Первого лежащего Ква увидел на выщербленных камнях набережной у моста. Заросший тип скрутился на боку, временами судорожно дергался, словно придавленная гусеница. Это ж с чем теперь нутт мешают? Ква сплюнул: бродяг он не любил, а этот еще и чумазый, словно всю ночь уголь жег. Куда Глор катится?
По раннему времени улица была пустынная, глазеть на бродягу было некому. Ква перешел мост, и тут раздались первые вопли. Слева, у ступенек, каталась по камням молодая женщина, судорожно колотила ногами, взбивая юбки. Отлетело ведро, соскочил с ноги башмак. Женщина хрипела, — её лицо на глазах становилось серым. Рядом бестолково топтались еще три бабы с ведрами и кувшинами. Испуганно пятилс парнишка вроде Бома, — вцепился в полные ведра, словно их отнять хотели.
Лицо бьющейся в конвульсиях молодухи начало синеть. Густо-синее, — в такой цвет самое хорошее полотно красят.
Вот оно! Черная зернь.
— Что стоите, курицы? — рявкнул шпион с моста. — Видите, отравилась? Домой её волоките, молоком отпаивайте. Да ведра бросьте, коровы. Вода дрянная!
Ясное дело, завизжали, бросились прочь. Лишь та, что постарше, опустилась на колени у синелицей, пыталась удержать, чтобы девка головой не билась.
Ква догнал удирающего парнишку, ногой вышиб ведра:
— Не понял, баран? Отраву тащишь!
Мальчишка пискнул, метнулся в переулок.
Ква рванул дальше по улице. К «Померанцу» быстрее. Началось!
Слева распахнулась дверь пекарни, вывалился толстяк, — морда аж черная. Ухватился за стену, громоподобно блеванул…
Проскочив мимо, Ква услышал как пекарь бормочет проклятья. Ничего, сообразит народ. Хотя и синемордых к вечеру хватит. Заблюют столицу…
От лодочной пристани, что у Проходного рынка, неслись вопли. Воду там брали много, — Рыбный канал считался чистым. Сейчас голосили, будто там уже сотня народу полегла. Выбежал ошалевший человек, из его мешка сыпалась мелкая живая черноперка, прыгала по мостовой, — Ква чуть не поскользнулся. Лох голохвостый!
Орали уже в домах. Что-то звенело. Ох, весело будет. Пока сообразят, пока пойдут за водой к Старому Фонтану или к фонтану короля Мисера. Там вода не из каналов, — по трубе идет из реки.
Ква свернул на Свечную, — навстречу бежал полураздетый человек с длиннющей корсекой наперевес:
— Отводной канал отравили!
— Гвоздичный и Рыбный тоже, — пропыхтел Ква. — Осторожней нужно…
— Мор начался! — завизжали в открытом окне второго этажа. — С моря идет!
Хлопали двери, над городом начал нарастать общий вопль ужаса.
Когда Ква заколотил в дверь «Померанцевого лотоса», здесь, в уединенном квартале еще было тихо. Дверь отперли, мелькнули лица встревоженных охранников, — Ква они задерживать не стали, едва отшатнуться успели.
— Кухню остановите, — рявкнул шпион, несясь между ухоженных кустов роз и лилий. — Отрава идет.
Дверь домика в котором проживали леди, была приоткрыта. Встали уже. Отлично. Ква влетел в коридор, врезался в дверь спальни:
— Началось! Каналы отравили!
Ойкнула Флоранс. Из-под темно-зеленых шелковых простыней на ковер скатился Спаун, схватился одновременно и за штаны, и за кинжал.
— Виноват, — Ква отвернулся. — Полагаю, Эшенба уже в городе.
— Без шухера, — в дверь спальни скользнула Катрин, — молодая леди была в безрукавке и коротких штанах, — явно начала утро с тренировки в саду. — По порядку, Ква.
— Каналы отравлены черной зернью, — принялся докладывать шпион. — В городе паника. Полагаю, Эшенба объявится в ближайшее время.
— Неплохо, значит, искать его уже не нужно, — Катрин сунула нож в горизонтальные ножны на поясе. — Во всех каналах яд?
— Достоверно пока в трех. Но думаю…
В коридоре застучали шаги, — появилась леди Несс, придерживающая у горла роскошнейший халат. Хозяйку сопровождали двое охранников, уже вооружившихся мечами.
— Что стряслось?
— Вода в каналах отравлена черной зернью, — сказала Катрин. — Вероятно, будут еще сюрпризы…
Снаружи кто-то бежал по дорожке:
— Госпожа, госпожа!
— Что такое, Лала? — леди Несс шагнула к двери.
— Наши ездили за водой к Мисерову фонтану, — залепетала встрепанная служанка. — Там кругом мертвецы. Водовозы, лошади… Сто человек лежит мертвенно…
— Без поэзии, — Катрин поморщилась. — Сколько лежит? Мертвые или просто не в себе?
— Так наши богами клянутся, что мертвые. Сигурд мертвецов навидался, он же на Желтый ходил. И лошадки там. Околевшие… — захлебывалась служанка.
— Значит, дело хуже. Несс, вы от жажды не умрете?
— У нас одного ширитти на месяц хватит, — встревожено пробормотала хозяйка «Померанца». — Что будет, Кэт?
— Будет не очень хорошо. Запирайтесь, — Катрин обернулась к постели. — Детка, мы переходим на военное положение.
— Ясно, — Флоранс выскользнула из-под простыней.
Слегка успокоившийся Ква решил, что все-таки именно леди Фло умеет одеваться лучше всех. Это же надо, в простой на первый взгляд рубашке черного шелка выглядеть так эффектно.
Ква сунул подобранную куртку ужасно смущенному Спауну.
— Успокоились и подтягиваемся в штаб, — сказала Катрин. — Фло, ножницы найдешь?
Тяжесть кольчуги, тяжесть ремня с боевым оружием и мешочком с «болтами». Ква знал, что очень скоро перестанет замечать этот груз, да и духота поддоспешника перестанет отвлекать. Хорошо, что все снаряжение догадался в «Померанец» перенести.
Карандаш Катрин скользил по карте, — предводительнице было неудобно, её стригли:
— Значит, отвлекающая диверсия на каналах, основная — на сети колодцев и фонтанов. Еще водозаборы есть?
— У Конгерских ворот берут воду из Глухого источника. У Старой стены прямо из реки, — сказал Спаун.
— Значит, Конгерские ворота отпадают. Старая стена и даром никому не нужна, — Катрин смахнула с карты прядь своих золотистых волос. — Вывод?
— Цитадель или порт, — высказался Спаун. — Возможно, еще верфь.
— В верфь им все равно придется пробиваться через порт, — заметил Ква. — Я ставлю на порт. Оттуда можно ворваться через Коронную пристань в Цитадель. Охрана хилая.
— Источники воды в Цитадели?
— На случай осады используют отводы каналов. Но сейчас за водой для кухни ездят к Старому фонтану. Есть еще колодец под Восходной башней, но в каком он состоянии, я не знаю, — признался Спаун.
— Так, паники в Цитадели хлебнут вдоволь, — Катрин повернулась к сыщику, вывертываясь из-под щелкающих ножниц в руках Флоранс. — Нам нужна обстановка в центре города.
— Сделаю все, что смогу, — заверил Спаун. — Но вообще-то, меня уже практически выгнали.
— Версия о подделке тобой той астрологической бумажки для получения награды никакой критики не выдерживает, — проворчала Катрин. — Идиотское у тебя начальство. Ладно, выходим.
— Еще мгновение! — взмолилась Флоранс, пытаясь подравнять затылок.
— Я буду отлично выглядеть, — пообещала Катрин. — Особенно, в шлеме.
Уже готовая группа двинулась через сад, когда навстречу прорысил Бом, — взъерошенный, с охотничьим арбалетом за спиной.
— Я к вам. Склад, он все равно…
— Правильно. Остаешься для связи и охраняешь леди Флоранс, — Катрин натянула потрепанную круглую шапочку, которую носила вместо подшлемника.
По дорожке бежал коренастый охранник:
— На улицах кричат, что в гавань входят кровавые корабли.
Катрин пожала плечами:
— Значит, порт. Пойдем, встретим. Неплохо бы подтянуть резервы. Ква, придется тебе известить наших.
— Я бы в порту пригодился, — пробормотал Ква. — С сигналом и Бом справиться.
— Уверен? — Катрин смотрела не на подтянувшегося мальчика, а на одноглазого шпиона.
— Мы все рано начали, — напомнил Ква.
— Я парнишке помогу, — позволил себе вмешаться коренастый охранник. — Хозяйка не откажет, отпустит.
— Вот и славно, — Катрин махнула шлемом Флоранс, замершей возле увитой плющом двери. — Управимся без фанатизма.
У потайной калитки Ква остановился, извлек стеклянный глаз и бережно спрятал в специальную коробочку. Натянул на опустевшую глазницу черную повязку.