Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Сверху обрушился поток воды. Один из моряков убрал парус. Ксандер увидел, как он упал. Его тело рухнуло на палубу, проделав дыру. Он вскоре умер. Потемнело. Ксандер зацепился за канат, когда буря завладела кораблем. Мальчик держался изо всех сил, но вскоре его пальцы онемели, и силы начали его покидать. Только крепкие руки Гершома удерживали его от падения. Яркие вспышки молнии рассеивали тьму и сопровождались такими громовыми раскатами, что Ксандеру казалось, что они разорвут корабль на части. Палуба то поднималась вверх на волнах, то падала вниз, погружаясь в пучину и подбрасывая мальчика. Замерзший, мокрый и испуганный, он молился богам о спасении.

Ксандер продолжал держаться из последних сил. «Ксантос» теперь плыл навстречу шторму, то подпрыгивая на волнах, то опускаясь вниз. Вода заливала нос судна. Внезапно корабль накренило, когда уставшие гребцы на левом борту нарушили ритм своих движений. Ревущая стена воды расступилась перед «Ксантосом». Волна налетела на Ксандера, подняв его и отбросив на мачту. Почти потеряв сознание, мальчик выпустил веревку, и вода вырвала его из рук Гершома. Огромный корабль внезапно поднялся, и Ксандер покатился по мокрой палубе. Молния осветила небо. Мальчик увидел, что его несет к дыре проломленного борта, он зацепился руками за что-то.

Когда он оказался прямо перед дырой, он заметил там какой-то металлический блеск. Микенский воин Аргуриос, заметив его бедственное положение, бросился к нему через палубу. Он схватил Ксандера за тунику, и волна потащила их к зияющей в борту дыре. Наконец, Аргуриосу удалось схватиться за канат. Ксандер почувствовал, как палуба скользит под его ногами, и теперь он балансировал прямо над бушующим морем. Мальчик посмотрел вверх и увидел, что микенец оказался за бортом, ему удалось схватиться за канат. Лицо Аргуриоса искривилось гримасой боли. Ксандер знал, что воин в своих доспехах не сможет спасти их обоих. В любой момент микенец отпустит руки, и Ксандер погибнет. Но этого не случилось. «Ксантос» поднялся на волнах. Аргуриоса ударило о борт корабля. У Ксандера затрещала туника.

Ветер начал стихать, дождь почти прекратился, сквозь облака показалась луна. Два моряка покинули безопасное место и осмелились спуститься по накренившейся палубе. Ксандер увидел, как Ониакус схватил Аргуриоса и втащил его обратно. Затем наклонился Атталус, взял мальчика за руки и поднял на палубу.

Ксандер прижался к борту и задрожал. Он не мог унять дрожь в руках. Рядом с ним появился Счастливчик и похлопал его по плечу. Геликаон подошел туда, где стоял Аргури-ос, разминая пальцы. Мальчик увидел кровь на его руке.

— Это был храбрый поступок, — сказал Геликаон.

— Я не нуждаюсь в твоей похвале, — ответил Аргуриос, отвернувшись и направившись к своему товарищу.

Зидантос присел рядом с Ксандером.

— Ну, парень, тебе понравилась первая буря?

— Нет.

— Но ты рад, что выжил?

— О, да, — дрожь начала проходить. — Я думал, что умру.

— Тебе повезло, Ксандер. Погиб только один человек.

— Эпеус?

— Нет. Молодой ликиец по имени Гипполатос. Хороший был парень.

— Я не понимаю. Если Посейдон разозлился на Эпеуса, почему он забрал Гипполатоса?

— Жизнь полна тайн, — ответил Зидантос.

По мере того как море успокаивалось, люди радовались все больше. Геликаон вышел к ним, и вокруг него собрались моряки.

— Посейдон благословил «Ксантос», — объявил он. — Мы плыли вместе с ним, и он прочитал храбрость в наших сердцах. Каждый из вас получит двойную плату.

Теперь крики радости стали еще громче, ликование охватило корабль. Ксандер не чувствовал радости. К нему подошел Геликаон, присел рядом с дрожащим мальчиком.

— В мире много страшных вещей, Ксандер, — сказал Счастливчик, — но ты сегодня вел себя как герой.

— Я ничего не сделал, господин.

— Я видел тебя. Ты первым делом привязал к мачте Гершома, а не себя. Сначала ты позаботился о его жизни, а потом о своей. Твой отец гордился бы тобой, как я сейчас. И ты видел еще двух героев. Гершом держал тебя, хотя его руки болели и кровоточили. Аргуриос рисковал ради тебя своей жизнью. У них обоих великое сердце.

Гершом сидел на корточках на носу «Ксантоса», его мокрые плечи и израненные руки были спрятаны под разорванным куском ткани. Буря закончилась, и, хотя на звездном небе теперь светила луна, его время от времени охватывала дрожь, а озноб терзал тело. Египтянин прищурил свои распухшие веки и не сводил взгляда с приближающегося берега, мечтая как можно быстрее оказаться на земле. Никогда ему так не хотелось почувствовать под ногами твердую почву. Стоящий рядом Зидантос перегнулся за борт и напряженно вглядывался в темную воду под носом корабля. Моряк в черной набедренной повязке опускал в воду длинный шест с отметками и замерял глубину. К ним подошел Ксандер.

— Сколько времени мы проведем на берегу? — спросил Гершом, надеясь, что Зидантос ответит, что они задержатся тут на несколько дней.

— Один вечер, — коротко ответил Зидантос.

Не глядя на корму, великан два раза махнул правой рукой рулевому, и Гершом почувствовал, как корабль немного изменил свой курс. Говорили, что в этих водах есть опасные мели, и теперь египтянин сидел молча, не желая отвлекать опытного мореплавателя. Он видел, что почти все гребцы подняли весла из воды. Только шестеро из них продолжали грести, когда «Ксантос» плыл к безопасному берегу. По правому борту находился остров, вершина которого была покрыта буйной растительностью. На белых скалах сидели чайки, и склоны острова были усеяны их пометом. Когда корабль приблизился к острову, Гершом увидел, что он закрывает вход в большую бухту. Это зрелище заставило его затаить дыхание, так же как и мальчика Ксанде, стоящего рядом.

Бухта была большой, почти правильной круглой формы. Вокруг нее поднимались остроконечные скалы белого и серого цвета. В самой середине скал, прямо перед ними, возвышались, словно часовые, залитые лунным светом два высоких горных хребта. С них спускался переливающийся серебром водопад, который заканчивался небольшой речкой. Гершом разглядел несколько зданий с белыми стенами и красными крышами, которые беспорядочно обступили горы, а на вершине одной из них находилась крепость. Устье реки ровно пополам делила широкая полоска пляжа с белоснежным песком. Другие корабли морки уже вытащили на берег и разожгли костры.

Мальчик смотрел восхищенно, его широко распахнутые глаза, казалось, говорили: «это прекрасно!» Затам он посмотрел на Гершома, тот улыбнулся ему и почувствовал, как поднимается настроение. Это ребенок путешествовал по Зеленому морю всего один день, пережил жестокий шторм, смотрел в глаза неминуемой смерти, а теперь он с нетерпением, искренно ждал следующего приключения.

— Где мы? Как называется это место? — спросил Ксандер.

Зидантос наконец оторвал взгляд от воды и выпрямился, потирая спину.

— Теперь все в порядке, — сказал он моряку, который кивнул ему в ответ, и вернулся на корму с шестом в руках. — Местные называют это место бухтой Голубых Сов, а остальные — бухтой Неудачи.

— Зачем вы сюда плывете, если это место приносит неудачу? — спросил Гершом, про себя подумав, что он видел достаточно бед, чтобы еще самому их искать.

Зидантос улыбнулся.

— Это место никогда не приносило нам несчастья, египтянин. Только другим кораблям.

Гершом теперь смог лучше разглядеть остров. Большинство кораблей расположились по правую сторону реки, но три черные галеры стояли по левую, далеко от других. Он увидел, как потемнело лицо Зидантоса, когда тот заметил черные галеры.

— Ты знаешь их? — спросил он старого хетта.

— Да, я их знаю.

— Конкуренты-торговцы?

Наклонившись ближе, чтобы мальчик не мог их слышать, Зидантос прошептал:

— Они торгуют кровью, египтянин. Это пираты.

Ксандер забрался на самую высокую точку на носу корабля.

— Посмотрите на этих людей! — закричал он, указывая на берег.

На песке расположилось огромное множество палаток, горели сотни маленьких костров и вспыхнуло еще больше, пока люди с корабля наблюдали за ними. Гершому показалось, что он чувствует запах жареного мяса. Его желудок на секунду свело от боли.

15
{"b":"109442","o":1}