— Тебе не стоит ничего бояться, пока я рядом. Никто и ничто не причинит тебе вред. Верь мне, Сара.
— Я просто знаю, что мы уже близко. Я чувствую это… — Нахум как будто был зачарован светом, исходящим из глубин. — Не сомневайтесь. Идите за мной, и я приведу вас к новой жизни, друзья.
Туннель, по которому они спускались, вдруг резко расширился, сменившись просторной сферической пещерой овальной формы, с ровным каменным полом, и несколькими низкими ветвистыми проемами, по-видимому неестественного происхождения — перегородки между отдельными отверстиями были кем-то сознательно разрушены. Стены этой сферической пещеры были покрыты влагой, стекающей по неровным выщербленным краям, а с куполообразного потолка свисали сталактиты.
Воздух был наполнен горячими струйками пара, и всё больше ощущался этот пугающий, и в тоже время притягательно манящий, невыносимый жар, исходящий от одного из проемов. Проход в который был довольно ровно разломан и отшлифован, словно бы арочная дверь.
И именно из него исходил этот яркий обжигающий свет, сквозь который просвечивал некий бледный громоздкий силуэт. Существо, ослепительно озарявшее всё каким-то неестественным светом, от которого и распространялось это обжигающее тепло, неуклюже переваливаясь, свернуло из своего туннеля в соседний ветвистый проем, пропав из виду.
Оставался лишь блеклый след света, по-прежнему освещавший туннели пещеры, и конечно же этот нестерпимый жар. Нахум, не ощущая никакого страха, зачарованно двинулся вперед, за ускользающим силуэтом.
Но не успев толком вступить в тот туннель, за которым скрылся силуэт таинственного существа, Нахум едва пригнулся, как в стену чуть выше его головы, ударила обжигающая струя пламени.
И сразу же за ней из проема вынырнула бурлящая огненная масса, перекрыв собой весь проход, и направляясь к пригнувшемуся Нахуму. Слегка ошеломленный всем происходящим, он всё же сумел увернуться от надвигающегося пламени, воспользовавшись своей фигуркой.
Переваливаясь и бурля, эта огненная масса полностью заполонила собой весь туннель, вытеснив из него трех непрошенных гостей в сферическую пещеру.
Эфраим мгновенно оценив ситуацию, схватил Сару за левую руку, и потащил за собой к тем пещерным проходам, из которых они изначально пришли в эту пещеру.
Нахум, воспользовавшись змейкой буквально за мгновение до того, как пламя накрыло его, перенесся в самый центр пещеры, укрывшись за одним из полуразрушенных уступов, также пытаясь отступить к тем туннелям, вслед за Эфраимом.
Это невообразимое существо — бесформенная огненная масса пузырящейся протоплазмы — слабо иллюминировало, образуя тысячи огней, вспыхивавших огненно-желтым светом. Оно неслось прямо на них, скользя по ровному сверкающему каменному полу сферической пещеры. Из этой огненной массы вырывались многочисленные струи пламени, нанося слепые удары, от которых Нахум едва уклонялся, переносясь с места на место. Свисавшие с потолка сталактиты обрушивались вниз от обжигающих ударов пламени, покрывая пол россыпью осколков камней.
Отступившие в спасительный проем, Эфраим и Сара укрывались за каменными выступами, поджидая бегущего к ним Нахума. Будто бы в беспамятстве, ощущая лишь страх и стремление выжить, он уклонялся от падающих осколков, одновременно пытаясь держаться подальше от огненной массы и ее огненных струй.
Нахум словно бы отгородился от всего происходящего, не осознавая течения времени, каких-либо ориентиров, причинности своих действий и окружающего пространства. Бежать, бежать, прыгать, уворачиваться, переноситься, используя фигурку змейки, и снова бежать, с единственной целью — выжить.
Достигнув некоего условного центра пещеры, огненная масса пламени остановилась, уперевшись в невидимый барьер. И вот вся эта масса начала сжиматься в себя, уплотняясь и принимая некие очертания человеческой формы.
— Ифрит… — с трудом выдохнул из себя Нахум, достигнув наконец туннеля с каменными выступами, за которыми укрывались Эфраим и его сестра. Его одежда слегка дымилась — Это… ифрит… огненный дух…
— Это и есть твой страж арабских сокровищ? — обратился к нему Эфраим, с опаской поглядывая на ифрита, который в это время обрел плотную человеческую форму, покрытую обжигающим пламенем магмы. — Может ты поделишься своими идеями, как нам пройти мимо него, или же мы поворачиваем назад? Я предпочитаю последнее.
Ифрит замер у некоей незримой черты, видимо не в силах преодолеть ее. Она словно бы сдерживала его в этой сферической пещере, не пропуская вперед. Растекаясь своим магматическим пламенем по незримому барьеру, он не мог достать до укрывшихся в туннелях людей, но и не пускал их дальше.
— Ты же понимаешь, что мы не можем просто так отступить, Эфраим? — обдумывая возможные варианты, Нахум пытался найти способ преодолеть возникшую преграду, отделявшую их от сокровищ.
— Это же сплошной огонь, и наше оружие здесь бесполезно… — ифрит по-прежнему оставался неподвижным, смотря на них огненными глазами.
— Хочешь сдаться, когда мы уже у цели?
— Если у тебя есть способ решить эту… неприятность… — Эфраим собирался уже возвращаться назад вместе с Сарой. — А если нет, то у нас просто нет выбора. Нам здесь не пройти.
— Фигурка… — Нахум после некоторого раздумья посмотрел на свою змейку, по-прежнему сжимая ее в ладони. — Она конечно не убьет его, но…
— Смирись с этим. Мы не сможем ничего ему сделать.
— Но вот пройти мимо него… — Нахум посмотрел прямо в глаза Эфраима, решаясь на что-то. — Ты мне должен, помнишь. Пришло время отдавать долг.
— Я должен был дойти до конца. И вот он, этот конец. — Эфраим понимал к чему Нахум клонит. — Всё кончено.
— Еще не всё. Держи. — Нахум протянул ему вытянутую руку, на ладони которой блестела серебристая фигурка змеи. — Ты сможешь… должен. Да, ты должен пройти дальше.
— Да он же сожжет меня… — Эфраим с одной стороны не хотел рисковать, но с другой… Металлическая фигурка притягивала к себе. Он давно уже представлял как бы распорядился ей, если бы получил. И вот он шанс. — Даже если я и доберусь до этой «сокровищницы» с помощью змейки, то ифрит ведь всё равно никуда не денется.
— Ты должен попробовать пройти дальше. — упрямо повторил Нахум. — Посмотри, что там.
— Сара…
— Здесь она будет в безопасности со мной. Ифрит не сможет достать нас. — Нахум махнул в сторону пламени, растекавшегося по каким-то незримым для людей стенам. — Бери фигурку. И помни, что я тебе говорил о ней. Посмотри на то место, куда хочешь попасть.
Наконец решившись на это, Эфраим протянул свою руку, забирая фигурку змеи с ладони Нахума, не зная толком, что будет делать, когда окажется по ту сторону.
Он сделал несколько шагов вперед, пытаясь не думать о сестре, и не объясняя ей ничего. И почему-то тут же на него нахлынули воспоминания об отце, о том последнем моменте, когда он видел его в камере для каторжников на кирпичном заводе. Перед его глазами предстала такая четкая и яркая картинка той самой темницы, что он даже не пытался от нее избавиться, переживая те мгновения возможно в последний раз.
Закрыв глаза, он ощутил то же чувство падения, как и в те моменты, когда Нахум перемещал его. И когда он вновь раскрыл глаза, то с изумлением обнаружил, что находится далеко не в пещере. Это была та самая закрытой яма-темница, которая стала последним пристанищем для его отца.
Всё те же плотно придвинутые одна к другой пятнадцать вшивых и затхлых коек, покрытых сгнившей соломой. И воздух такой же спертый, как и в прошлый раз. И в то же время здесь веяло какой-то необыкновенной прохладой, особенно заметной после невыносимого жара ифрита. Вот только сама эта камера была безжизненно пустой. И даже снаружи не доносилось ни единого звука — всё было заброшено и покинуто.
А ведь, по словам Нахума, фигурка могла перемещать только на небольшие расстояния, которые человек способен лицезреть перед собой, и не более. Так как же у него получилось преодолеть такое огромное расстояние, только представив в голове это место? Да и не почувствовал он, что это потребовало от него больших затрат сил. Всё оставалось по прежнему и он был абсолютно в норме — никакой усталости или слабости. Только небольшая резь в глазах.