала зажигать свечу. Быстро достала из-под кровати грязные тряпки, бывшие когда-то платьем, затем, сложив их на каменный пол в углу комнаты, подожгла…