Шан прищурилась на солнце. Здание вовсе не походило на президентскую резиденцию — просто хаотичное нагромождение вес'харских нор в скале, хотя, возможно, еще более хаотичное, чем все остальные, и этим от них отличающееся. Потребуется не меньше часа, чтобы добрести туда.
— Спасибо. Думаю, дальше я сама справлюсь.
— Завтра, — напомнил юссисси. — Скажите ей, что придете завтра.
— Разумеется, — солгала Шан. Если вес'хар не имеют привычки стучать в дверь, значит, и она не будет…
Ориентироваться во Ф'наре относительно легко. Из любой точки, если позволяет дымка, можно увидеть весь город. Вес'хар не сажают деревьев, не вешают ставней и занавесок. И дверей тоже. Наружная дверь — всего лишь способ защититься от причуд погоды и насекомых, тем, которые жаждут проникнуть вовнутрь дома и в декоративных целях обгадить все там.
Вокруг по стеклянным трубам текла вода, и обращенную к солнцу сторону каждой покрывал слой перламутра. Шан коснулась его. Вещество, похожее на переливающуюся косметику, испачкало пальцы. Она фыркнула — свежее дерьмо тем, но, в отличие от всякого другого дерьма, очень красивое и начисто лишенное запаха. Шан поймала себя на том, что ожидала ощутить какой-то экзотический аромат. Она сполоснула руку в бегущей воде и вытерла ее о брюки.
Стеклянные трубы лежали повсюду. Вес'хар, похоже, помешались на этом материале. Видный насквозь народ во всех смыслах этого слова. Видны насквозь друг для друга, и язык у них такой же прозрачный. По крайней мере об одном не стоит волноваться: о том, что можно обнаружить за закрытой дверью.
Все пространство между зданиями заполняла всевозможная растительность. Шан подумала «зелень», но зеленью тут и не пахло: здесь росло нечто фиолетовое, красное, серебристое и белое. Шан шла и думала о предстоящем неприятном разговоре с Чайяс. Вокруг вес'хар окучивали растения. Удаляли листья и побеги. Прямо перед ней мужчина аккуратно впихивал пучки чего-то ярко-карминного цвета в узкую полоску золотисто-красной земли, которая бежала вдоль фасада дома.
Шан остановилась. Он взглянул на нее, и она ощутила запах его удивления. Вес'хар засвистел и защелкал. Шан разобрала слова гефес и с'наатат. Но не поняла общего смысла. Он выпрямился и подошел так близко, что ей пришлось отступить. Похоже, они не имели преставления о личном пространстве. Его близость ей не понравилась.
Шан попробовала улыбнуться, чтобы показать, что не испытывает страха, но потом подумала, что вряд ли он лучше, чем юссисси, поймет смысл демонстрации зубов. Вслед ей прозвучала трель.
Она дошла до края террасы, где по каскаду, обрамленному восхитительным пурпурно-черным мхом, стекала вода. К этому моменту там собралось уже довольно много вес'хар, желающих на нее посмотреть. Они насвистывали что-то непонятное, и Шан сильно жалела, что знает по-вес'харски еще так мало. От них исходил тонкий запах возбуждения — ничего угрожающего, просто легкое беспокойство, которое вполне могло сойти за волнение.
Шан не имела понятия, что происходит. Она остановилась и оглядела их. Возможно, они винят ее в том, что случилось с Арасом. Террасу вряд ли можно было назвать широкой. А вот вниз лететь долго.
Только кости поломаю, подумала Шан. Может, получу какие-то внутренние повреждения. И будет больно.
Но никто не пытался ее остановить или обыскать.
Военное присутствие вес'хар на Безер'едже имело огромное значение, эта держава сумела стереть с лица планеты целую цивилизацию, но они не имели представления о том, как защищать свои собственные дома. Шан осторожно вошла в извилистый коридор, который вел в дом клана Чайяс. Даже сейчас долгое обучение в полицейской школе давало о себе знать: ей повсюду мерещились опасности. Однако пара мужчин — двоюродных братьев, мужей или сыновей Чайяс — просто уставились на нее, а потом поспешно убрались с пути, как будто она имела полное право здесь находиться.
Да, им и правда нужно хорошо подготовиться, если они собираются противостоять вторжению людей. Пожалуй, в первую очередь им следует выяснить, что такое замки.
Но тут к Шан рысцой подбежал юссисси — наверное, тоже самец, поменьше самок: ростом он едва доходил ей до груди, и Шан поймала его за богато украшенную желтую драпировку, которая спадала с одного плеча, подтянула к себе и наклонилась, так что они с юссисси оказались почти что нос к носу.
— Ты по-английски говоришь? — уточнила она. — Говоришь… — Все эти инопланетные сурикаты владели несколькими языками. — Ты знаешь, кто я такая. Отведи меня к Чайяс.
Юссисси таращился на нее. Раньше ей казалось, что они все покрыты мехом янтарного цвета, теперь пришлось пересмотреть это убеждение. Кожу юссисси испещряли тысячи едва заметных складочек, отчего она походила на крепированную бумагу. Остренькие, как иголки, зубы оказались именно такими, какими она увидела их в первый раз. Ее лицо находилось в опасной близости от них. Но Шан не отступила.
— К Чайяс. Живо.
Он колебался, но недолго.
— Сюда.
Шан последовала за ним через три дверных проема и вниз по лесенке с невысокими ступенями.
— Чайяс Чайл очень огорчится, — пропищал юссисси детским голоском.
— Да я сама сейчас сдохну от огорчения.
— Вам следует испросить у нее аудиенции. Я могу поспособствовать. Мое имя Виджисси, я… — он подыскал подходящее слово, — дипломат матриарха.
— Боюсь, мне дипломатичности недостает, да и ждать мне некогда. Спасибо за заботу, но я встречусь с ней сейчас.
Юссисси притормозил у портала и сунул туда голову. Отпрянул. Шан наклонилась к нему, уверенная, что теперь он не отхватит от нее кусочек. Существо пахло перьями.
— Она там?
— Да, Чайл.
— Благодарю. Теперь уйди, пожалуйста. Это личное. Ей бы не хотелось, чтобы несчастный юссисси оказался
поблизости, если начнется стрельба. Она нащупала в кармане гранату.
После недолгих колебаний юссисси припустил прочь. Шан впервые заметила, что под мантиями смешных переводчиков скрывается две пары ног. Вот почему их шаги так звучат…
Она вошла.
Чайяс, высокая, будто отлитая из золота, стояла и наблюдала за движущимися снимками ландшафта, которые казались вмонтированными в каменную стену. У нее было красивое вытянутое лицо и грива пучками. Шан начала понимать, что это очень индивидуальные черты. Вес'хар уже не казались ей абсолютно одинаковыми.
— Что вы здесь делаете? — Чайяс взглянула на нее без всякого интереса. — Я вас не вызывала.
— Мой вам бесплатный совет: стоит лучше заботиться о своей безопасности. Но я здесь не для этого. Я пришла за Арасом.
— Арас взят под стражу.
— Это я знаю. Но вам нужна я, а не он. Я гефес. — Шан сделала шаг к Чайяс. Возможно, Чайяс не знает, как пахнет человек в лучшие времена. Может, она не учует, что Шан на взводе? — Вот она, я. Таким образом, проблема — биологическое оружие в руках человечества — решается сама собой. Отпустите Араса.
— Эту угрозу мы уже нейтрализовали, когда привезли вас на Вес'едж. С чего мне идти на уступки?
— Потому что так будет правильно. Он сделал это для меня. Объект риска — я, а не он.
— В этом-то и проблема. Он поступил не как вес'хар. Он поставил личную прихоть выше общего блага.
— Что ж, я могу исправить это. У вас есть только один шанс узнать, что такое люди и как с ними бороться, и это шанс — я. — Шан завела руку за спину, опустила вдоль позвоночника, ощутила под пальцами согретый ее телом металл и вытащила из-за пояса пистолет так, как делала тысячу раз до этого. Он описал тщательно отработанную траекторию-дугу. Дуло уперлось в левый висок Чайяс. Шан держала оружие двумя руками. Чайяс не шевельнулась. Действительно, откуда ей знать, как выглядит пистолет и для чего его достают…
— У вас под кожей огни, — сказала матриарх.
— Лучше подумай о пушке, дорогуша.
— Она убьет меня?
— Она может.
— А почему вы хотите это сделать?
— Это то, что люди делают, когда хотят чего-то добиться. Я хочу, чтобы ты отпустила Араса.