Литмир - Электронная Библиотека

— Да ладно тебе, Костя, вот умеешь же ты находить то, чего не видят другие, — заметила Альбина. — Посмотри лучше, какая красота кругом. И морем пахнет, словно мы на курорте.

— Ты же не любишь Балтику, милая! Или это не для тебя она слишком холодная?

— Сегодня меня все устраивает… — Альбина не успела договорить фразу.

Навстречу им промчался мотоциклист, шумно совсем не по-фински развернулся и затормозил около советника. Стрелец отшатнулся. Сцена собственной смерти на оживленном перекрестке в Боготе всплыла перед глазами. Он сделал шаг вперед, прикрывая собой Альбину. Мотоциклист, не заглушая двигателя и не снимая шлема, только небрежно откинув забрало, пвыпалил:

— Господин Басов⁈

И, не дожидаясь ответа, вручил ему пухлый конверт, который был подозрительно похож на тот, что накануне оставили в кухне его боннской квартиры оперативки генерала Вольфа. Альбина широко раскрытыми глазами смотрела в спину стремительно удалявшемуся байкеру. Стрелец осторожно поворачивал в руках посылку, пытаясь понять, от кого она. Дворников недоуменно наблюдал за происходящим. Он еще не знал, что советник Басов играет в опасные игры.

Глава 7

ГЛАВА 7

ЧТО ДЕЛАТЬ?

Июль 1973 года. Хельсинки. Отель Marski. Штаб Девятого управления КГБ

Во временном штабе Девятого управления КГБ, расположенном в отеле Marski на этаже, где размещалась советская делегация, царила атмосфера тревожного ожидания. Пакет, полученный советником Басовым от неизвестного отправителя, оказался весьма неприятным сюрпризом. В конверте не было ни взрывчатки, ни спор сибирской язвы или еще чего-то не менее смертоносного. В посылке лежала магнитофонная бобина, о содержании записи на которой советские оперативники, учитывая обстоятельства, предпочли бы ничего не знать.

«Как же это все некстати! — с досадой подумал Стрелец. — Ведь мы такую красивую комбинацию разыграли. Неужели все коту под хвост?»

Решение надо было принимать быстро, и среди возможных вариантов выбирать приходилось лучшее из худшего. Он посмотрел на руководителя группы полковника Ивана Алексеевича Морозова. Тот в очередной раз прикуривал от собственной сигареты. Кроме них двоих доступ к содержимому пакета пока получил только технический специалист Николай Иосифович Хейфец. Он тоже много курил, только не сигареты, а папиросы. Свежего воздуха катастрофически не хватало.

Между тем картина вырисовывалась самая неприглядная. Прежде всего советника беспокоили два вопроса: кто еще, кроме него, получил подобную посылку, и кто ее прислал. Именно в таком порядке.

— Я обязан сообщить председателю, — без энтузиазма заявил Морозов.

— Иван Алексеевич, не торопитесь хвататься за трубку, — остановил полковника Стрелец.

— Не понял, — брови комитетчика сердито сошлись у переносицы.

Стрелец взял первый попавшийся листок бумаги и написал разборчивым почерком: «И у стен есть уши. Я не уверен, что линия безопасна». Морозов показал записку Хейфецу. Николай Иосифович возмущенно запротестовал:

— Константин Иванович, вот за это можете не беспокоиться. Я здесь весь этаж каждые три часа проверяю. Можете быть уверены.

— Люди, которых мы с вами здесь только что слышали, — Стрелец указал на пленку пальцем, — тоже были уверены. А у них оснований не сомневаться было побольше, чем у нас с вами.

— Николай Иосифович, это может быть результатом некоторых человеческих усилий? — осторожно поинтересовался Морозов. — Монтажа, например?

— Не может, — ответил за инженера Стрелец.

В отличие от Морозова он совершенно точно знал, что предшествовало разговору, записанному на пленку, лежавшую перед ними. Это было государственной тайной, которой он не мог поделиться ни с кем, включая полковника Морозова.

— Вот что, — шепотом произнес советник. — До того, как эти люди, кто бы они ни были, выставят требование, в прессу это не пойдет. Иван Алексеевич, ищите действительно надежный способ связаться с председателем. Я со своей стороны поставлю в известность собственное руководство.

Стрелец собрался уходить. Как бы ему ни хотелось действовать, советник понимал: надо ждать следующего шага со стороны врага. А пока стоило прозондировать общую атмосферу.

— Не прощаюсь, — он обернулся к офицерам КГБ. — Прошу вас держать меня в курсе любых, даже самых незначительных происшествий.

— А вы что собираетесь делать? — Морозов подозрительно посмотрел на советника.

— А я отправлюсь туда, где собираются основные игроки. Планом размещения делегаций не поделитесь, Иван Алексеевич?

— Ну, не то чтобы планом — так, оперативными наработочками, — ответил полковник.

Стрелец изучил список.

— Ого! Я смотрю, немцы устроились лучше всех. Не отель, а настоящий курорт, — одобрительно заметил советник. — А как Шеель будет добираться до Хельсинки? Примеряют на себя мантию будущего локомотива Европы?

— Мне докладывали — на вертолете, — ответил Морозов, не среагировав на иронию собеседника.

— Роскошно, ничего не скажешь, — хмыкнул Стрелец. — И совершенно точно не останется незамеченным. Ничего не скажешь.

— Американцы поселились в новеньком InterСontinental.

— Видел сегодня во время прогулки. Красивое свежее здание. Все — как они любят. И Роджерс там тоже будет жить? — на всякий случай уточнил советник.

— Все.

— Представляю, какой запредельный уровень охраны они выставили там. Будут производить впечатление массой. Не подберешься. Если только с воды…

— Константин Иванович, с воды тоже не получится, там дежурят финские водолазы.

— Да ладно⁈

— Мы здесь, к слову, тоже не отстаем, — заверил собеседника Морозов. — Охраны приехало не меньше, чем делегатов.

— Ну да, ну да, — многозначительно пробормотал советник. — Как я вижу, единственное, что стороны на момент усвоили наверняка — это то, что демонстрация силы является лучшим прологом к миру. Лучшим из возможных. Кстати, в каких барах они тусят?

— Что? — удивился Морозов.

— Простите, это модное словечко из современного немецкого быта, — как мог на ходу выкрутился Стрелец. — В каких барах собираются участники рабочих групп?

— Зачем вам?

— Хочу посмотреть, кто и как отреагирует на мое появление.

— Но ведь у нас такое не принято, — Морозов посмотрел на советника с подозрением.

— А как вы предлагаете искать отправителя, Иван Алексеевич? Подождем, пока он объявит о себе по телевизору? — Стрелец искренне пожалел о том, что Кузнецов остался в Бонне.

Оперативное чутье Игоря Прокопьевича никогда не подводило их тандем. А умение понимать друг друга с полуслова повышало эффективность совместной работы в разы. И тот и другой принимали как руководство к действию то обстоятельство, что личные контакты с представителями противной стороны дают ошеломительные результаты, умели выстраивать нужные связи и завоевывать симпатию оппонентов.

— Ладно, Константин Иванович, слышал я про ваши нестандартные подходы. Не думал, что придется познакомиться… — Морозов тяжело вздохнул, неохотно сдаваясь под напором логики советника.

Выражение лица комитетчика было красноречивее всяких слов. Полковник Морозов головой отвечал не только за безопасность, но и за абсолютную, кристальную чистоту рядов всей советской делегации. Отправлять советского человека по капиталистическим барам ему еще не приходилось. С другой стороны, напутствуя перед ответственной миссией, Андропов персонально предупреждал Ивана Алексеевича со всем вниманием отнестись к предложениям и рекомендациям советника Басова. Чем он так отличился в этой своей Германии, толком не знал никто, но авторитет у дипломата в верхах был особый.

Полковник достал из внутреннего кармана пиджака тонкий блокнот в дешевом картонном переплете и быстро перекинул несколько страниц, заполненных убористым почерком с многочисленными сокращениями.

— Предполагается, что все рабочие группы и пресса крутятся в местах своего размещения. Но по слухам, существует точка общего притяжения — Николай Иосифович там успел побывать до основного наплыва.

16
{"b":"982948","o":1}