Печально и светло играли в цирке скрипки,
И пела флейта, словно человек.
Напев далекий, праздничный и зыбкий
Лучом ручьистым падал на песок
Оранжевой, утоптанной арены.
Был дух зверья и аромат листвы.
И нервничали молодые львы.
А женщина осанки королевской
Серебряный стянула поясок
На платье из небесной пены.
Дюймовочка, цветочный человечек,
Ласкала львов, как молодых овечек:
— Пора, мои хорошие, пора!
Спокойной ночи, ласковые, спите… —
И, алые упрятав языки,
Ложатся львы на теплые пески.
Им снится платье из небесной пены
И пение немерзнущей реки.
А посреди оранжевой арены
Ликует женщина.
Спросонок львы храпят.
Она легко садится на хребет
Любого льва. Качается, как птица,
На океанских волнах.
Тишина…
Над куполом звезда оглушена.
И мама, незабвенный ангел детства,
Торопит в небе маленький паром,
Чтоб крикнуть мне:
— Запомни это средство!
Добром и лаской, лаской и добром!
