Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Гардения не поняла, что они говорили, она разобрала только слово «выбрала», которое несколько раз повторили мужчины. Ответ женщины заставил их расхохотаться еще громче. В конце концов они схватили ее и потащили вверх по лестнице.

Гардения ошеломленно наблюдала за этой сценой. Она никогда не бывала в высшем свете и не знала, как следует вести себя в изысканном обществе, но то, что один джентльмен тащил даму за ноги, а два других обхватили ее за плечи, показалось ей слишком дерзким и даже неприличным. Она была так поглощена тем, что происходило на лестнице, что вздрогнула, услышав мужской голос:

– Мой бог! Что за очаровательную малышку приготовила нам Лили!

Гардения подняла голову и увидела стоявших рядом с ней двух мужчин. Ей сразу стало ясно, что тот, кто произнес это замечание, француз. Темноволосый, молодой, красивый, он, кажется, сразу обратил внимание и на ее помятое дорожное платье из черной бумазеи, и на простую черную шляпку с поднятыми полями, и на растрепанные волосы, которые от влажности превратились в мелкие кудряшки и неопрятными прядями торчали из-под шляпки.

– Она очаровательна! – опять по-английски воскликнул француз.

Гардения, чувствуя, как румянец заливает щеки, перевела взгляд на другого мужчину. А вот он англичанин, решила она. Он тоже был красив, но выражение на его лице было строгим и даже циничным. Именно его сдержанность и настороженность позволили Гардении заключить, что перед ней соотечественник. Нечто в его взгляде – неужели презрение, или она ошиблась? – заставило девушку опустить глаза.

– Это, должно быть, новый развлекательный номер, – продолжал француз, обращаясь к англичанину. – Нет, лорд Харткорт, мы не можем уйти прямо сейчас! Ведь мы пропустим изумительное представление!

– Сомневаюсь, – медленно, немного растягивая слова, проговорил англичанин. – И вообще, мой дорогой граф, от добра добра не ищут.

– Нет, нет, вы ошибаетесь, – запротестовал граф и внезапно, к полному изумлению Гардении, схватил ее за руку. – Вы очаровательны, – сказал он по-французски. – Какова же ваша роль?

– Боюсь, сэр, я вас не понимаю, – ответила Гардения.

– Как я вижу, вы англичанка, – вмешался лорд Харткорт. – Мой друг очень хочет узнать, какой номер вы исполняете и что находится в этом старом поношенном чемодане, на котором вы сидите: приспособления для всяких фокусов или музыкальный инструмент?

Гардения собралась было ответить, но не успела, так как снова заговорил француз:

– Нет, нет! Не рассказывайте! Дайте отгадать! Вы притворяетесь юной воспитанницей из монастыря, вы залезаете в чемодан в этом старом платье, а когда вылезаете – пуф, – он послал воздушный поцелуй, – на вас всего очень, очень мало, а то, что есть, все золотое и сверкает, правильно?

Гардения выдернула руку и вскочила.

– Наверное, я очень глупа, – сказала она, – но я не имею ни малейшего представления, о чем вы тут говорите. Я жду, когда моей тетушке сообщат о моем… неожиданном приезде. – На последних словах она задержала дыхание и подняла глаза, но не на графа, а на лорда Харткорта, как бы взывая к нему.

Граф откинул голову и рассмеялся.

– Великолепно! Изумительно! – воскликнул он. – О вас будет говорить весь Париж! Послушайте, я завтра же навещу вас. Где еще вы выступаете? В «Мейоль»? Или в «Мулен Руж»? Ладно, это неважно, главное, что я долгое время не видел более прелестного создания, чем вы, и должен первым поприветствовать вас в этом доме.

Он взял ее за подбородок, и Гардения с ужасом осознала, что он собирается поцеловать ее. Она успела отвернуться, толкнула его обеими руками и попыталась вырваться.

– Нет, нет! – вскричала она. – Вы ошибаетесь! Вы не понимаете!

– Вы очаровательны! – опять повторил француз.

Девушка ощутила, что его руки обвиваются вокруг нее, что он притягивает ее к себе, и ее охватило сознание своей полной беспомощности.

– Нет, нет! Прошу вас, выслушайте меня! – Гардения заколотила кулачками по его груди. Она щекой почувствовала его разгоряченное дыхание и поняла, что он пьян и что ее сопротивление только еще больше распаляет его. – Пожалуйста, пожалуйста! – выкрикнула она.

Внезапно раздался спокойный голос англичанина:

– Минуточку, граф, кажется, вы совершаете ошибку. – В следующее мгновение Гардения с изумлением осознала, что свободна, а между ней и французом стоит лорд Харткорт.

– Объясните же… ему, – пробормотала она дрожащим голосом.

Внезапно Гардению охватила паника: губы перестали слушаться ее, холл поплыл перед глазами. Она поняла, что падает, и машинально вытянула руку в поисках опоры – и тут твердая мужская рука подхватила ее. Это принесло ей удивительное чувство безопасности, и она погрузилась во мрак, который, казалось, полностью окутал ее…

Придя в себя, Гардения обнаружила, что лежит на диване в незнакомой комнате. Шляпки не было, голова покоилась на целой горе атласных диванных подушек, а к ее губам кто-то прижимал стакан.

– Выпейте вот это, – властно произнес чей-то голос.

Она сделала небольшой глоток, и ее передернуло.

– Я не пью крепкие напитки, – начала было она, но стакан еще крепче прижали к губам.

– Выпейте немного, – проговорил все тот же голос. – Вам это пойдет на пользу.

Гардения подчинилась, потому что у нее не было выбора. Бренди горячей волной разлилось по телу, в голове прояснилось. Девушка подняла глаза и увидела, что стакан держит тот самый англичанин. Она даже вспомнила его имя – лорд Харткорт.

– Извините меня, – пробормотала она, заливаясь краской при мысли, что, должно быть, именно он отнес ее на диван.

– Все в порядке, – успокоил ее англичанин. – Полагаю, путешествие утомило вас. Когда вы ели в последний раз?

– Это было так давно, – ответила Гардения. – Я не могла себе позволить тратиться на еду в поезде, и мне не хотелось выходить на каждой станции, где мы останавливались.

– Так я и думал, в этом-то все дело, – сухо произнес лорд Харткорт.

Он поставил стакан с остатками бренди, распахнул дверь комнаты, и Гардения услышала, как он с кем-то разговаривает. Оглядевшись, она догадалась, что это был кабинет или библиотека, дверь из которой ведет в холл.

Она с усилием села и машинально принялась поправлять растрепанные волосы. Лорд Харткорт снова подошел к дивану.

– Не двигайтесь, – сказал он. – Я велел принести еды.

– Не могу же я лежать здесь, – слабым голосом запротестовала Гардения. – Мне нужно найти тетушку и объяснить ей, почему я приехала.

– Вы действительно племянница герцогини? – спросил лорд Харткорт.

– Да, племянница, – ответила Гардения, – хотя ваш друг и не поверил мне. Почему он так странно вел себя? Мне кажется, он был пьян.

– Наверное, он действительно был пьян, – согласился лорд Харткорт. – Такие вещи иногда случаются на приемах.

– Да, конечно, – пробормотала Гардения, вспомнив, что за свою жизнь успела побывать всего на нескольких приемах и там джентльмены не напивались до бесчувствия и не носили дам за руки, за ноги.

– Вы предупредили тетушку о своем приезде? – поинтересовался лорд Харткорт.

– У меня не было возможности, – ответила Гардения. – Понимаете… – Она помолчала, а потом добавила: – Определенные причины вынудили меня отправиться к тетушке незамедлительно. У меня просто не было времени на то, чтобы предупредить ее.

– Позволю себе заметить, что она удивится, увидев вас, – тихо проговорил лорд Харткорт.

Что-то в его голосе заставило Гардению горячо воскликнуть:

– Я уверена, тетя Лили будет рада меня видеть!

Лорд Харткорт собирался еще о чем-то спросить, но в этот момент дверь открылась, и вошел лакей с огромным серебряным подносом, заставленным различными блюдами. Здесь были и заливные трюфели, и перепела с фуа-гра, украшенные спаржей, и омар под желтым майонезом, и множество других самых диковинных и изысканных кушаний, названий которых Гардения не знала. Лакей поставил поднос на маленький столик рядом с диваном.

2
{"b":"172686","o":1}