— Скажи, кто колдуна заказал, и всё. Мы страже тебя отдавать не будем.
— Не знаю никакого колдуна, — гнусаво огрызнулась девка, запрокидывая голову.
Утбурд, добрая душа, сунул шлюшке носовой платок.
— Так, давай сначала, — сказал Ква, озирая стены комнатки. — Только без визга. Хозяйка проснётся, и отсюда тебя выкинет. И так покои не слишком-то благородные…
— Я визжать не умею, — пробубнила девка, — кровь, яркая даже в тусклом свете свечи, капала на полукружья молодых белых грудей. Утбурд смотрел на эти пятнышки с какой-то тоской — прямо натуральный кровосос.
Ква украдкой пнул товарища ногой и сказал девчонке:
— Визжать ты, конечно, можешь. Я такие голоса звонкие знаю. Но толку не будет. Я тебе дело объясняю, а ты вникнуть не хочешь. Ты, вообще, откуда родом?
— Какая тебе разница? Пытай, я всё равно ничего не скажу. Не знаю. Я вообще никаких колдунов сроду не видела.
— Плохо. У тебя со зрением что-то. В одной постели были. Щупала, сосала, но не видела?
— Это тебе, чтоб сосать, присматриваться нужно, — огрызнулась девка.
Ква тряхнул рукой, из рукава выскользнул узкий кинжал:
— Вот что, красавица, недосуг мне болтать. Я человек семейный, я шлюх вообще не уважаю. Сейчас обрежу тебе нос, потом щёки, потом глаза выколю. От клиентов отбою не будет, — столько дырок на выбор.
— Чтоб тебя вечно прибой по камням яйцами таскал, — с ненавистью пробормотала девчонка. — Режь. Я всё равно без глаз и щёк разом сдохну.
Поигрывая кинжалом, Ква дружелюбно возразил:
— Почему сдохнешь? Живут люди без глаз и щёк. Колдуны сейчас что угодно сделать могут. Вот я мага Эмруозаса из благодарности выручить хочу. Великий волшебник. Я без глаз, без ушей остался, а он помог. Великодушный человек.
Девчонка презрительно фыркнула:
— Маг-то? Великий. Шлюха подешевле меня. Сам до девок падок, а задницу старикашке Адальберту подставляет.
— Речи у тебя глупые, опасные и невоспитанные, — укоризненно сказал Ква. — Задница — дело тёмное и ночное. Кому хочет, тому и подставляет. А маг он чудодейственный. Я без глаз и ушей уж как мучился. Люди шарахались. Хочешь глянуть?
Лорд-шпион воткнул кинжал в крышку стола, поднёс руку к лицу, скорчил рожу и с протяжным стоном вынул стеклянный глаз. Получилось весьма выразительно. Девка с ужасом открыла рот. Утбурд и тот отшатнулся.
— Вот так и ты будешь, — придушенно сказал Ква. — Сейчас второй выну…
— Не надо, — пролепетала девушка, глядя на жуткую дыру глазной впадины.
— И уши…
— Не надо! — слёзы хлынули ручьём, девчонка попыталась выскочить из-за стола.
Ква успел ухватить за руки и, приблизив ужасное лицо так, чтобы были видны следы старых шрамов, зловеще потребовал:
— Где он? Где мой благодетель?
Девчонка придушенно пискнула:
— Увели. Трое. Должны были четверо. Ой, ой!
— Куда? Кто такие?
— Ой, пустите! Приезжие. Не глорские. Сразу из города ушли, — она рискнула взглянуть в лицо Ква и взвыла.
Утбурд зажал девчонке рот. Она трепыхалась, слёзы так и брызгали.
Ква вздохнул и потянулся за стоящим у низкой кровати кувшином с водой.
Успокоить девчонку удалось, только вернув стеклянное око на место.
— Запасной глаз. Не всё видит, зато спит меньше.
— Мне… такой… не над-до… — девица неудержимо икала.
— Да не буду я тебе ничего вырезать. Ты и так на хитку похожа.
— На хи… хи… хитку? — девчонка зажимала лицо мокрым от крови и слёз платком.
Ква разозлился:
— Тьфу, тебе, шлюхе многоопытной, сколько лет-то? Откуда вас в Глор несёт только?
— С Ре… с Редро я.
Королевский шпион растерянно почесал щеку:
— Врёшь. Там черноволосые.
— Кра… крашеная.
— Всё равно врёшь. Татуировка на пузе есть?
— Почему на пу… Я не королевского рода. Просто бл… благородного. На спине.
Проверять Ква не стал. И так порода видна. Упрямая и визгливая.
— И что же у вас там, на Редро, приключилось, что ныне благородные особы на чужбине ноги раздвигают?
— Вым… вымерли. Мор был.
Всхлипывала она долго. Утбурд придерживал за плечи, отпаивал попахивающей каналом водичкой.
— Да, вот она жизнь, — пробормотал Ква. — В смысле, смерть. Бойцы у вас на Редро были, — упаси боги. Довелось как-то подраться. Злющие бойцы были, что правда, то правда.
Девчонка, которую как выяснилось, звали Уоли, закивала.
— Ладно, значит, не знаешь, кто колдуна уволок?
— С Флота они. Плавали много, — девушка шумно сморкнулась. — Верёвку вязали узлом хитрым, «тунцовым хвостом» зовётся. И сразу из города ушли, я так поняла. Они не местные, иначе колдуна в лицо знали бы. Его многие знали. Ох, удавят меня теперь.
— Может, и не удавят. Денежки у тебя есть, мы отбирать не будем. Утром садись на первый корабль, да плыви куда глаза глядят.
— Куда?
— Тебе виднее. Только не позорила бы ты Редро. Там умели и любили кровь пускать, а не задом служить, — Ква поднялся. — Пойдём, друг, что ли?
— Так я это… платок подсушу, — смущённо пробормотал Утбурд.
Ква кивнул и вышел. Ну, пусть утешает, утешитель бесплатный. Значит, ловцы колдуна не местными были? Хотя это ещё перепроверить нужно.
* * *
Следующий день Ква провёл в порту. Утбурд прислал записку, что занят в лавке и придёт к вечеру. Спит, небось. Наутешался вдоволь. Впрочем, в порту у Ква имелись свои знакомые и знакомые знакомых. Удалось узнать много чего полезного, но не относящегося к делу. Колдуна, похоже, вытащили из города не морем. Большая часть ветеранов Флота в порту друг друга знала, новых бы отметили. На верфи тоже никакие случайные люди не появлялись, и никто не пропадал. Ква поболтал про корабли, — на верфи сейчас ремонтировали два когга и дромон, — знаменитый «Клинок Севера». Интересно, кому сейчас понадобился боевой корабль? Оказалось, какой-то конгерский купец ремонт оплачивает. Какого демона конгерцам «Клинок Севера» понадобился? Отделиться от Глора задумали?
Утбурд так и не объявился, и Ква отправился домой. В Сливовом тупике было хорошо, — тихо, спокойно, прямо хоть не ходи отсюда никуда. Син ещё не вернулась из конторы. Сидели со сводным братом, — мальчишка подрос, поумнел, — говорили о делах морских, океанских. Зимой пришло письмо от старшего брата, — тот служил в новом форте у устья реки Она. Женился, уже сын есть. Да, идёт время. Ква смотрел на племянника, — тот играл старым деревянным конём, — пытался отгрызть ухо. Ква смутно помнил, как сам жевал заманчивую деревяшку. Внуки с конём точно справятся. Эх, скорей бы Рыжая с малышней приезжала.
Пришла Син, обругала служанку и мужчин, что не удосужились на ребёнке штанишки поменять. Суровая тётенька.
Сидели за столом, не торопясь ужинали. Ква глянул на племянника, сидящего на коленях Син:
— Слушай, а у него что-то от Ныра есть?
— Есть, — сердито сказала Син. — Мелкий, юркий и вечно в воду бежит. Раз шесть уже из канала вылавливали.
— Вообще-то, я про перепонки.
— Ещё чего не хватало! Ты ешь, а не глупости говори.
— Глупости не буду, — пообещал Ква, улыбаясь. — Ты знаешь, что на верфи «Клинок Севера» ремонтируют? А кто заказчик, знаешь?
Ква назвал имя, и Син удивилась:
— Он? Да у него единственный склад в Конгере. Мой агент пытался договор на поставку масла им предложить. Отказались. Дорого, говорят.
— Может этот тип подрядчик?
— Скорее уж, посредник.
Ещё одна странность. Будущая война Глора с Новым Конгером? Кому оно нужно? Такую войну разве что король Рутр одобрит, да и то вряд ли. Землям Ворона на юге покой нужен, а не свара. Победит кто-то, усилится, начнет по сторонам поглядывать, приключений искать…
Спать почему-то не хотелось. С канала тянул ветерок, шумели ветви сада, — как в детстве. Ква постоял у окна, потом, неожиданно для себя, зацепился рукой за знакомый выступ и, как был босиком, скользнул в полутьму. Шорохи сада, шелест тростника. Всё как раньше. Тогда ещё мама была жива…