Ведь тот древний спутник разлетелся на множество осколков.
Ненавижу переходы, границы во времени и пространстве, особенно те из них, что отделяют одно состояние от другого. Они и есть самые опасные. Каждый человек дважды пересекает главную черту — когда рождается и когда умирает. И то и другое дается нам непросто.
Темнота поджидает с обеих сторон.
Мысли об этом неизменно пугают меня, ведь мне не удается гармонично перетекать из одного состояние в другое — война и мир, радость и печаль, друзья живые и мертвые. Однажды я видел умирающую кошку. Ее задавил грузовик, сдававший задом у нас во дворе. Испуганный ревом мотора зверек заметался из стороны в сторону и угодил прямиком под колесо. Когда грузовик уехал, я склонился над искореженным тельцем. Заглянул в глаза кошке и прочел в них непередаваемую муку. Потом по ее телу прошла дрожь, а взгляд потух. Та кошка достойно встретила свой конец. Она знала толк в переходах и границах.
Переступила черту без единого звука.
Надеюсь, у меня хватит мужества уйти так же.
Сейчас я нахожусь в Мадигане, охраняемом военном госпитале, из которого мне едва ли удастся вырваться. Впрочем, не все так плохо: тут вполне приличная трехразовая кормежка, вдоволь воздуха и воды, не воняет мочой и не надо носить гермоскаф. Одним словом, я доволен.
Я так и не узнал, что случилось с Элис. Может, ее держат где-то по соседству, в карантине, ведь она провела со мной очень много времени. И я все еще надеюсь, что Джо придет за мной, хоть это и чистой воды безумие.
Впрочем, под это определение можно подвести многое из того, о чем я думал, поднимаясь на орбиту и возвращаясь домой. Но Земля теперь не единственный дом для меня. Мою голову переполняют сумасшедшие идеи и мечты.
Цезура
Ну что, наверное, настало время поделиться кое-какими выводами.
Слушайте внимательно, потом перескажете Джо. Может, он и так все знает, но вдруг нет?
Порошок, который мы с легкой руки Диджея прозвали крепким чаем, — не споры таинственных бактерий и не инфекция в привычном понимании слова. Это память. Разумные существа с древнего спутника создали кристаллы, которые выделяют зеленую пыль. Этот порошок помогает кобольдам возобновлять работы всякий раз, как вода возвращается в штольню.
Но он действует так же и на людей, проникает в клетки нашего тела, в наш мозг, и мы вспоминаем о событиях, никогда с нами не происходивших. Этому есть только одно объяснение.
Когда спутник врезался в Красную планету, много эонов назад, на безжизненные равнины Марса обрушились триллионы тонн льда — оболочка метеорита — и камней — его ядро. Спутник засеял Красную планету. Дождь и снег превратили ударные впадины в океаны, и Марс ожил — на несколько миллионов лет.
Но осколки от столкновения попали в космос, и некоторым из них удалось преодолеть притяжение Марса и долететь до Земли.
Существа с ледяного спутника засеяли и нашу планету тоже, и мы — по крайней мере, частично — их потомки, наследники древнего знания. Зеленая пыль для нас — открытая книга, главное — расшифровать, воссоздать информацию, которую кобольды пытались сберечь в течение миллионов лет. Секреты альтернативной истории. Выводы, ощущения, оценки — первобытная мудрость.
Зная об этом, гуру распорядились послать на Марс подрывную команду Койл. Они на все готовы, лишь бы остановить нас. Но зачем? Ведь гуру прилетели на Землю, чтобы помочь людям. Или нет?
Что, если зеленая пыль может перечеркнуть все их планы?
И они не хотят, чтобы мы учились?
«А может, — размышляю я, — антагов забросило к нам на осколке метеорита, прилетевшего из облака Оорта?» Как тогда поменяется расклад?
Антаги наращивают силы, наголову разбивают корейцев, европейцев и русских, уничтожают наш большой бросок, гонятся за взводом Джо, а в промежутках швыряются кометами — и все из страха, что кто-то отведает зеленого чая?
Кто-то из колонистов или бойцов.
Неужели все разом захотели стереть штольню с лица Марса?
За решеткой
Я изложил на бумаге почти все, в том числе и события, про которые рассказывал Элис. Теперь готовлюсь отослать свои записи вместе с монетой. Доктора не горели желанием производить полостной осмотр у заразного пациента, а когда они наконец собрались с духом, было уже поздно. Только не надо расспросов — как и куда. Достаточно сказать, что кое-кто из здешних знаком кое с кем, кто знает Джо, а Джо все еще на свободе.
Он стал настоящей легендой Мадигана.
В понедельник ко мне пришли трое докторов. Разговаривали со мной через окошко в двери. Сказали, что карантин закончится через пару недель, и тогда меня передадут в заботливые руки Эскорта.
Значит, я скоро умру. Или познакомлюсь с гуру. Очень надеюсь, что они не сделают ничего с моими воспоминаниями о другом мире. Если же гуру уничтожат их — или меня, — и останутся только эти записки, то вот самое главное:
Титан. Спутник Сатурна, расположенный в полутора миллиардах километров от Земли. Некоторые из наших уже пали там смертью храбрых. Какие скафандры носят на Титане? Атмосфера из метана и азота с примесью ацетилена и пропана окутывает Титан желто-оранжевой дымкой, в его маслянистых недрах залегают сложные углеводороды, а под ними — лед и глубинные океаны, омывающие неоднородное каменное ядро.
Нетронутый — по крайней мере, пока.
Древний и холодный.