Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Сидя с закрытыми глазами и предаваясь подобным размышлениям, я с иронией подумал о том, что в течение многих лет зарабатывал себе на жизнь, ныряя в воду, а теперь, возможно, погибну посреди пустыни от недостатка этой самой воды. И вдруг я почувствовал, как маленькая рука Касси сжала мое предплечье.

— Сколько у нас еще осталось воды? — еле слышным голосом спросила она.

— Немного, — уныло ответил я. — Чуть меньше литра.

Кассандра улыбнулась своими потрескавшимися губами.

— Тогда мне, пожалуй, вряд ли удастся принять здесь душ.

— Я тоже думаю, что вряд ли. Но если тебе хочется пить, то имей в виду, что я везу с собой целый холодильник с холодным пивом и бутербродами.

— А с каким пивом? «Коронитас»?

— Нет, «Хайнекен».

— Тогда я — пас. Мне не нравится европейское пиво.

— Значит, мы остановимся на ближайшей автозаправке и я куплю тебе целый ящик пива, какое ты любишь.

Касси слегка похлопала меня по плечу и, нацелившись в меня пальцем, сказала:

— Ловлю тебя на слове.

Я покосился на профессора, который сидел рядом с Касси, повернувшись к ней спиной. Кастильо молчал.

— Как он, по-твоему? — тихонько спросил я.

— Едва дышит.

— Думаю, весь остаток воды нам нужно израсходовать на него. А то проф, чего доброго, потеряет сознание.

— Я с тобой согласна. Ему, похоже, приходится тяжелее, чем нам, а литр воды на троих — это почти ничего.

***

После того как мы заставили профессора выпить всю оставшуюся воду, нас одолел сон, и я часа два или три находился в состоянии забытья, пока не почувствовал, как кто-то трясет меня за плечо, вырывая из чудесного сновидения, в котором я плыл с приятелями на плоту по бурной южноамериканской реке.

— Улисс, проснись! — услышал я сквозь сон чей-то встревоженный голос.

— А?.. Что случилось? Мы уже приплыли?

— Проснись, Улисс! — не унимался женский голос со знакомым мне мексиканским акцентом.

— Что случилось? — раздался еще один голос, тоже взволнованный, но мужской.

— Туареги! — сообщил женский голос. — Они приближаются к нам!

В тот же миг, чувствуя, как моя кровь наполняется адреналином, я окончательно проснулся и выбрался из нашего ненадежного укрытия. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы мои глаза привыкли к ослепительному свету солнца, которое все еще находилось высоко в небе, и я смог сориентироваться, откуда могут ехать туареги. Приставив ладонь козырьком ко лбу, я разглядел видневшиеся где-то почти у самого горизонта три темные точки.

— Я вышла из-под навеса по малой надобности, — сказала, подходя ко мне, Касси, — и случайно увидела этих негодяев.

— Им до нас ехать еще целых два или три километра, — сказал я, пытаясь хоть как-то успокоить Кассандру, которая начала нервничать.

— Как ты думаешь, они нас уже увидели?

— Наверное, еще раньше, чем ты заметила их.

— Ну и что мы будем делать?

Я обнял Касси за плечи, пытаясь вселить в нее уверенность, которой, по правде говоря, у меня самого в этот момент не было.

— Не переживай, они еще далеко, Но нам нужно немедленно трогаться в путь.

К счастью, профессор Кастильо за время нашего привала успел немного восстановить силы, а потому, хотя и с трудом, смог забраться на своего верблюда. Я, однако, на всякий случай привязал профа к сиденью его собственным ремнем. Затем мы с Касси быстренько собрали вещи, из которых был сделан навес, и через пару минут все вместе снова тронулись в путь. Правда, ехали мы с такой скоростью, на какую только были способны наши измученные верблюды. Мы подгоняли животных криками и ударами ладонью по хребту, однако они, тяжело дыша и выпуская изо рта белую пену, продвигались вперед неторопливой рысцой, чего было явно недостаточно, поскольку темневшие вдалеке три точки, которые мы видели, то и дело оглядываясь назад, постепенно увеличивались.

— Нам от них не убежать! — в отчаянии воскликнул профессор, которому, чтобы удержаться на верблюде, приходилось прилагать буквально нечеловеческие усилия.

Я украдкой посмотрел на Кастильо, переживая не столько из-за его пораженческого настроения, сколько из-за того, что он в любой момент мог свалиться с верблюда.

— Если нам удастся держать их на расстоянии вплоть до наступления темноты, то ночью мы, возможно, сумеем от них скрыться, — сказал я, пытаясь успокоить не только своих друзей, но и самого себя.

Трусившая на своем верблюде рядом со мной Кассандра, синеватые волосы которой развевались на ветру, посмотрев сначала на неумолимо приближающихся к нам туарегов, а затем на меня, отрешенно покачала головой.

— Нам нужно попытаться! — запальчиво крикнул я, догадавшись, о чем она подумала. — Так просто я этим сукиным детям в руки не дамся!

Как мы ни кричали на своих верблюдов, подгоняя их ударами ладонью по хребту, они, постепенно теряя силы, передвигались все медленнее и медленнее. Сначала уставшие донельзя животные перешли с легкой трусцы на быстрый шаг, потом стали идти еле-еле, а затем, к нашему отчаянию, и вовсе остановились.

— Ну что ж, — пробормотал я, — теперь нам придется идти пешком.

— Пешком? — удивился профессор. — Но мы же едва держимся на ногах!

Я слез со своего верблюда, который, совершенно обессилев, сам опустился на колени.

— Бросьте свои сумки и слазьте с верблюдов! — крикнул я, не обращая внимания на слова профессора. — Быстрее, мы теряем время!

— В этом нет смысла, Улисс, — подавленно произнесла Касси. — Они все равно нас догонят — если не здесь, то через километр.

Рассердившись, я подошел к ней и крикнул, едва сдерживая прилив ярости:

— Нет, в этом есть смысл! Я и сам не сдамся, и вам не позволю этого сделать! Пока мы живы, нам нельзя терять надежды. Нужно до конца бороться за свою жизнь, а потому мы пойдем дальше пешком. — Я повернулся к профессору: — Бросьте все свои вещи и идите за мной. Вперед!

Туареги находились уже довольно близко от нас, так что можно было различить не только фигуры всадников, но и поблескивающее на солнце оружие. Они ехали на сравнительно невысокой, но стабильной скорости, и через несколько минут должны были нас догнать. Мы же при такой жаре с трудом могли дышать, а палящее солнце, легко преодолевая хлипкую защиту, которую давали нам наши шляпы, едва ли не плавило наши мозги, отчего мы соображали довольно туго и, к счастью, еще не до конца осознавали, какая трагическая судьба нас ждет.

Пытаясь не обращать внимания на приближение туарегов, мы упорно шагали вперед по покрытому мелким песком грунту. Нам с Касси приходилось при этом еще и поддерживать под руки профессора, который едва переставлял ноги и в любой момент мог окончательно обессилеть и повалиться наземь.

— Бросьте меня здесь и идите дальше сами, — сказал он, задыхаясь. — Все, я больше не могу.

— Оставьте подобные заявления для кино, — пробурчал я, — и постарайтесь поэнергичнее шевелить своими конечностями, а то мы вынуждены волочить вас, как труп.

— А я уже и есть труп…

— Поднатужьтесь, профессор! — стала подбадривать его Кассандра, которая и сама, обливаясь потом, шла с большим трудом. — Не забывайте, что нам еще нужно разыскать сокровища!

Упоминание о сокровищах, похоже, вдохнуло кое-какие силы в профессора, и он, хотя и сильно пошатываясь, все же умудрялся держаться на ногах.

— Ты права, дорогая моя, — пробормотал он. — Вот ведь не везет: как только возникает потребность в такси, так его нигде нет.

И тут, как это иногда бывает в жизни любого человека, провидение решило над нами немножко пошутить: где-то совсем рядом раздался довольно отчетливый звук автомобильного клаксона.

Бог этих пустынных земель сейчас, наверное, наблюдал за нами и смеялся.

34

— А это еще, черт возьми, что такое? — спросила Кассандра, прищуриваясь и всматриваясь куда-то вдаль.

68
{"b":"109424","o":1}