Я думаю, что это удивило её. Я вижу отклик на её лице, но я не уверен.

– Иди. – Я веду её к подножию кровати. – Встань здесь. – Наклонившись, я вдыхаю её сладкий аромат и шепчу на ухо. – Жди здесь. Взгляни на кровать. Представь себя лежащей на ней, связанной, находящейся полностью в моей власти.

Она всасывает воздух своим дыханием.

Да, детка, думай об этом. Я сопротивляюсь искушению подарить нежный поцелуй её плечу. Но сперва я должен заплести её волосы и принести плетку. Из верхней части комода я беру резинку для волос, а со стойки выбираю свою любимую плеть, которую я убираю в задний карман своих джинсов.

Когда я вернулся, встав позади неё, то осторожно взял её волосы и заплел их.

– Мне так нравится твои косы, Анастейша. Мне не терпится  взять тебя прямо сейчас. Этим я и займусь.

Я зажал и натянул косу с такой силой, что она была вынуждена отшагнуть назад ко мне. Обмотав конец вокруг моего запястья, потянув вправо, я наклонил её голову так, чтобы она обнажила шею. Я пробежал своим носом от её мочки уха до плеча, нежно посасывая и покусывая её кожу.

Ммм, она пахнет так хорошо.

Она дрожит и старается сдержать стоны.

– Тише, – предостерегаю я. Достаю плетку из своего кармана, вожу ею по её коже, мои руки скользят по ней, и я, наконец, показываю плетку Ане.

Я слышу её сбивчивое дыхание, вижу, как подергиваются её пальцы.

– Потрогай, – шепчу я, зная, что именно этого она и хочет.

Она поднимает руку, немного медля, затем запускает пальцы в мягкие замшевые концы плетки. Это возбуждает.

– Я использую её. Это не будет больно, но она заставит твою кровь прилить к поверхности кожи, и сделает тебя очень чувствительной. Назови стоп-слова, Анастейша.

– Ммм…желтый и красный, сэр, – бормочет она, ошеломленная плетью.

– Хорошая девочка. Помни, твой страх у тебя в голове. – Я положил плеть на кровать, проводя пальцами по её бокам, мимо мягкой выпуклости бедра, запустив их ей в трусики. – Они тебе не понадобятся. – Я стянул их вниз по её ногам, и опустился на колени позади нее.

Она хватается за столб кровати, неловко выскальзывая из своего белья.

– Не двигайся. – Приказываю я, целуя её сзади и мягко покусывая каждую щеку. – Теперь ложись. На спину. – Я шлепаю её; пораженная, она подпрыгивает и несется на кровать.

Она ложится лицом ко мне, весь её взор обращен на меня, я думаю, её глаза светятся от волнения и от легкого трепета.

– Подними руки над головой.

Она подчиняется.

Я достаю наушники, повязку на глаза, айпод и пульт дистанционного управления с вершины комода. Сажусь рядом с ней на кровать, показываю ей айпод с передатчиком. Её взгляд метается от моего лица к устройствам, затем обратно.

– Он посылает то, что играет на айподе в систему комнаты. Я буду слышать то, что слышишь ты, и у меня есть пульт дистанционного контроля для этого.

После того, как она всё увидела, я вставляю наушники ей в уши, и кладу айпод на подушку.

– Подними голову. – Она подчиняется, и я завязываю повязку на её глаза.

Поднявшись, я беру её левую руку и помещаю запястье в кожаную петлю в верхнем углу кровати. Мои пальцы задерживаются на её вытянутой руке, и она извивается в ответ. Я прохожу медленно вокруг кровати, её голова следует за звуком моих шагов; я повторяю процесс с наручниками на её правой руке.

Дыхание Аны меняется, становится колеблющимся, она быстро дышит через приоткрытые губы. Прилив чувств заставляет содрогаться её грудь, она извивается и приподнимает бедра в ожидании.

Хорошо.

В нижней части кровати я захватываю обе её лодыжки.

– Подними голову ещё раз, – приказываю я. Она сразу же подчиняется, и я стаскиваю её к низу кровати так, что её руки полностью выпрямляются.

Она издает тихий стон и снова приподнимает бедра.

Я пристегиваю каждую её лодыжку к соответствующему углу кровати так, чтобы она полностью распласталась передо мной, я делаю шаг назад, ― полюбоваться видом.

Чёрт.

Выглядела ли она когда-нибудь так возбуждающе?

Она полностью и добровольно вся в моей власти. Знание этого одурманивает, и я замираю на мгновение для того, чтобы восхититься её щедрости и мужеству.

Я заставляю себя отойти от столь завораживающего зрелища, и беру перчатку с кроличьим мехом с комода. Прежде чем положить её, я нажимаю «воспроизведение» на пульте дистанционного управления; сначала раздается короткое шипение, и затем начинается сороковая часть песнопения, ангельский голос певца раздается по всей игровой в честь восхитительной мисс Стил.

Она успокаивается по мере слушания музыки.

А я обхожу вокруг кровати, упиваясь ею.

Достигая её, я ласкаю её шею перчаткой. Она резво вдыхает и тянет наручники, но она не кричит и не просит меня остановиться. Я медленно спускаюсь по её горлу к грудной клетке, затем к груди, наслаждаясь её сдержанным ерзанием. Обводя по кругу её грудь, я нежно тяну за каждый её сосок, и её стон от удовлетворения призывает меня двигаться южнее. Не спеша, преднамеренно я исследую её тело: её живот, бедра, следуя далее вниз по каждой ноге. Музыкальный темп нарастает, множество голосов, присоединяющихся к хору, идеально сливаются с движениями моей руки. Я наблюдаю за её ртом, чтобы определить её ощущения; сейчас её губы приоткрыты от удовольствия, затем она кусает свою губу. Когда я провожу рукой  по её промежности, она сжимает её; движется мне навстречу.

И хотя обычно я люблю задерживаться, движение радует меня.

Мисс Стил наслаждается этим. Она ненасытная.

Когда я вновь провожу по её груди, её соски твердеют в ответ на прикосновения перчатки.

Да.

Теперь, когда её кожа стала чувствительной, я убираю перчатку и достаю плетку. С большой осторожностью я веду украшенными бусами концами плетки по её коже, следуя по той же схеме: через грудную клетку к груди, затем к животу, по лобковым волосам и вниз по ногам. Вместе с тем как всё больше хористов присоединяются к пению, я поднимаю рукоятку плетки и слегка ударяю её концами по животу. Она вскрикивает, я думаю – от удивления, но не произносит стоп-слово. Я даю ей время, чтобы осознать это чувство, затем ударяю снова – на этот раз немного сильнее.

Она натягивает оковы и снова кричит, у нее вырывается неясный вскрик, но это не стоп-слово.

Я ударяю плеткой по её груди, она запрокидывает голову назад и издает беззвучный крик, её рот приоткрыт, она извивается на красном атласе.

До сих пор не прозвучало стоп-слово.  Ана высвобождает свои потаенные желания.

Я чувствую головокружение от восторга, я осыпаю всё ее тело ударами плети, наблюдая, как кожа краснеет под ними. Когда хористы делают паузу, останавливаюсь и я.

Господи. Она выглядит сногсшибательно.

Я начинаю снова вместе с тем, как нарастает музыка, все голоса поют вместе; я ударяю её плетью снова и снова, она вьется от каждого удара.

Когда последняя нота растворяется в комнате, я останавливаюсь, бросая плеть на пол.

Мое дыхание сбилось, я задыхался от желания и потребности.

Чёрт.

Она лежит на кровати ― такая беспомощная. Её кожа порозовела, и она тяжело дышит, тоже.

Ох, детка.

Я приподнимаюсь на кровати между её ног, медленно двигаюсь, удерживая себя над ней.

Когда музыка начинается снова, звучит сладкая ангельская мелодия. Я следую тому же плану, как в случае с перчаткой и плетью – но на этот раз, своим ртом покусывая и посасывая с обожанием каждый дюйм её тела. Я играю с её сосками, до тех пор, пока они не начинают блестеть от моей слюны и не встают, изрядно затвердев. Она извивается настолько, насколько это позволяют наручники, издавая стоны подо мной. Мой язык спускается к её животу, обводя пупок, любя её. Пробуя её. Двигаюсь дальше вниз, проходя через её лобок, направляюсь к сладкому, обнаженному клитору, который умоляет о прикосновении моего языка. Я продолжаю и продолжаю, упиваясь её ароматом, опьяненный её реакцией до тех пор, пока я не начинаю ощущать содрогания её тела подо мной.