Архиепископ Кто прав и терпелив, тот может подождать: Лишь слова твоего прошу я без коварства. (Уходит.) Император Пожалуй, этак им я раздарю все царство. Действие пятое
Открытая местность Странник Вот она, в красе тенистой, Старых, крепких лип семья! Кончив долгий путь тернистый, Снова здесь их вижу я! Вот то место, кров счастливый Той избушки предо мной, Где я жил, когда бурливой Был я выброшен волной. Дорогих моих хозяев Обниму ль? Я шел сюда, Видеть их уже не чаяв: Стары были уж тогда. Да, чета была святая! Постучать? Заговорить? Всё ль, любовь ко всем питая, Рады вы добро творить? Бавкида (очень старая бабушка) Тише, тише, странник милый! Тише: муж мой дремлет тут! Подкрепляет старец хилый Долгим сном короткий труд. Странник Ты ль, родная, видишь снова Благодарного меня? С мужем путника младого Ты ль спасла, мне жизнь храня? Ты ль Бавкида, чьим уменьем Полумертвый воскрешен? Муж старушки входит. Ты ль, добро мое со рвеньем Смело спасший Филемон? Вот он, ваш очаг отрадный, Нежный колокола звон; Да, от гибели нещадной Я лишь вами был спасен! Дайте ж к морю удалиться, На простор его взглянуть, Преклониться, помолиться: Чувства мне стеснили грудь. (Идет вперед по дюне.) Филемон (Бавкиде) В сад, жена, иди скорее: Там ты стол накроешь нам. Пусть дивится он, не смея Верить собственным глазам. (Подойдя к страннику.) Там, где был ты опрокинут Необузданной волной, Сад и вширь и вдаль раздвинут, Рай раскинулся земной. Стар я стал, не мог уж, хилый, Помогать, вершить дела, Но пока терял я силы, Зыбь морская вдаль ушла. Умных бар рабы лихие Рыли рвы, воздвигли мол, Воцарились над стихией, Сузив моря произвол. Горизонт лесами сужен, Села там, луга пестрят… Но пойдем, вкуси наш ужин: Близок солнечный закат. Парусов вдали так много: К ночи нужен им приют. Птицам ведома дорога К гнездам! Порт их примет тут. Да, лишь там, каймою синей, Моря зыбь теперь видна; Здесь же, вкруг, по всей равнине – Многолюдная страна. Сад Стол для троих. Бавкида (страннику) Что ж молчишь? Что не съедаешь Ни кусочка за столом? Филемон Ты охотно так болтаешь: Расскажи о чуде том. Бавкида Точно, чудо приключилось: И теперь я вся дрожу; Право, это все случилось Не добром, как погляжу. Филемон Император наш свободно Отдал берег: где ж тут грех? Ведь трубою всенародно Известил герольд нас всех. И под дюной, на равнине Дело вмиг пошло на лад: Лагерь, хижины, а ныне Там дворец и пышный сад. Бавкида Тщетно слуги днем трудились, Грохотал топор и лом; По ночам огни кружились, – Смотришь, вал явился днем. Ночью в жертву человеки Приносились, стон стоял, Мчались огненные реки, – Утром был готов канал. Он безбожник: взять он ладит Нашу рощицу, наш дом; Там, где он соседом сядет, Преклоняйся все кругом! Филемон Он нас только звал, не споря, Перебраться в новый край. Бавкида Ну, не слишком верь дну моря: Знай на горке поживай. Филемон Мы в часовне, в тихой сени Встретим солнечный заход, Зазвоним, склонив колени; Старый бог наш – нам оплот! Дворец Роскошный сад, прорезанный большим, ровно выведенным каналом. Фауст, глубокий старик, задумчиво прогуливается по саду. Линцей (стоя на башне, говорит в рупор) Садится солнце; подплывая, Бегут последние суда; Вот барка в порт вошла большая И к нам в канал идет сюда. На ней игриво вьются флаги И мачты крепкие стоят, И, полный счастья и отваги, Тебя восславить боцман рад. На дюне звонят в колокол.
|
