Две девушки и парень в зеленом переглянулись. Темно-карие глаза юноши в черном сверкнули чистой злобой. Он шагнул ко мне и попросту схватил за горло. Я, почему-то не испугавшись, так же зло прошипела:
– Неужели, черный мастер, ты пал так низко, что предпочитаешь решать вопрос как обычные люди – голыми руками? Разве ты не обучен манерам? Нельзя хватать даму за шею!
Он сжал пальцы еще сильнее, и мне стало тяжело дышать. Я, лихорадочно глотая воздух, схватилась за его руку и впилась ногтями в кожу. Страх так и не появился – только злоба, сильная и неконтролируемая. Юноша скривил презрительно губы. В этот миг, из-за тощих серых туч выглянула луна и «отбелила» его светлые волосы, делая кожу смуглее.
– Не забывайте, виэль Карина, все Одаренные люди плохо заканчивали жизни. Поверьте мне на слово – не стоит злить «друзей».
Я скрипнула зубами. Злость превратилась в ярость, а тот – в огонь, который опалил мне щеки. Юноша вздрогнул, хотел отстраниться, но не успел. Моя ладонь вспыхнула голубым сиянием – всю ярость я вложила в пощечину. Ближние кусты озарились вспышкой. Черный мастер упал без чувств на мощеную площадку перед самым склепом. Его союзники в ужасе смотрели на меня, не зная бежать им, покинув товарища или же продолжать стоять на месте. Все еще охваченная возмущением, я часто дышала, вдыхая прохладный ночной воздух. Затем, справившись с оцепенением, зелёный мастер подхватил находившегося без сознания друга и, взвалив на плечи, ушел. Следом за ним и остальные.
Я знала, что это – только начало. Черный мастер вряд ли забудет о таком позоре, а это значит, будет мстить. И мне вдруг стало так одиноко. В последнее время Влас при встрече со мной ограничивался только «ритуалом приветствия». Чем была вызвана такая холодность? Я завидовала своим врагам – их дружбе. Почему у меня этого нет? Хватит, не о том стоит думать! Необходимо выяснить, что произошло со мной – там возле склепа!
Этот вопрос занимал до тех пор, пока я не поняла, что в раздумьях непозволительно близко подошла к Белой башне. Под самой ее крышей тускло светилось окно – из-за этого она казалась еще более волшебной и живой.
Сзади раздались шаги. Кто-то шел очень быстро – почти бежал. Резко обернувшись, я увидела Власа в сопровождении Ириона и еще одного черного мастера.
– Виэль Карина, с вами все в порядке?
– Теперь уже да, – я устало улыбнулась, вспомнив стычку в саду, и посмотрела на Власа. В его глазах на удивление отражалась ни задумчивость, ни холодная учтивость, в коей он пребывал последнее время, а ярость. Они стали почти желтыми, а зрачки сузились в щелки.
– Злоумышленники, наверное, направились к кузнице. Ирион, Дан, отправляйтесь следом, а я обеспечу виэль Карине безопасность.
Понимающе улыбнувшись, Ирион ухватил за локоть Дана, и они удалились.
– Кто это был, Карина?
– Я не знаю их имен, Влас. Но одного из них можно будет обнаружить по отпечатку ладони на щеке. Странно, что он потерял сознание – все-таки черный мастер…
– Черный мастер? Как он выглядел, Ари?
– Ари?
– Извини, Карина.
– Да, ничего… просто, давно меня не называли так. Он был чуть выше меня, но ниже тебя, небритый и с почти седыми волосами.
– Дрейк?! Клянусь, он ответит!
– Нет, Влас, прошу тебя! Я не хочу, чтобы кто-то пострадал. Тем более он и так понес наказание. Довольно странное, надо сказать.
Тут я описала ему все, что произошло между нами с Дрейком. Когда же рассказ дошел до того момента, где черный мастер начал душить меня – рука Власа сильнее сжала рукоять меча.
– Они не уйдут от Суда. Я сделаю все, чтобы это так не оставили. Но Карина, ты, сама того не зная, стала полноправным черным мастером. Ты использовала Хвост Дракона. Знаешь, ему очень повезет, если оклемается.
– Так, я убила его?!
– О, нет, не беспокойся, но лишиться памяти у него есть реальный шанс. Завтра я представлю тебя Совету мастеров.
– Но, Влас…
– Карина, поздравляю тебя.
Я с улыбкой дотронулась до его руки, задержав пальцы чуть дольше, чем того требовали приличия.
– Но как вы меня нашли?
– После занятий я искал тебя – хотел поговорить и шел по следу ауры. Потеряв его, я понял, что произошло что-то неладное, и позвал Ириона. Нам удалось найти тебя только здесь, – он взглянул на сияющую молочным светом стену Белой Башни. – Хм-м-м, а что ты здесь делаешь?
– Я… пришла сюда в раздумьях о том, что в Академии у меня нет друзей. Никого близкого, чтоб поговорить по душам. Помнишь тот день, когда я вывихнула кисть, упав с лестницы – тогда мне стало жаль, что нет рядом того, кто мог бы за меня заступиться.
Сняв ладонь с рукояти, Влас потер лоб. Впалые щеки, синяки под глазами – как он исхудал с последней нашей встречи! Что-то случилось? Спросить? Нет, не стоит. Я сцепила руки, дожидаясь его реакции на то, что сказала раньше. Но он смотрел на меня и ничего не говорил. Его зрачки вновь то сужались, то расширялись. Влас приблизился – сердце забилось сильнее в надежде, что он вновь ко мне прикоснется. Рука Проводника приподнялась и тут же резко опустилась.
– Я был рядом с тобой Карина все это время. Просто… мне было запрещено вмешиваться – мое присутствие могло лишь отпугнуть их.
Я ошарашено смотрела на него.
– Влас! Ты знал, что мне угрожает опасность, но не защитил?! Для тебя было важнее поймать этих… нарушителей?
Он, смотря в глаза, сухо ответил:
– Да, Карина, важнее.
Отшатнувшись от него, я недоуменно и немного обиженно воскликнула:
– Почему?
– Академия – это моя жизнь, она подарила мне то, чего я не имел в детстве: защиту, покой, уверенность. И если кто-то решит нарушить ее размеренную жизнь, то я буду в первую очередь беспокоиться об этом, а не…
Не договорив, Влас замолчал и опустил взгляд. Обняв себя за плечи, я тоже посмотрела себе под ноги – лишь бы не на черного мастера. Повисло молчание, которое изредка прерывал свист ветра, пригибающего голые ветви к земле. Шурх, шурх, свищ-свищ – и мороз по коже. Что я здесь делаю? Почему не ухожу? Мне нечего ему сказать. Накинув капюшон на голову, я развернулась.
– Подожди, – я остановилась, зная, что не сдвинусь, пока не услышу то, что он хочет сказать. – Будь осторожна. Мы подозреваем их в краже заклятия стрелы Иврира, но их вина еще не доказана… Я надеюсь, что вы больше не будете совершать необдуманных поступков, виэль Карина.
Во мне вновь заиграл гнев – угли, едва тлевшие, загорелись с новой силой – который тут же сменился болью, вызванной поведением Власа.
– Ты не в праве что-либо указывать! У меня своя голова на плечах.
После этих слов я побежала, боясь, что он увидит предательские слезы, брызнувшие из глаз.
Бежала, не разбирая дороги – эмоции так захватили, что даже не заметила идущего навстречу альва. В результате врезалась, да с такой силой, что едва не упала, но меня вовремя поддержали. Подняв голову, я встретилась взглядом с изумрудного цвета глазами. Резко очерченные губы альва тут же изогнулись в приветливой улыбке – это был Натаниэль, давний собеседник из сада Обители. Я попыталась вырвать локоть из его рук, но с первого раза это не получилось. Натаниэль, удивленный таким поведением, тут же разжал пальцы и отступил на шаг. Понимая, что поступила грубо, я виновато улыбнулась.
– Простите, не хотела вас обидеть.
Он отрицательно качнул головой.
– Вам не за что просить у меня прощения. Это я задумался и не заметил вас. Но… вы плакали?
Натаниэль нежно коснулся щек, проведя по следам, оставшихся от слез. Не зная, что делать, я стояла не шелохнувшись – зарделась, как маков цвет. Дура! И почему стесняешься? Надо что-то сказать…
– Все в порядке. Просто соринка в глаз попала.
Альв понимающе улыбнулся. Покраснев еще больше, я склонила голову, чтобы скрыть лицо.
– Я слышал о нападении, которое произошло на вас – Ирион сообщил об этом. Так же он сказал, что злоумышленников уже схватили и вскоре представят перед Судом. Их, скорей всего, отчислят.