К тому времени, когда нынешний Правящий лорд вступил на престол герцогства Ломрат, оно оставалось одним из трёх неприсоединившихся, свободных герцогств Паркса. Северные города и дикие племена Загорья не в счёт: они всегда стояли особняком среди населявших его народов.
Всё настойчивее Лорд-Государь королевства Тразан давал понять, что не мешало бы этим троим одуматься и занять наконец подобающие им места в Совете лордов-правителей. Там, на широкой, отполированной до блеска, резной скамье, всё ещё оставались три незанятых места с гербами Ломрата, Аткаса и Вердату. Однако вольные торговцы и землепашцы не спешили становиться верными вассалами Государя Стуфера.
Гордый, богатый и древний Ломрат был средоточием непоколебимой уверенности в будущем. Его торговля процветала, и вокруг города вырастали всё новые деревни. Его правители были разумны, люди радушны, но, как и любой из свободных городов, Ломрат при необходимости превращался в военную крепость.
Криш, пробиравшийся этим ранним летним утром по мокрому от росы молодому ельнику, был истинным сыном Ломрата.
Сначала ученик главного конюшего, затем второй берейтор и ловчий Двора, он всего месяц назад отметил своё совершеннолетие. Лошади были смыслом и страстью всей его жизни. Когда конюшенные мальчики принесли весть о том, что в Ломрат на ярмарку идёт северный караван с лошадьми, Криш понял, что должен делать. Он находился в предвкушении этого события так долго, что подождать ещё один день было выше его сил. На следующее утро в тайне от всех второй берейтор Двора отправился навстречу обозу.
Обзавестись лошадью северной породы — настоящая удача для конника. О чудесных скакунах Севера — выносливых, преданных, умных — ходили легенды, и жители герцогств готовы были платить какую угодно цену, лишь бы заполучить их в собственную конюшню. Благородные животные многократно окупали любые траты.
Вот только почему-то они не давали потомства нигде, кроме родных выпасов. Криш, в душе не слишком веривший подобным россказням, тайком от главного конюшего потратил много времени в надежде получить жеребёнка и наконец сдался. Лошади были словно заговоренные.
Северяне очень редко продавали своих лошадей, справедливо считая, что не каждая конюшня достойна такой чести. Криш заранее изнывал от мысли, что лучшие скакуны могут достаться не замковой конюшне, а, например, городскому цеху пекарей, и прекрасное животное, украшенное розовыми цветочками и побегами повилики, будет красоваться рядом с важным толстым булочником на одном из городских праздников.
Криш уже мысленно спорил с казначеем, приводя доводы, которые заставят раскошелиться старого скрягу. Главное, увидеть лошадей раньше остальных покупателей, а там, если понадобится, можно обратиться и к самому Правящему.
Солнце поднималось всё выше, стены Ломрата давно скрылись из виду, но никаких признаков торгового обоза северян не было видно…
…Северяне — ювелиры, конники, воины, ремесленники, лекари — никогда не искали близкой дружбы с жителями западных и южных равнин, хотя и говорили на одном с ними языке. Лишь временами они нанимались в лучники к Правящим лордам, да приезжали на богатейшие ярмарки Ломрата, куда стекались купцы со всего королевства. Сделанные ими украшения были достойны царственных особ, лекарские снадобья — на вес золота, а сбруям и подковам не было сноса. Обо всём этом Криш знал не понаслышке: его прабабка сама была родом с Севера.
Солнце давно перевалило за полдень и припекало вовсю.
Изнывая от духоты, Криш уже всерьёз сомневался, что караван существует на самом деле. Внезапно в лесу стало очень тихо, словно перед грозой, а затем…
Инстинкт заставил его упасть на землю и вжаться в полуразрушенную лисью нору. Над кронами деревьев медленно летел… дракон. Огромное изящное тело непостижимым образом легко скользило в воздухе, и тень от распростёртых крыльев, словно тень от облаков, бегущих в ветреный день, пересекала пространство поляны.
Не смея пошевелиться, ловчий долго вглядывался в кроны деревьев, за которыми исчезло ужасное видение.
Когда Криш наконец поднялся, то понял, что он не один.
На поляне появилась маленькая сгорбленная фигура.
Это была женщина.
Она брела словно на ощупь, глядя перед собой невидящими глазами. Её одежда — штаны и синяя туника из тонкой замши с кожаным кружевом — была обожжена и разорвана. Лицо и волосы почернели от грязи и копоти. Обеими руками держась за голову, она шла мимо Криша, не замечая его.
«Это платье, волосы, собранные в высокий хвост и перевязанные кожаными шнурами с серебряными кольцами… Северянка! Так одеваются в северных городах. — Криш сглотнул. — Обоз! На обоз напал дракон!»
— Эй, — негромко окликнул он, — постойте! Женщина медленно остановилась и, поморщившись словно от боли, подняла голову.
«Великие Небеса! Она же совсем молоденькая!» Северянка смотрела на Криша, но в её глазах была пустота. И от этого невидящего взгляда ему стало страшно: девчонка была явно не в себе.
— Э-эй, послушай… Ты меня слышишь?
Она сжала виски ободранными пальцами.
— Н-не знаю… Да, слышу…
— Что случилось? Ты ехала с обозом? Где остальные?
Её взгляд по-прежнему был пугающе пуст, и несколько мучительно долгих мгновений она силилась понять его слова.
— Не знаю…
— Ты помнишь, откуда пришла?
— Не знаю… — Между её бровями пролегла глубокая складка. — Не помню…
Убедившись, что не добьётся толка, Криш усадил её на траву.
— Сиди здесь, никуда не уходи. Я скоро. Может, твоим нужна помощь.
Девчонка медленно кивнула и сложила руки на коленях. «Как неживая», — по спине у Криша пробежал холодок.
— Никуда не уходи, — громко повторил он, — жди меня здесь, поняла?
— Да, — бесцветным голосом ответила она.
Криш огляделся в поисках каких-нибудь следов. Он был уверен, что в таком состоянии девчонка не могла забраться слишком далеко.
Несколько минут спустя ловчий понял, что идёт в нужном направлении: его ноздри уловили запах дыма, который с каждым шагом становился всё сильнее. Вскоре Кришу пришлось зажать нос, потому что к запаху дыма прибавился ещё один — тошнотворно-сладкий запах палёного.