- Кто такой Гилли?
- Это тот, кто придумал костюм "Леший". - Пояснил Петя. - Все, дуй, связь держим по рации. Главное, наведите побольше шороху, стреляйте из пулемета, снаряды не тратить. Когда зачистим местность, то можно будет посмотреть эти поделки, вдруг что пригодится.
- Люди спят, а мы их давить будем. - Произнес гоблин, глядя на палатки.
- Эти люди сами бы нас с удовольствием придавили. - Ответил ему орк. - Раз уж мы попали в мир, где война в порядке вещей, то и играть нужно по его правилам.
- Вообще-то они не виноваты, им просто древесина была нужна. - Заметил Мелкий.
- Людям тоже древесина просто нужна и сколько леса они уже извели? - спросил его Петя. - Потом реки засыхают, в тайгу приходят ветра и пожары, которые сами людишки и провоцируют, животные гибнут, виды исчезают, даже заповедники уже не помогают и туда добрались. А тут наступает заря научно-технологического прогресса, они вряд ли собирались на месте вырубок леса садить - видишь как пни торчат. Эти просто пришли, потому что надо. Вот я и хочу выяснить, зачем.
- А если маг не знает ни хрена?
- Пока не спросишь, не узнаешь. - Петя хлопнул гоблина по плечу. - Давай дуй. Где граница эта проходит, кстати?
- Да метрах в ста от нас, где вырубка заканчивается. - Мелкий показал рукой. - Если спустишься там, то окажешься ближе к палаткам.
- Понял.
Гоблин исчез в кустах, болотник остался. Обратную дорогу к танку Мелкий нашел бы и без его помощи - у него в голове словно включился курсограф, который точно записывал весь пройденный путь, а встроенный навигатор позволял точно ориентироваться на местности. Наверное, у Пети такой же, подумал Мелкий, быстро двигаясь по ночному лесу. Он мысленно ругал себя на длинный язык, но сдерживаться не мог, слова будто сами давились наружу. Будучи человеком, Мелкий, конечно, был языкастым и за словом в карман не лез, но знал, когда можно трепаться, а когда стоит сдержаться, а тут у него как будто отключили ограничитель. Да и по большей части он не был таким уж уродом, которым выглядел, просто иногда инстинкты тела брали верх над помешенным в него разумом.
Мелкий добежал до танка и полез на броню, услышав, как ругается Шаман.
- Придурок мелкий, я чуть тебя не пристрелил! А где сержант?
- Там остался. - Махнул рукой гоблин. - Тормоз, заводи, сейчас поедем народ пугать.
- Куда именно? - спросил тот. - Я там не был, дорогу не знаю.
- Спрячься. - Это Мелкий приказал девчонке. - Я люк закрою. - Он завозился с пулеметной лентой, доставая ее из полной коробки. - И ничего тут не трогай. Тормоз, может освободишь мне место, я поведу.
- Ты же не умеешь, э.
- С чего бы это? Я ведь мехвод, такой же как и ты, так что давай, шевели своей толстой задницей.
- Ага, щас, размечтался.
- Слушай, Тормоз, ты что, хочешь, чтобы сержанта порубили там на куски?
- Зачем он остался? - спросил Шаман.
- Хочет взять мага живым, а для этого нужно навести такой шорох в лагере, чтобы все резко напугались и даже не думали о сопротивлении. Поэтому, когда подъедем поближе, то включу фары, это ослепит часовых, а ты, Шаман, работай по палаткам из пулемета.
- Спящих людей перестрелять?
- Так ты же недавно так и делал. Чего тебя смущает?
- Ну да. - Уныло согласился тот.
- Ну то, борода, дашь порулить?
- Я же побрился вроде. - Провел Тормоз рукой по подбородку, волосы с которого срезал ножом, а потом попытался им же побриться, но вышло не очень - то там, то тут торчал пук, да еще и порезался в нескольких местах.
- Один хрен щетина уже торчит. Давай, перелезай на место командира, наблюдателем будешь.
- Ладно, уговорил, черт зеленый. - Гном и сам понимал, что не зная, куда ехать, он хорошо работу не сделает.
Мелкий живо перебрался на место мехвода, сел за рычаги, щелкнул парой тумблеров, прокачивая масло, потом завел двигатель - компрессор не подвел и танк запыхтел, выдохнув клуб черного дыма, который в темноте не было видно. Руки привычно легли на рычаги, он захлопнул люк, подключил ТПУ.
- Проверьте герметичность.
- Слышь, подводник, это тебя сержант командиром назначил? - спросил Шаман, чуть толкая его ногой в голову.
- Это я сам, а то вдруг вы забудете. - Ответил весело Мелкий. - Ну что, раки, погнали?
Танк взревел двигателем, распугав все окрестное зверье, да и в лагере наверняка уже проснулись и направил машину чуть вправо, чтобы объехать холм, с которого наблюдал сержант. Девчонка молчала, слушая переговоры экипажа и не лезла со своими советами, хоть на этом спасибо. Она изредка поглядывала на крупного гнома, которого также как и орка, эльфа и гоблина видела впервые в живую. Он был похож на нескладную копию человека - слишком страшный, весь какой-то квадратный, с мощными крупными руками и ладонями, способными держать кирку и лопату, но никак не писало или лист бумаги. Гном словно почувствовал ее взгляд, посмотрел на Самию глубоко посаженными маленькими глазками, потом приник лбом к прибору и так застыл. Сама девчонка повторила это его движение и увидела в круглой черной дырочке лес и кусты, которые подминались под танком. Машину бросало еще больше, чем когда ей управлял гном, но теперь она уже ученая и предварительно ухватилась за поручни.
Естественно, в лагере услышали рев танка заблаговременно и народ высыпал из палаток, обсуждая, что это за странный зверь такой рычит. Маг тоже вылез и теперь Петя четко разглядел человека, одетого в подобие рясы как и тот волшебник в крепости. Видимо, это их отличительная черта - одеваться как попы и рассекать в свободных одеждах. Зато его можно без труда отличить в толпе. Орк сжал рукоять АКСУ, который просто утонул в его ладонях и придвинулся еще ближе, залегая за пеньком - кусты были все вырублены, чтобы лазутчики не подобрались.
Танк ревел все ближе, народ потянулся к границе магического поля, кто-то запалил факелы, чтобы лучше видеть, часть притащила небольшие переносные баллисты и поставили их в направлении рычащего зверя. Маг не отдавал приказы, а словно наблюдал за этим со стороны, а командовал другой человек - усатый воин в доспехах, при мече и кинжале, инкрустированным дорогими камнями. Петя взял себе его на заметку, может лучше допросить его, а мага просто прирезать, чтобы колдануть не смог? Ничего, разберемся по ходу дела.
Танк вывернул из-за холма, включил фары, из-под его гусениц летела земля, он рычал и выл. Заметив это страшилище, люди сперва струхнули, но главный проорал приказы, часть из них кинулась к стоящим катапультам, а охрана начала обстрел чудовища из баллист. Катапульты надо было еще привести в боевую готовность, нагреть воду в котлах, а это явно не быстро, поэтому главарь надеялся на защиту мага и сдерживание зверя с металлической шкурой баллистами - за слепящим светом фар невозможно было рассмотреть, кто там бушует и рычит. Колдун начал бормотать заклинания, чтобы обрушить на голову чудовища каменный дождь, он уже почти заканчивал плетение, как магическое поле лопнуло - монстр просто взял его на таран и его мощности было достаточно, чтобы проломить пленку. Все вокруг засверкало, люди зажмурились от яркого света и прочих эффектов, а вот Петя ждал чего-то подобного. Его зрачки сами сощурились до нужного состояния, обеспечивая хозяину видимость, он чуть сместился и открыл огонь по магу из автомата. Пули прошили тело волшебника и вся накопленная им энергия неожиданно высвободилась, создав шар некой субстанции, который лопнул, опрокинув всех стоящих на землю.
Танк сеял хаос в лагере - он развернулся на месте, давя брошенную баллисту, башня повернулась и застрекотал пулемет, разрывая ткань палаток и прошивая доспехи, где-то пули уходили в рикошет, попадая в металл под определенным углом и создавая еще больше проблем. Люди метались по лагерю, некоторые бросились бежать, главарь пытался отдавать им приказы, однако демон, что бушевал на месте строительства, совершенно был неуязвим. Главарь проорал призыв и самые его преданные воины кинулись в атаку, обнажив мечи, как часть из них упала, сраженная стрелами - кто-то очень метко стрелял из темноты. Рабочие, воины, охрана, инженеры, все начли падать сраженные невидимыми стрелками, в лагере возился демон, рвя палатки и шумя, разбрасывая землю в стороны. Главарь не знал, что делать - нападение было неожиданным. Он оскалился, понимая, что болотники призвали в свою защиту какого-то демона и поклялся, что вырежет этих зеленых лягушек до самого последнего ребенка.