— Я понимаю… Я сейчас… Вы идите.
Друзья молча вернулись к костру. Ригэн коротко взглянул на них.
— Рано или поздно, — вздохнул лорд, — это должно было случиться, ей действительно нелегко.
И всё же после Фламии им везло. То ли по счастливому стечению обстоятельств, то ли благодаря тому, что влияние города было всё ещё велико, окрестности некоронованной столицы были свободны и от наёмников, и от драконов, и от непонятных людей в алом. Вместо разорённых пепелищ — нормальное человеческое жильё с запахами и звуками домашних животных и птицы. Вместо боли и горя — обычная жизнь. По крайней мере, таковой она казалась со стороны.
Сначала осторожно, а затем всё спокойнее и спокойнее, путники ночь за ночью проводили в придорожных постоялых дворах.
В какой-то момент они даже заговорили о лошадях, ведь если так пойдёт и дальше, им не зачем опять подниматься в горы, где животные были только помехой.
В Вердату, городок на самой границе фламийского герцогства, они вошли, когда уже начали скрипеть железные блоки подъёмного моста и запираться на ночь двери и окна.
По обычаю пограничных селений, город был окружён не только крепостной стеной, но и широким рвом с водой. Со временем ров обвалился, вода высохла, и только глубокие заболоченные ямы напоминали о том, в каких сражениях побывал в давние времена Вердату. Тем не менее, крепостные стены и подземные ходы были целы и содержались в порядке, так что при необходимости город до сих пор мог выдержать серьёзную осаду.
Припомнив карту государства Тразан, Фиджин уверенно объявил, что недалеко от города начинается пустыня, которая на востоке тянется до герцогства Майлс и граничит с одной из самых неприступных крепостей, Шаспагом, а на западе огибает горный хребет, закрывающий выход к морю. Торговый тракт, которым друзья хотели двигаться дальше, шёл в обход пустыни и петлял между крутыми Карстенскими холмами и каньонами. Другого способа попасть на юг, в Кинтан, не было.
Путники остановились в первой же попавшейся таверне, в которой, несмотря на позднее время, ещё горели свечи. На втором этаже нашлась подходящая комната, и, наскоро поужинав, они погрузились в крепкий сон.
Солнце поднялось уже высоко, когда звуки просыпающейся улицы разбудили Ригэна. Что-то в них привлекло его внимание. Осторожно ступая, маг подошёл к окну и выглянул. Минуту спустя он тронул за плечо спящего лорда и, прижав палец к губам, указал на окно.
По улице прогуливались солдаты в тёмной форме наёмников. Но это было не самое худшее. Среди них ярким пятном пламенел алый плащ.
Фиджин молча отпрянул от окна.
«Наёмники и алые. Что бы ни творилось в Вердату, надо поскорее убираться отсюда».
Громко разговаривая, солдаты со смехом прошли мимо таверны. Фиджин оглянулся на спящих друзей и прошептал одними губами:
— Я вниз. Расплачусь и куплю еды. Не буди их пока. Потом быстро уходим.
Маг молча кивнул.
Даже в такой ранний час на первом этаже было шумно и многолюдно. За длинным деревянным столом, сидела большая компания городских стражников. Фиджин направился к дубовой стойке. Усталая женщина в несвежем фартуке поставила перед ним кувшин с молоком.
— Что закажет молодой господин?
— Хлеба, сыра и всё, что можно взять в дорогу. Сложите в корзину. Мы уезжаем.
Женщина кивнула и отошла.
Один из стражников в форме командира наёмников внезапно хлопнул лорда по плечу.
— В чём дело? — обернулся Фиджин.
— Эй, парень, выпей с нами за здоровье мудрого Государя Стуфера… — Наёмник вдруг отставил кружку и с размаху стукнул кулаком по столу. — Подожди-ка, подожди… Ха! Вот это удача! Клянусь Небом, я тебя знаю!
— Кто ты такой?
— Ребята, я его знаю! Убей меня дракон! Да это же один из лордов неприсоединившегося герцогства. Младший сын Правящего Ломрата. А ну, держи его!
Несколько человек схватили Фиджина за руки. Лорд извернулся, вскочил на стол и ногой отшвырнул ближайшего стражника. Другой с воплем откатился в сторону, держась за проломленную голову.
Перескочив через ветхие перила, с лестницы молча прыгнул Ригэн. Несколько минут они яростно сопротивлялись, но силы были слишком неравны, и скоро Фиджин лежал на полу с заломленными за спину руками.
— Как поживает вольный Ломрат?
Красное, заросшее щетиной лицо наёмника вплотную приблизилось к перекошенному от боли лицу Фиджина.
— Каким счастливым ветром занесло сына Каласта в наши края?
Наёмник сноровисто обыскал пленника и присвистнул от удовольствия.
— Ого, деньги! — Он взвесил на ладони кошель. — Я вижу, ты не бедствуешь, Фиджин. Думаю, ты не будешь против, если я возьму это себе. — Кошель ловко перекочевал в его карман. — Молчишь? Ну-ну… Да будет тебе известно, господин лорд, что ты нарушил закон, запрещающий жителям неприсоединившихся герцогств появляться в городах Государя. И разве ты не знаешь, о высокородный, — в его голосе звучала откровенная издёвка, — что нынче за живого лорда из вольных городов обещана награда. Кругленькая сумма, надо сказать.
Фиджин с трудом поднял голову.
— Я тоже узнал тебя, лорд Зиред, — произнёс он.
Наёмник расхохотался.
— Смею заверить, бывший лорд, а теперь верноподданный Нового Господина. О, это сила, которая даже не снилась вашим самодовольным свободным герцогствам. Яперестал быть лордом, я стал вассалом и горжусь тем, кому служу.
— Кому же ты служишь?
— Очень скоро ты сам всё узнаешь! — Наёмник обернулся. — В клетку его! В Шаспаге решат, что делать с ним дальше.
Фиджина рывком поставили на ноги.
— Эй, командир, а с этим что? — Стражник указал на Ригэна, которого удерживали несколько человек.
Зиред коротко взглянул на мага.
— Да у него на лбу написано, что он тоже лорд. А два лорда гораздо лучше, чем один. Туда же его, да свяжите покрепче, не нравится мне, как он зыркает. — Наёмник с усмешкой обратился к Фиджину: — Прощай, наследник. Не скрою, я был очень зол, когда ты, мальчишка, обошёл меня на турнире в Аткасе. Ты ловко сражался. И потом на балу… Я до сих пор помню твою песенку. — Зиред засвистел какой-то мотив. — Она так нравилась дамам… и разрази меня гром, если ты не сам сочинил её!