— А разведчиков они выслали? — спросил Элбрайн кентавра.
— Да, целая туча этих крыс бегает среди деревьев, — широко улыбаясь, Смотритель веточкой чистил зубы. — Теперь, правда, на двоих меньше.
Элбрайн сделал движение, замеченное только кентавром, — поднял указательный палец рядом с ухом — давая понять, что имеет в виду эльфов, у которых были остроконечные уши.
Кентавр кивнул: да, эльфы были неподалеку, и, следовательно, о разведчиках можно не беспокоиться.
Прискакала Пони на чалой лошади, одной из тех диких, которые позволили себя приручить. Рядом с ней, исторгая жалобы, пыхтел брат Эвелин.
— Важнее всего для нас уничтожить боевые машины, — решил Элбрайн, — Сколько гоблинов в первой группе?
— Целая шайка, — кентавр скривился, словно даже говорить о них было ему противно. — Около дюжины. Рубят деревья, а великан оттаскивает стволы. Мерзкие твари. Хочешь, я их прикончу?
Элбрайн хотел бы верить, что тот и в самом деле с этой задачей справится.
— А великана одолеешь?
Кентавр фыркнул, словно этот вопрос обидел его.
Элбрайн посмотрел на Пони.
— Возьми десять человек и кентавра, — сказал он. — Твоя задача — быстро расправиться с передовой группой. Остальные пойдут со мной. Мы займемся самим караваном.
— Против шести великанов? — недоверчиво спросил Паулсон.
— Отвлечем их внимание, а в это время Эвелин подожжет катапульты. На этом наша задача будет выполнена, хотя я надеюсь, что мы многих успеем прикончить, прежде чем разбежаться.
— А разведчики? — спросил Паулсон. — Они могут сообщить о нашем приближении.
— Разведчики к тому времени будут мертвы, — ответил Элбрайн.
— Что, твои друзья-эльфы постараются? — спросил траппер. — А вдруг они подведут нас?
— Поговорим об этом после, — сухо ответил Элбрайн и крикнул Пони. — Ну, давай!
Паулсон вздохнул — приходилось верить Элбрайну на слово. Пони похлопала траппера по плечу; к его удивлению, она хотела, чтобы вся троица отправилась вместе с ней.
Собрав людей, Пони ускакала. Элбрайн чувствовал возбуждение, вызванное ожиданием схватки, и не сомневался, что Пони испытывает то же самое. Близость опасности лишь придавала остроту ощущениям Элбрайна и Пони. Это была их жизнь, их предназначение.
Скрипя зубами, Элбрайн позволил передовой группе монстров спокойно пройти мимо, хотя было ужасно жаль прекрасное дерево, которое эти твари только что срубили.
Вскоре послышалось тарахтение боевых машин и ворчание тянущих их великанов.
— Ждем, пока они не окажутся прямо против нас, — сказал Элбрайн своим, — а потом осыпаем их стрелами и копьями. Цельтесь только в великанов, они представляют собой главную опасность. Хорошо бы сразу свалить парочку, тогда наши силы почти уравняются.
— А если не получится? — проворчал Тол Юджаник. — Шестеро великанов могут стереть нас в порошок.
Титаническим усилием воли Элбрайн постарался, чтобы в его тоне не чувствовалось, как ему надоел этот человек со своими вечными пререканиями.
— Будем держаться, пока сможем, а потом отойдем. Никакой караван не стоит того, чтобы терять людей.
— Ну да, тебе легко говорить — отойдем, — вскинулся Тол, — ты на коне. А попробуй-ка убеги от великана на своих двоих!
И почему только Пони не взяла этого человека с собой, с досадой подумал Элбрайн? А еще лучше было бы отослать его на восток вместе с другими беженцами. Тол был отличным бойцом, но его вечное брюзжание заставляло об этом забыть.
Спорить с ним не имело смыслами Элбрайн повторил, обращаясь ко всей группе:
— Ждем, пока они не окажутся совсем рядом. Они думают, что разведчики на месте, и не ждут никакого подвоха, — он повернулся к Эвелину. — Сколько человек тебе нужно?
Монах покачал головой.
— Нисколько. Просто отвлекайте их, чтобы я мог сделать свое дело. И держитесь подальше от катапульт! Сегодня я чувствую в себе необычайную мощь.
Удивительно! Сейчас, в самой гуще войны, Эвелин, по иронии судьбы, обрел наконец душевный покой. Больше его не раздирали сомнения и не мучили угрызения совести; он действовал, и тяжкий груз, давивший долгие годы, исчез без следа.
Элбрайн оглядел местность — широкая полоса деревьев, кустарник, камни на речном берегу и сама река, быстро несущая на себе обломки тающего льда. Грохот боевых машин приближался, перекрывая шум воды.
Элбрайн подал знак, и люди заскользили от дерева к дереву. Сам он оставался на месте, укрытый густо сплетенными ветвями буйно разросшегося болиголова. Огляделся по сторонам — интересно, эльфы здесь? Элбрайн прекрасно понимал, что никакой великан не устоит против града их маленьких стрел.
Одна из женщин впереди подала сигнал, что караван совсем рядом.
Элбрайн поднял Крыло Сокола; конь под ним, чувствуя, что приближается волнующий момент, негромко заржал.
Показался первый великан. Сильно наклонившись вперед, он тянул за собой катапульту; упряжь крест-накрест обхватывала его мощное туловище. Вскоре стали видны и двое других монстров.
Элбрайн видел взволнованные взгляды своих товарищей, ожидающих, когда он подаст сигнал к атаке. Впереди по ходу каравана послышались звуки сражения — это Пони со своими людьми напала на передовой отряд.
Элбрайн выпустил стрелу и одновременно легким толчком пяток дал понять Дару, что пора двигаться; конь тут же прыгнул вперед.
Когда стрела угодила в плечо первого великана, он угрожающе заворчал, не столько от боли, сколько от удивления, но почти сразу же на него и двух его товарищей обрушился град стрел и копий.
Элбрайн стрелял почти без остановки, пока конь медленно приближался к каравану. К тому времени, когда они оказались рядом с ним, первый великан был уже мертв, а двое других отчаянно пытались сбросить свою упряжь, в то время как гоблины и поври с пронзительными криками метались вокруг них, ища хоть какое-то укрытие.
Правда, один из карликов взгромоздился на катапульту и криками пытался образумить своих товарищей.
Выстрел Элбрайна сбил его на землю.
Пони скакала на своей кобыле, рубя мечом направо и налево. Она знала, что это самая легкая часть дела, поскольку им удалось застать гоблинов врасплох. К тому же те были не такие крепкие, как поври, и удары валили их с ног. Уже в самом начале схватки половина мерзких тварей лежали мертвыми или катались по земле, завывая от боли.
Горный великан — вот задачка посложнее. Пони заставила кобылу свернуть, когда чудище затопало в ее сторону. Краем глаза она увидела, как в атаку бросился кентавр, вопя во всю мощь своих легких и размахивая дубиной.
Великан попытался схватить его, но тот ускользнул, развернувшись спиной к противнику. Решив, что кентавр испугался и хочет сбежать, великан наклонился, чтобы схватить его за хвост, но Смотритель высоко вскинул задние ноги и копытами с силой врезал по уродливому лицу.
Великан сделал шаг назад, колени у него подогнулись.
Мгновенно развернувшись, кентавр обрушил на его голову удар дубины.
Тут и Пони вступила в бой, рубанув мечом по шее великана.
— Эй, не лишай меня удовольствия! — запротестовал кентавр, взмахнул дубиной и нанес великану еще пару ударов, от которых тот рухнул на землю.
Широко улыбаясь, кентавр смотрел, как Пони расправляется с гоблинами и как уцелевшие твари разбегаются кто куда. Но больше всего его радовало зрелище лежащего на земле великана, растерянного, беспомощного.
Добить его в таком состоянии не составило труда.
Второй великан погиб, так и не успев выпутаться из своей упряжи. Третий в этом смысле оказался удачливее, но стрела Элбрайна вонзилась ему прямо в глаз, и еще с полдюжины стрел обрушились на лицо и шею.
В результате он тоже рухнул на землю.
Теперь наибольшую опасность представляли собой поври и великаны второй катапульты, успевшие выбраться из упряжи и без единой царапины.
— Давай, Эвелин! — пробормотал Элбрайн. — Поторопись.