А в пятницу, то есть вчера, когда рабочий день уже закончился, и все командированные вернулись в барак, нас осчастливил своим визитом товарищ Сердюк.
- Товарищи, готовьтесь, - начал он после краткого приветствия, - завтра у вас будет сокращённый рабочий день до 13:00. А после этого вас расселят по квартирам заводских служащих.
- А по какому принципу будут выбирать кого куда заселить? - поинтересовался Саня у Сердюка.
- Согласно алфавитному порядку, в среднем по три человека на квартиру, - ответил капитан.
- Нет, так не пойдёт. Вот у нас с Алексеем фамилии даже рядом не стояли. А нам бы хотелось попасть в одну квартиру, - запротестовал Бондарь.
- Ладно, посмотрим, что можно сделать, - отмахнулся от него Сердюк.
В общем, в конце концов, мы с Саней и Лидой добились того, чтобы нас поселили вместе в находящийся недалеко от бараков пятиэтажный дом. Именно его мы видели с Саней во время нашей первой прогулки по Сталинграду.
Для того чтобы в субботу не тратить лишнее время на упаковку вещей, мы занялись этим в оставшееся до сна время.
- Лёха, а ты помнишь, что мы завтра идём в кино, а потом на танцы? - спросил меня Бондарь, складывая в сумку джинсы.
- Помню, как же не помнить. А ты Лиде сказал?
- Конечно, сказал. А ты почему спрашиваешь? К Свете поприставать хочешь? А не староват ты для неё?
- Ну, не знаю, как я, а вот ты точно староват, пень трухлявый.
- Между прочим, от пня слышу. Забыл, кто тебя танцевать учил, пока никто не видел?
- Помню-помню, и всячески благодарен вам с Лидой за науку. Но вот за старого могу в глаз дать.
- Леха, ты чего, в загул что ли решил податься? Ты смотри, тут нравы не такие как у нас. Если что, в самом лучшем случае, по морде схлопочешь, а в худшем, так и жениться придётся, - Саня даже передёрнул плечами от этой ужасной перспективы.
- Ужас какой. Пока не женат, и жениться не собираюсь. Да и кажется мне, что сильно ты преувеличиваешь, Саня. Вон, почитай любые мемуары, да там все старались ППЖ обзавестись.
- Ну ты сравнил божий дар с яичницей. Это же война, да и ППЖ далеко не у всех были, а в основном у комсостава. И женились потом многие на них. А тут, - начал перечислять Бондарь, - во-первых, сейчас мирное время, во-вторых, эти студентки-первокурсницы далеко не те девушки, которые на фронте были. Может я и утрирую, но имей ввиду, руки лучше не распускать.
- Понял, - ответил я. - ладно, давай лучше вещи собирать.
Упаковка вещей не заняла много времени, благо было их всего ничего, а новыми шмотками в Сталинграде мы обзавестись ещё не успели. Да и не очень-то и хотелось честно говоря - всё-таки за прошедшие годы мода несколько изменилась. Хотя, скажу честно, местная одежда меня поначалу заинтересовала. Но, после того, как мы с Саней по совету Сердюка посетили ателье готовой одежды с целью приобретения неброского костюма дабы не выделяться из толпы, весь интерес пропал. Первоначально планировалось, что в ателье пойдём только я и Бондарь, но стоило Лиде прослышать, куда мы идём, как она поставила нам ультиматум - либо идём все вместе, либо она с нами больше не дружит. Что ж, пришлось идти втроём.
Пока Альберт Моисеевич, а именно так звали портного, общался с Лидой, тот час же загоревшейся идеей заказать себе новое платье, я с удивлением рассматривал мужские брюки унылого серого цвета с застёжкой на боку. Покрутив их в руках, поворачивая так и этак, и пытаясь понять, в чём тайный смысл делать ширинку на таком экзотическом месте как бедро, но, так и разгадав этой загадки, положил штаны на место. В общем, с портным мы пошли на компромисс - он обязывался сшить по костюму из своего материала, но с учётом наших рационализаторских предложений. Правда с Лидой такого компромисса не вышло - девушка настояла на своём фасоне платья, и Альберту Моисеевичу ничего не оставалось, кроме как согласиться. И, что интересно, этот работник нитки и иголки после того, как выслушал нас, сразу же стал записывать всё то, что мы ему наговорили. Так что даже если мужская мода в Сталинграде не изменится, то вот женскую ждут большие потрясения… В общем, костюм должен быть готов только на следующей неделе, так что, новых вещей в моём гардеробе не добавилось а, следовательно, и сумка не увеличилась.
Закончив собирать чемоданы, мы с Бондарем ещё минут пятнадцать ждали Лиду. Наконец наша девушка вышла в коридор и сообщила, что полностью готова к переезду.
- Ну вот и хорошо, - сказал Сердюк, - идёмте на улицу. Машина для вас уже стоит у входа.
Обещанной машиной оказалась обычная полуторка с двумя лавками в кузове. Посадив Лиду в кабину грузовика, мы расселись в кузове и отправились к новому месту жительства, несмотря на то, что пешком до этого дома можно было дойти минут за пять - десять.
Грузовик въехал в нужный нам двор и остановился возле второго подъезда.
- Всё, товарищи, приехали, - сказал водитель, открыв дверь кабины и спрыгнув на асфальт, - давайте разгружать вещи.
Мы выгрузили сумки из кузова и, взяв их в руки, вошли в подъезд.
- Какой номер квартиры? - спросил Саня у Сердюка.
- Двадцать девятая. На третьем этаже.
Поднявшись по лестнице, мы оказались перед обычной деревянной дверью, выкрашенной в тёмно-коричневый цвет. Сердюк отпер дверь и, войдя в квартиру, сделал приглашающий жест рукой.
- Проходите, товарищи. Здесь вы будете жить до окончания срока вашей командировки, - по-моему чересчур официально сказал Сергей Валентинович.
- О-о-о! Здесь даже настоящая ванна есть! - раздался радостный вопль Лиды, которая не стала ожидать особого приглашения и сходу приступила к осмотру предоставленной нам жилплощади.
Мы решили не отставать от девушки и присоединились к осмотру. Немного погодя можно я мысленно составил небольшое резюме - нам досталась просторная двухкомнатная квартира с отдельным санузлом, кухней и маленькой прихожей. Удивили находящаяся возле входных дверей специальная гардеробная комната, двухстворчатые двери между всеми комнатами и керогаз на кухне. Честно скажу, что ожидал увидеть что-то более современное, типа привычной газовой плиты. Не скажу, что не слышал этого слова ранее, но керогаз я представлял себе как нечто среднее между синхрофазотроном и бармаглотом. На деле же выяснилось, что что-то типа двухконфорочной плиты, работающей на керосине. Ладно, пусть лучше так, чем вообще никак. Насколько я понял из разговоров, даже керогаз был чуть ли не хайтеком для местного населения - у многих дома продолжали стоять обычные дровяные печи. Мне бы очень хотелось сказать, что в нашем времени их никто уже использует, да вот только очень хорошо врезались в память поездки к родственникам в Грузию в 90-е годы. Тогда из-за перебоев с газом и электричеством "буржуйки" стояли в каждом доме.
Маленькую комнату тут же оккупировала Лида, а мы с Бондарем разместились в большой. После того, как первые восторги поутихли, ещё бы, после барака это жильё казалось чуть ли не дворцом, Сердюк распрощался со всей честной компанией, мотивируя это тем, что ему надо ещё проверить как заселились остальные харьковчане.
- Леша, Саша, - обратилась к нам Лида, - если вы не против, я займу ванну на полчаса.
- Да какие проблемы. Иди купайся, конечно же. Мы после тебя.
- Спасибо. Тогда я хотела бы вас попросить об ещё одном одолжении. Не могли бы вы нагреть мне утюг к тому времени, когда я искупаюсь? А то надо вещи погладить к вечернему мероприятию.
Тут надо внести небольшое уточнение. Дело в том, что из-за отсутствия всякого подобия нормальной ванной комнаты в том бараке, где мы жили, вещи для стирки мы отдавали в прачечную. Их там нам возвращали глажеными, но после переезда в нормальное жильё, они, естественно помялись. Поэтому желание Лиды погладить своё платье было естественным, тем более, что в числе вещей, находившихся в квартире, мы нашли утюг с инвентарным номером, который следовало нагревать на печке перед тем, как приступать к глажке.
- Блин, Лёха, ну вот скажи мне, почему нельзя было взять с собой нормальный электрический утюг? - начал возмущаться Саня, - там же нет ничего военного. Ну, подумаешь, он работает от сети 220 Вольт, так его переделать можно на раз.