Куруши шевельнулась.
— Вы опоздали, — сказала она.
Чахал зашипел. Шан не сдвинулась с места, посмотрела на Куруши:
— Иззи, что сделала Лин?
— Скоро увидите, — ответила Куруши. — Мне правда очень жаль. Мы пришли, чтобы забрать вас.
— Вполне честно. Ничего личного.
Вирин в руках Араса вспыхнул цветными пятнами. Сообщение из Временного города. Сквозь прозрачные слои устройства Арас видел снимки с разведсамолетов юссисси. Они следили за обстановкой в районе южных островов.
Морпехи обменялись взглядами, и Шан это заметила. Она медленно обошла вокруг них. Неужели она станет их пинать? В полуоформленных воспоминаниях, которые достались Арасу от Шан, это было обычное дело.
— Итак, вы пытаетесь что-то понять. Попала Лин на место или нет? Подозреваю, что время важно для вас, потому что запланировано отступление. Может, она взяла образец. А может, что-то должно случиться позже? Вероятно, тут задействовано еще какое-то устройство.
Шан остановилась перед Чахалом и прижала дуло пистолета к его лбу, прямо между надбровными дугами. Арас не сомневался, что она его застрелит. Даже без подсказки запахов Арас видел, что все мускулы ее тела напряжены и кровь отлила от лица.
— У командора Невилл бомбы, — выпалил Джеймс. Наверное, он тоже поверил, что она вот-вот выстрелит.
Чахал смотрел в пол, по скулам ходили желваки.
— Что за бомбы? — спросила Шан.
— Радиационные, — ответил Джеймс. — Они выжгут остров дотла. А потом она придет за вами.
— У нее ядерные бомбы? О ч-черт! — Арас боялся, что она сейчас слетит с катушек, но Шан являла собой воплощенный самоконтроль. — Иззи, у меня отличная память на мелкие подробности. Беннетт как-то упомянул, что ты обучалась обезвреживанию боеприпасов взрывного действия. Что ж, вот тебе и боеприпасы взрывного действия. Ты могла бы помочь нам их обезвредить.
Чахал поднял на нее глаза:
— Это противоречит…
— Чез, заткнись, — ласково сказала Шан. — Можешь подать на меня в гаагский суд, когда вернешься домой. — Она не отводила пистолет от его головы. — У тебя есть голосовая связь с Лин?
Чахал моргнул.
— У меня аудиоимплантанты.
Шан выпрямилась и отступила назад, зашла к нему за спину и, все еще целясь ему в голову, развязала ему руки.
— Свяжись с ней. Скажи, что Шан желает ее видеть. Давай, звони сучке.
После недолгих колебаний Чахал принялся нажимать точки на запястье и ладони. Он что-то бормотал себе под нос, Арас его почти не слышал. Имплантанты у солдат что надо, очень чувствительные. Шан когда-то пошутила — или не пошутила, кто знает, — что никогда не ляжет в постель с сержантом Беннеттом, потому что весь отряд услышит подробности. Арас наконец-то понял, что она имела в виду.
Чахал замолчал, будто прислушиваясь. Посмотрел не на Шан, а на ее пушку.
— Командор Невилл говорит, что скоро встретится с вами.
Шан выглядела более чем мрачно. Она совсем перестала моргать, и Арасу это зрелище не нравилось.
— Повтори мне дословно, что она сказала.
— Она сказала: «Поймай меня, если сможешь». Неудивительно, что Чахал перефразировал эту формулировку. У Шан напряглась челюсть. Арас вмешался.
— Исан, она пытается тебя спровоцировать.
— У нее хорошо получается.
— Ты не можешь позволить себе гневаться.
— Тогда я удовольствуюсь самосудом. Арас осторожно взял Шан за руку.
— Юссисси продолжат поиск оружия. Оставайся здесь.
Она почти стряхнула его руку, потом опомнилась и накрыла ее своей ладонью. В другой руке она все еще держала пистолет, и дуло пистолета все еще смотрело в лоб Чахалу.
— Я никогда не посылала подчиненных делать за меня грязную работу. Не стану этого делать и на этот раз.
— Я отправлюсь туда с Куруши.
— Нет, там может быть ловушка для меня.
— Исан, не надо. Когда юссисси с воздуха обнаружат бомбы, я прослежу, чтобы Куруши их обезвредила. Никакого риска.
— Ты слишком самонадеян.
— Ты забыла, кто я такой. — Он был солдатом. Хорошим солдатом. Он ничего не забыл. — Ты останешься здесь.
— А ты забыл, кто я такая. Я — офицер экологической полиции. И я собираюсь разобраться с этой глупой коровой, которая готова засрать всю планету, лишь бы добраться до меня. Я буду делать свою работу, пусти меня.
— Послушай, в этом нет необходимости.
— А ты меня послушал, когда я говорила тебе не преследовать исенджи?
— Ты едва не погибла, потому что настояла и пошла со мной.
— Я кое-чему научилась. На этот раз я выстрелю первой. Арас знал, что ему никогда не удастся заставить Шан что-то сделать. В споре с ней он просто терял время.
— Обещай, что будешь благоразумна.
— Ладно. Ничего не имею против благоразумия. — Шан повернулась к Чахалу: — Скажи, что я встречу ее в Константине. Напомни, что я знаю расположение тоннелей, а она — нет, и намекни, что я в прескверном настроении. Да, и пусть Беннетт с Баренкоином держатся подальше.
Губы Чахала зашевелились, и Шан прислушалась, потом перевернула его руку ладонью вверх:
— Покажи мне, где они.
Она проверила по координатам местоположение Линдсей и других, чтобы удостовериться, что они на острове, а не просто заманивают ее в ловушку. После этого Шан снова связала ему руки и позвала Мартина:
— Дайте мне одну из их винтовок.
Арас редко колебался, но сейчас настал именно такой момент.
Шан могла бы подождать, подождать, пока он вернется, а потом они бы вместе взяли Линдсей и ее морпехов или — еще лучше! — просто оставили бы их на Безер'едже, а патогенные микроорганизмы сделали бы всю грязную работу. Это заняло бы неделю или две, но результат был бы тот же.
Но нет, Шан ждать не станет. Никто не заставит ее сидеть сложа руки. Арас больше всего на свете хотел бы защитить свою исан, исанкет, своего боевого товарища. Но он — страж Безер'еджа, и он все еще несет этот древний долг.
— Пожалуйста, позволь хотя бы Виджисси пойти с тобой.
— Ладно, если это сделает тебя счастливее. Мартин, две винтовки.
Они пошли на пляж, туда, где лежали на песке лодки. Куруши с большим трудом подстроилась под широкий и быстрый шаг Шан и Араса. Арас крепко держал ее за плечо — на случай, если она вздумает бежать, хотя на самом деле он не понимал, какой ей в этом толк. Но Шан сказала, что морпехи при любой возможности стараются сбежать и доставляют врагам массу неприятностей. Арасу не нравилось считать себя и их врагами.
— Что ты собираешься делать с Джошем, когда найдешь его? — спросила Шан.
Арас очень надеялся, что этого вопроса она не задаст — потому что боялся задать его себе сам. Джош его предал. Он помог гефес, которые хотели то ли завладеть с'наататом, то ли уничтожить его. В любом случае они представляли угрозу для Шан и Безер'еджа.
— Не представляю. Шан не сбавила шагу.
— Я знаю, ты переживаешь из-за Джеймса. Мне жаль, но так нужно было.
— Он ведь ребенок. Неужели обязательно было его бить?
— Ты становишься слишком мягкосердечным.
— Нет, при необходимости я применяю силу.
— Сбрасывать бомбы на незнакомых людей может кто угодно. Но иногда нужно и другу причинить боль.
Звучит дико, но это правда. Арас испугался, что Шан станет его презирать. Иногда она вела себя как вес'хар в большей степени, чем он сам. Но он не мог подавить в себе инстинктивное желание оберегать детей.
— И все равно он ребенок.
Шан стояла на галечнике, уперев руки в бока, и смотрела на море. Безери, если и плавали на мелководье, ничем своего присутствия не обнаруживали.
— Знаешь, для меня равенство — превыше всего. Мне не важно, сколько им лет, здоровые они или больные, женщины или мужчины, какой они расы или вероисповедания. Я просто получаю от них нужные мне ответы. По-моему, это справедливо.
Она неуверенно улыбнулась ему, как делала, когда хотела заверить его, что все хорошо, а на самом деле все было плохо.
Арас оттащил одну из моторных плоскодонок к воде. Мотор завелся быстро, как будто работал совсем недавно. Арас влез в лодку и втащил Куруши за собой. Она оказалась тяжелее, чем можно было ожидать от девушки такого хрупкого сложения, но его исан все равно казалась гораздо крупнее.