Не скажу, что это плохо. И я не думаю, что мы с ней вдруг не справимся. Но все же сестренка очень многое мне дала и еще большему научила. Поэтому по старой Эмме я, конечно же, буду иногда скучать. Зато новую я с радостью приму не только в род, но и в семью. Только теперь — уже по-настоящему.
Само собой, в ту ночь мы о многом поговорили и очень многое обсудили.
Эмма сказала, что согласна вступить в род, но при этом предпочла сначала пообщаться с нашим общим биологическим отцом. И спросить, так сказать, благословения именно у него. Просто потому, что ей так показалось правильнее.
Я не возражал.
Собственно, мы в ту же ночь к нему и сходили. Поделились, так сказать, последними новостями. А заодно по-настоящему шокировали тана Альнбара, а также явившихся на его зов отца и деда, которые до этого момента даже не предполагали, что у Эммы в принципе может проявиться не только магический дар, но еще и родовой Талант.
Несмотря на ее происхождение… несмотря на то, что в ее модуле с самого начала присутствовал слепок человеческой души… и даже несмотря на тот факт, что душа настоящего Адрэа Гурто так и не вернулась в род… они все равно поначалу не хотели верить.
Пришлось поклясться, чтобы сломать наконец эту стену.
И вот когда мы с сестрой наглядно продемонстрировали, что никого не обманули… когда наши фигуры окутались одинаково ярким золотистым сиянием, наглядно подтверждая то, что мы сейчас сказали… таны Горус и Урос просто вынуждены были согласиться, что да, как минимум магический дар у Эммы есть. Тогда как тан Альнбар явственно нахмурился и вновь продемонстрировал то самое недоверие, чуть ли не отторжение, с которого мы когда-то начинали.
Он, к сожалению, все еще с трудом воспринимал саму мысль о том, что Эмма — не просто девушка из модуля, а новое воплощение для души, которую он когда-то знал под именем Адрэа Гурто.
Ему все еще было дико думать, что искусственный интеллект, который он создал и благоразумно ограничил, смог до такой степени развиться и вырасти во что-то большее, чем просто комплекс из сложных программ и алгоритмов.
Но, как ни крути, а имя он выбрал для Эммы сам. И сам же подарил ей женский голос. Не говоря уж о второй жизни. Так что к тому, что она стала именно такой, именно он приложил руку. Я же просто помог сестренке стать лучше и сильнее, чем раньше. Я помог ей вспомнить, что такое эмоции, и постарался научить, что же это такое — быть человеком.
Да, не во всем у меня получилось. Не во всем я справился. Но Эмма умница. То, чего не смог сделать я, она сделала сама. Сама выросла. Сама научилась. И, что самое важное, не отказывалась учиться дальше, пусть и в новом теле.
Ну а то, что когда-то это был совсем другой человек… что ж, в жизни еще и не такое случается. Даже обычные люди порой за год-два меняются так, что не узнать. Что уж говорить о душах? Моя вон тоже сюда явилась дайн знает из каких далей, чтобы занять предназначенное ей тело. Так что Эмма на самом деле недалеко от меня ушла. Мы с ней даже в этом оказались похожими. И со временем, полагаю, даже тан Альнбар это поймет. Рано или поздно, но все же примет такую странную правду. И, надеюсь, когда-нибудь привыкнет, что теперь вместо неуклюжего сына-бастарда у него есть очень умная и ответственная, да еще и одаренная дочь.
Что же касается принятия в род, то все три тана заявили, что теперь это — моя головная боль и моя же ответственность. Раз его величество уже сейчас дал понять, что принял меня в новом качестве, то официальное признание рода Расхэ — это дело времени. Ну а там и до кресла тана недалеко.
— Прошу тебя лишь об одном: не спеши, — сказал тан Альнбар, когда об этом зашел разговор. — Помни, что ритуалов для претендентов существует несколько. И что порой лучше не сделать выбор вовсе, чем сделать его неправильно.
На Эмму он при этом не смотрел, но я прекрасно понял, что он имел в виду.
Да и не только я.
— В любом случае я рад, что вы пришли ко мне за советом, — так же неожиданно добавил мой биологический отец, заставив меня удивленно приподнять брови. — Связь с родом и для живых, и для мертвых очень много значит, и мне отрадно видеть, что вы об этом не забываете.
Ах, он в этом смысле…
— Да как такое забудешь? — улыбнулся я. — Я знаю, что вы для меня сделали. Бесконечно благодарен вам за доверие и за все, что вы мне открыли. Но, если помните, я еще не всю память рода успел прочесть. Да и не все интересующие меня родовые проекты изучил. И вообще, рассчитываю на многолетнее, несомненно плодотворное сотрудничество, а также на новые проекты, в том числе и потому, что мой путь в качестве главы рода только-только начинается. И кто, как не вы, способны уберечь меня от ошибок?
На губах тана Уроса и тана Горуса мелькнули и пропали одинаково хитрые улыбки.
— Да-да, — кивнул я. — Не сомневайтесь, я еще очень долго буду дергать вас по пустякам. Будить после полуночи. Хлопать дверьми. Включать свет, когда не просят. Шуметь, топать. И так просто вы от меня не избавитесь.
— Не перегибай палку, потомок, — наморщил нос тан Альнбар. — Разумеется, никто тебя одного не оставит. И помощь, и совет ты всегда здесь найдешь. Но раз уж ты нас разбудил, то, будь добр, хотя бы с периодичностью раз в месяц тут появляйся…
— А то без новостей из большого мира тут бывает ужасно скучно, — тихонько добавил тан Урос.
— Оба приходите, — благодушно кивнул тан Горус. — И Арлизу с собой по возможности прихватывайте. Провидцы… с ними бывает очень интересно пообщаться, особенно после смерти. Так что пускай девочка не стесняется. Мы ее не обидим.
Тан Альнбар метнул в сторону отца быстрый взгляд, безошибочно распознав прямой намек на то, что именно Арли… будущая провидица Расхэ и в перспективе сильнейшая провидица Норлаэна… помогла Эмме обрести новое тело, да еще и пару пророчеств о ней выдала. Но ничего по этому поводу не сказал. Просто задумался. При этом я заметил, что недовольство, смешанное с откровенным беспокойством, из его глаз наконец-то ушло, и, улучив момент, благодарно кивнул деду, который сумел так аккуратно и, главное, вовремя напомнить моему биологическому отцу эту важную деталь.
После этого мы еще немного пообщались, но у Эммы, к сожалению, был еще слишком слабый дар. И в том числе слабая ветвь сна, поэтому долго оставаться с нами ей было нельзя.
А вот когда она, попрощавшись, испарилась, отправившись отдыхать и, надеюсь, видеть самые обычные сны, все три тана дружно на меня насели. Потребовали деталей по поводу воскрешения сестры. И битых два с лишним рэйна досконально выясняли, что там и как произошло, что именно напророчила роду и Эмме Арли. И как именно я планирую развивать дар сестры, если уж они сами… с высоты своего опыта и знаний… даже близко не представляли, во что именно выльется ее Талант.
Я этому порядочно удивился.
— Разве Инженер — не об этом? Лэн Альнбар, вы ведь сами мне когда-то говорили…
Но тан Расхэ лишь качнул головой.
— Я умею чувствовать приборы и ощущать, можно ли, к примеру, внести в устройство ту или иную деталь, но для меня это возможно, только если и прибор, и деталь у меня в руках.
— А вот о том, чтобы дистанционно ими управлять, для нас это внове, — проговорил тан Горус, удивив меня еще больше.
Хм.
Это что же получается, Инженер у Эммы такой же видоизмененный, как и мой?
— Похоже на то, — подтвердил тан Альнбар. — Проблема в том, что если у Эммы — душа Адрэа, то и Талант, по идее, должен был остаться таким же.
— Его Талант перешел ко мне, — машинально ответил я. А когда все три тана одновременно на меня посмотрели, лишь развел руками. — Ну, по крайней мере, я так думаю. Другого объяснения вроде нет. Я ведь видел записи: настоящий Адрэа делал именно то, что умею делать я. Но я-то — не он даже близко. У меня совсем другая душа. К тому же в моем старом мире нет ни магии, ни дара, ни Таланта. Поэтому раз он у меня внезапно появился, значит, он откуда-то пришел. Верно?