В аэрокарах хранились аварийные спасательные наборы. Иногда аэрокары совершали вынужденные посадки на воду, и тогда экипаж мог воспользоваться специальными плотами и прочими приспособлениями. Он даже однажды видел брошюру с инструкциями, что делать в подобной ситуации. Эту брошюру написали люди, привыкшие ходить под парусами, а военные немного усовершенствовали ее для своих целей. Но он тогда прочитал ее просто от скуки, в ожидании шаттла. Он помнит, как несерьезно он тогда воспринял все, что прочитал, думая, что никогда не окажется в подобной ситуации.
Метлин говорила, что учиться никогда не вредно. А она прошла через огонь и воду.
Почему старшие сестры так часто оказываются правы?
Запасные спасательные наборы для аэрокаров Третьего Стэка хранились в специально охраняемом отсеке ангара. Всего на базе было три аэрокара — командирский шаттл, способный вместить четверых людей и пилота, и две машины для доставки почты, в которые могло поместиться до двадцати человек. Еще во время первого месяца службы на базе он побывал во всех помещениях как член команды проверки. Он хорошо помнил тюки, похожие на гигантские колбасы, сложенные у стены, выходящей на улицу. Они были тяжелые и громоздкие, так просто их не вынесешь.
Значит… Где же можно спрятать такой тюк? Сначала надо найти место, где можно будет все хранить. Закрытое пространство базы было крайне ограниченно, никаких укромных мест. Даже старые кратеры вулканов и те были приспособлены для нужд человека, в них находились лифтовые шахты. Охранники и сотрудники базы по много раз в день спускались и поднимались в лифтах, хотя большинство не отходило дальше основных кладовых, которые были расположены у самых шахт. В теплую погоду кое-кто спал на улице, за углом складов было удобное место для тех, кто хотел уединиться.
Значит… это единственное удобное место. Меньшая из шахт выходила наружу в скале чуть выше уровня моря. Только во время шторма ее заливало водой. Многие охранники развлекались тем, что часами простаивали у выхода шахты, наблюдая за бурной стихией, а иногда даже пытались поймать на удочку морских рыб. Главное, чтобы никто не заметил, как он будет нести сдутый плот в пещеру. А то, что он прогуливается по шахте, не вызовет ни у кого недоумения. Так он надеялся.
Он обрадовался, когда придумал способ, как вынести сдутый, свернутый плот из здания базы и донести его до лифта. Он не будет делать этого сам. Он просто напишет на тюке код, которым маркировали, припасы, привозившиеся на базу, и когда придет следующий груз, просто скажет, чтобы все отнесли вниз. Доставка припасов происходила не по установленному графику, достаточно хаотично. Но, может, так ему только кажется.
Шансы спастись были ничтожны, но Гелан чувствовал, что у него появилась надежда.
Когда с этим было покончено, он начал думать не о своих планах, а о планах Бэкэрион. Он был абсолютно уверен в том, что она специально добивалась этого назначения. Но зачем? Конечно, не для того, чтобы, убив его, отомстить Метлин. Но каковы же тогда ее цели? Что она может сделать с заключенными и охранниками на изолированной от всего мира базе?
А что бы она делала с такой же базой на материке или в космосе… От того, что он вдруг понял, у него по спине пробежал ледяной холодок. Со смертью Ле-песку его протеже не могла преобразиться в добрую и мягкую женщину. Метлин еще тогда предупреждала всех родственников, чтобы они как можно дальше держались от людей Лепеску. Ничуть не лучше предателей, так она тогда сказала. Их волнуют только собственные интересы.
Ему необходимо было узнать точно, что замышляет Бэкэрион, и доложить об этом начальству. Но каким образом? Бэкэрион ни за что ему не доверится, а доступа к административным файлам ему не получить. Так он только себя погубит.
Дни проходили за днями, и Гелан чувствовал, что больше не может делать вид, будто все в порядке. Служба, каждодневные дела… и все время мысли о том, кто из охранников и из заключенных принял сторону Бэкэрион и каковы ее планы. Если бы только узнать… Он чувствовал, как назревает что-то, видел, что его часто не приглашают на совещания, на которых обычно присутствовал, но что именно затевается, понять было невозможно.
Гелан с тоской обнаружил, что, как и всякому нормальному человеку, ему не хватает общения с себе подобными, что он не может быть постоянно один.
Маргью Пардальт была назначена младшим инструктором в учебный центр Флота, и даже сама удивилась, что ей очень нравится учить других. Подул северный ветер, и жара потихоньку стала спадать, вместе с этим поднималось и настроение Маргью. На Ксавье никогда летом не бывало такой жары, как здесь, на Коппер-Маунтин, и она с удовольствием думала о предстоящей зиме. В отличие от других коллег, которые не воспринимали жизнь на планете, она с удовольствием открывала для себя новые миры. Регулярная Космическая служба построила базы и центры по всей планете, от ледяных полярных пиков на севере до знойных тропических островов на юге. В большинстве из этих центров проводились занятия или испытания. Маргью даже не приходило в голову спросить, почему космическая служба проводит столько занятий и испытаний на планете. Она с нетерпением ждала возможности побывать в степях Драйлэндз, которые, как говорили, очень похожи на ее родную Ксавье, или в горах.
У нее появился перерыв в занятиях, а вместе с ним и первая возможность попутешествовать. Ей поручили отвезти на другие базы срочные секретные директивы. Подобные сообщения должны были передаваться из рук в руки, и выбор пал именно на энсина Пардальт.
Погода утром стояла уже не такая жаркая. Маргью получила портфель с секретными бумагами, прикрепила его специальным замком к поясу и взошла на борт регулярного аэрокара, курсировавшего между учебным центром и Кэмпом Ингелтон. В течение двух часов ей пришлось сидеть на каком-то неудобном тюке, потому что в аэрокарах, развозивших припасы, не было специальных мест для пассажиров. Она внимательно смотрела в иллюминатор. Постепенно красные камни сменились прибрежными болотистыми равнинами грязно-зеленого цвета, потом показались темно-зеленые деревья, которые росли прямо в коричневой болотной воде.
На то, чтобы передать документы командиру базы, ей было предоставлено всего пятнадцать минут, но за эти пятнадцать минут она вполне удовлетворила свое любопытство. Тут стояла такая жара, а воздух был настолько насыщен сернистыми болотными испарениями, что она с удовольствием снова поднялась на борт аэрокара. Теперь они полетят в Драйлэндз. Тюки сгрузили на базе, освободилось достаточно много места, и ей поставили более или менее подходящее кресло.
Полет продолжался несколько часов, она даже заснула в шумном грузовом отсеке и проснулась только тогда, когда аэрокар пошел на посадку. Солнце клонилось к западу. Здесь, на севере, ветер был очень холодным, он срывал последние поблекшие листочки с деревьев, обрамлявших центральный плац базы. Невысокая степная трава уже пожухла. Маргью передала документы начальнику базы и отправилась в барак. Здесь они заночуют. Действительно, очень похоже на Ксавье, только ночное небо выглядит совсем по-другому. Неужели они действительно так близко от Скарфа?
На следующий день Маргью должна была лететь на запад, в прибрежные базы Биг Триз и Дарк Хар-бор. Потом предстоял еще более опасный полет на базы Стэк Айлэндс.
Для длительного перелета был подготовлен специальный герметизированный аэрокар, он летал выше обычных машин. В иллюминатор ничего не было видно, кроме каких-то коричневых пятен вперемежку с белыми пиками гор. Она надеялась, что когда-нибудь сама поднимется на эти вершины. Вместе с ней летели несколько офицеров, рядом сидел морской пехотинец, и каждый раз, когда он по какой-то неведомой ей причине отклонялся назад, она не видела даже иллюминатора.
И все же она путешествует. Маргью приехала сюда, чтобы узнавать новое, а все, что сейчас ее окружало, было для нее новым. Она старалась запомнить внутреннее устройство аэрокара.