– А как ее звали, шеф?
– Марфа. Необычное сочетание – «Марфа Браун». Трудно забыть, правда? А с австрийским писателем совсем просто. Любой мало-мальски образованный человек безо всяких энциклопедий скажет, как его звали.
– Я не скажу, – пожала плечами Валя.
И Саша призналась:
– Я тоже.
Ну Саша еще ладно, роман «Венера в мехах», слава Богу, в школьную программу не входит. Но порочная Валентина могла бы получше знать классиков близкого ей жанра.
– Леопольд фон Захер-Мазох – вот его полное имя.
– Захер? – ухмыльнулась секретарша, сделав ударение на последнем слоге, но Фандорин так строго на нее посмотрел, что она воздержалась от комментариев.
– А теперь смотрим сюда. – Николас открыл адреснотелефонный справочник на заложенной странице. – Вот раздел «Литературные, художественные и театральные агентства». Смотрите: «SACHER LITERARY & ART AGENCY. Консультации по всем вопросам авторского права. Посреднические услуги в работе с зарубежными издательствами, галереями, аукционами. Разрешения на вывоз культурных, исторических и художественных ценностей».
Объявление было обведено рамочкой и украшено логотипом: рука, держащая копье.
Валя логотип одобрила:
– Прикольно. Так, а Марфа при чем?
Самое эффектное Николас приберег напоследок.
– Я позвонил по указанному здесь телефону. Якобы хочу вывезти за границу картину. Знаете, как зовут директора агентства? Марфа Леонидовна Захер.
– Николай Александрович!
– Шеф! Ну вы вообще!
И снова, как в прошлый раз, Фандорин был вознагражден за дедукцию поцелуями в обе щеки: с Валиной стороны мокрым и горячим, с Сашиной – сухим и прохладным.
– Это еще не всё, – сказал он скромно. – Я успел собрать о Марфе Захер кое-какую информацию в интернете. Оказывается, это особа довольно известная. Не звезда, конечно, но, знаете, из тех дамочек, кто часто бывает на разных презентациях, банкетах, вернисажах и попадает в глянцевые журналы по разделу светской хроники. Видели, наверно? Маленькие такие фотоэтикеточки в конце номера.
– Не видела, – сказала Саша.
– Конечно, видела – сказала Валя. – Сама сколько раз попадала.
Николас поманил девушек к компьютеру.
– Я сделал закладки… Вот, это из он-лайновой версии журнала «Большой стиль»: бал-маскарад по случаю открытия магазина эксклюзивных шлепанцев в Третьяковском проезде. Видите? «Писатель Б. Акунин и литературный агент Марфа Захер». А тут фоторепортаж с юбилея ночного клуба «Улет»: «Кинорежиссер Н. Михалков, продюсер А. Максимов и светская львица Марфа Захер».
Львица была гламурная на все сто процентов: синтетический загар, умопомрачительные наряды, неживая улыбка в пол-лица. И, как положено, эластичного возраста. Тщательно следящие за собой дамы попадают в него лет с тридцати и растягивают эту вечнозеленую пору лет до шестидесяти, а некоторые и дольше.
– Хроникеры не всегда знают, кто эта элегантная особа, – продолжал демонстрировать улов Ника. – Вот здесь, например, подпись: «Визажист Рауль Хвостенко с подругой». Подруга – Марфа Захер.
– А-а, – протянула Валя. – Кто-то из наших говорил, будто Рауль замутил с какой-то навороченной фефелой. Я хочу сказать: завел роман с какой-то стильной женщиной. Все еще ржали, потому что Раульчик голубее голубики.
– Еще есть любопытная статейка на сайте «pomoi.ru», где собирают сплетни обо всех мало-мальски известных людях. Что здесь имеется? – Николас перешел на следующую закладку. – Марфа Захер – бизнесвумэн широкого профиля с интеллектуально-художественным уклоном. Специализируется главным образом на переправке произведений искусства за границу, используя всякие лазейки. Считается, что для нее невозможного не существует. Кроме того, помогает подешевле провести груз через таможню, решить визовые трудности, добыть разнообразные справки. В статейке сказано, что «литературно-художественным агентством» ее лавочка называется для благозвучия, хотя иногда, действительно, приторговывает издательскими правами. Ну и последнее. – Фандорин вошел на страницу интернет-журнала «Республика Рублевка», предназначенного для обитателей этого нуворишского заповедника. – Интервью с интересующей нас особой. По большей части всякая ерунда: сумки какой фирмы предпочитаете, ваше отношение к липосакции, любимый аромат и тому подобное. Но два куска прочту вслух. Первый – в качестве характеристики объекта. «Вопрос: Марфа, а что для вас как бы главнее всего по жизни? Ответ: Взять ситуацию под контроль, подломить ее под себя. Кайф, когда не ты вращаешься вокруг солнца, а солнце вокруг тебя. У меня в офисе на стене слоган висит, мое кредо: «Видишь добычу – бери ее. Захер.» (Смеется)». Кремень дамочка, – подытожил Ника. – Как к такой подступиться – вот в чем вопрос. Если прямо спросить про рукопись, ответа скорее всего не получим. Без расчета такая акула ничего делать не станет. Как бы не вышло хуже, чем с коллекционером. Выколачивать из нее рукопись, слава Богу, не наше дело. Но прежде чем передать эту информацию заказчику, мы должны удостовериться, что текст действительно у литагентши. Для «Страны советов» это вопрос профессиональной чести. Поэтому предлагаю в лоб не атаковать, а предпринять фланговый маневр. Думаю, для начала надо к этой Марфе присмотреться, последить за ней. В том же интервью содержится полезная информация… – Фандорин прокрутил текст до нужного места. – «Вопрос: Как вам удается так классно выглядеть? Ответ: Уважающий себя человек должен быть в хорошей форме. Я встаю поздно и начинаю день с контрастного душа. Перед обедом, с часу до двух, всегда занимаюсь в «Фитнес-эмпориуме». По четным дням на тренажерах, по нечетным играю с тренером в теннис. Потом можно и немножко расслабиться. Летом я всегда обедаю в «Прибое». И только после этого я начинаю свой рабочий день, часов с четырех и до позднего вечера. А там пора в клуб – совместить полезное с приятным. Деловые встречи, общение в друзьями. Все они интересные, состоявшиеся люди. Прекрасные отношения у меня с…» Ну, дальше она начинает хвастать знакомствами, это неинтересно. Валя, ты рублевская старожилка. Где это – «Фитнес-эмпориум» и ресторан «Прибой»?
– «Эмпориум» – самый большой спорткомплекс. А «Прибой» – тусовочное место. И поесть можно, и позагорать. Кормят, правда, не ахти, зато свежий воздух, речка, и пляж тут же. Жуешь рукколу, на мужиков в плавках пялишься – красота. Дайте-ка мне эту Марфу получше разглядеть. Фотка покрупнее есть?
Фотографию Марфы Захер ассистентка рассматривала не долее минуты – для психологического портрета хватило.
– Клиент понятен. Я таких щучек много повидала. Для них существуют только две наживки – бабло и понты. В смысле, деньги и престиж, он же имидж. За это они что хочешь отдадут. Но только за это, другая валюта не танцует. Бабла Марфуше мы за информацию дать не можем. Вывод: ловим на престиж.
– Как это?
Николас слушал помощницу почтительно – понимал, что тут она гораздо компетентней.
А Валя была вся во власти вдохновения.
– Вопросов пока не задавайте. – Окинула начальника скептическим взглядом. – У вас рубашка «бриони» цела? Которую я вам на 23 февраля дарила?
Рубашка лежала в шкафу, Ника ни разу не достал – не его стиль.
– Надевайте. К ней пиджак кремовый, у вас есть. Мокасины. Брюки все равно какие, но чтоб обязательно белые. Часы нацепите, которые английская тетя прислала.
– Не люблю я их, они тяжелые, – пожаловался Фандорин.
– Зато «роллекс».
Николас попробовал взбунтоваться:
– Зачем всё это? Мы же собираемся следить за Марфой, а не в гости к ней идти!
– Делайте, что говорю. Вы должны смотреться на сто миллионов. Теперь ты. – Она повернулась к Саше и вздохнула. – М-да. Тяжелый случай.
– Она-то нам зачем? – кинулся на защиту девочки Фандорин.
Но Валентина на него даже не взглянула.
– Спокуха, шеф. Сценарий пишу я. Ох, Сашок, придется с тобой повозиться. Значит, так. – Она кинула взгляд на часики. – Золушку забираю с собой. Приведу в порядок, приодену. Это займет часа два. Еще надо тачку подходящую достать.