— Зачем? — мгновенно насторожился я, да и сидящая рядом Арли откровенно напряглась.
— В том доме у нашего с тобой общего знакомого остался пространственно-временной карман. А в нем — готовая привязка к его собственной душе, которой, чтобы наладить связь с Лимо, достаточно было только коснуться.
Та-а-ак…
Кажется, я знаю, что это была за привязка.
Фотография.
Та самая древняя фотка, на которой был запечатлен молодой Лимо и которая мгновенно утягивала неосторожного гостя в пространственную ловушку, откуда лишь один-единственный выход…
Я тихо выругался про себя.
— То есть это ты начал распускать слухи вокруг Проклятого дома и пытался выселить оттуда лаиру Ному и ее сына?
— Мне нужен был, как сейчас говорят, инфоповод, — пожал плечами Рэдо. — О Лимо к тому времени все давно забыли. Распускать о нем слухи самому было опасно, поэтому я решил зайти издалека и использовать его дом как повод привлечь к нему внимание. На протяжении некоторого времени семью, которая там жила, то запугивали, то откровенно пытались выжить… они, естественно, обратились в службу общественного правопорядка, но в отсутствие явных улик те ничего не могли сделать. Через некоторое время это давление бы только усилилось. Затем поползли бы слухи. О Проклятом доме снова бы заговорили. Кто-то рано или поздно вспомнил бы имя Даруса Лимо. И как только это имя просочилось бы в СМИ, они бы подняли такую шумиху, вспоминая все его реальные и нереальные прегрешения, что это точно не осталось бы без внимания даже в провинциях.
Хех.
Так вот кто промыл мозги тем гопникам, что третировали Юджи. И вот кто в итоге стер им память… полагаю, что тоже с помощью магии разума и магии сна… когда надобность в этих придурках отпала.
— Откуда ты знал, что нужный вам человек вообще обратит на это внимание? — снова спросил я, когда и этот момент для меня наконец-то прояснился.
— Я и не знал. Но Лимо сказал, что все устроит. Напрямую общаться с той душой он, конечно, не мог, но во снах, даже вот так, исподволь, все-таки как-то на нее влиял. И был уверен, что мимо загадки Проклятого дома тот человек не пройдет.
Хм.
Звучит сомнительно, но будем считать, что маг не врет, и у Лимо как у сопряженного мага и впрямь имелся какой-то метод влиять на нужного ему человека.
— Правда, — со смешком добавил Рэдо, искоса глянув на мое задумчивое лицо, — многого в этом деле от меня не понадобилось. Несколько угроз, недвусмысленные намеки, подброшенные под дверь записки и команда тупоголовых придурков, готовых припугнуть малолетнего пацана за пару десятков золтов… вот, собственно, и все, что я успел сделать, прежде чем Лимо дал мне отбой.
Я мрачно на него взглянул.
— То есть он все-таки заманил нужного ему человека в дом и настроил на него свою привязку, чтобы потом беспрепятственно проникать в его сны?
— Конечно, — снова оскалился Рэдо. — И звали этого человека, как ты уже знаешь, Адрэа Гурто.
Глава 4
На какое-то время в гостиной повисла напряженная тишина.
Сам маг откинулся на спинку стула, испытующе глядя на мое подчеркнуто спокойное лицо и словно ожидая реакции на свои слова.
Я, как водится, думал. А Арли, которую разговор касался достаточно косвенно, мудро помалкивала, при этом даже так стараясь мне оказать всестороннюю поддержку.
Нет, так-то я уже давно понял, к чему вел Рэдо, да и Лимо однажды обмолвился, что в свое время именно он нашел и подтолкнул мою душу к воплощению на Найре. Он тогда еще сказал, что моя душа показалась ему знакомой. Предположил, что мы в некоторой степени с ним даже близки. Если не по крови, то по духу. Но мне, как и внуку мастера Рао, тоже показалось, что причин этой связи Лимо не понимал. Да и я в отношении него ничего особого не испытывал, относясь к нему как к полезной, знающей, нужной лично мне, но все же несколько сомнительной в плане доверия личности, которой далеко не все следует рассказывать.
Собственно, я и рассказывал ему о себе и о своей жизни на Найаре всегда с оглядкой. Потому что, хоть он впрямую никогда меня не обманывал, все же имелись у меня в отношении него некоторые, скажем так, сомнения.
То, как он отчаянно рвался вернуться в мир живых.
То, с каким напряжением говорил об окончательной смерти.
И — да. Я тоже прекрасно понимал, что для повторного воплощения ему понадобится новое тело. И даже как-то всерьез размышлял, а не на мое ли тело Лимо изначально позарился. И не меня ли выбрал в качестве жертвы.
А что?
С его точки зрения это и правда был идеальный вариант. Обычный подросток… возраст и состояние физического тела подходили ему идеально… магический дар тоже присутствовал.
Чего бы не рискнуть?
Скажем, войти ко мне в доверие. Научить всему, о чем попросят. Дать нужные мне знания, поделиться опытом, стать для меня настоящим учителем. А заодно эмоционально привязать к себе, чтобы я проникся к мертвому магу не только уважением и почтением, но и благодарностью. Постараться стать не только другом, но и наставником. Продемонстрировать свои самые лучшие качества, чтобы у меня и сомнений не возникло в честности учителя…
А потом можно было брать и подсекать клюнувшего на наживку юнца, благо связь между учителем и учеником может стать настолько глубокой, что с определенного времени у ученика ни тени сомнений не возникнет в отношении учителя. И ученик сделает все, ну или почти все, что тот попросит. Именно потому, что будет готов всецело ему довериться.
Лимо, собственно, сделал все, чтобы я ему поверил. Был со мной терпелив и неизменно вежлив. Передал мне столько опыта и знаний, сколько я смог от него взять. Помогал решать мои проблемы. Давал советы. Не настаивал на ответах, если видел, что я не готов откровенничать. А заодно, разумеется, беспрепятственно изучал проекцию моего дара, корректировал мое развитие, как мага. Причем именно так, как было нужно ему. И все это время терпеливо ждал… ждал того самого мига, когда же я созрею для его планов и когда все это богатство можно будет наконец использовать.
Я в общем-то в свое время обо всем этом думал. И даже мотивы Лимо, как мне казалось, неплохо понимал. Более того, был готов к тому, что в его словах может быть двойное и даже тройное дно, что его поступки могут быть продиктованы причинами, о которых он мне никогда не расскажет. И что за его мнимой добротой может крыться очень даже неприглядная правда, которая наверняка всплывет в самый неподходящий момент.
Да.
Я все это понимал. И с самого начала был готов к тому, что «добренький дядя Лимо» на самом деле окажется двуличной тварью, которой я был нужен лишь для того, чтобы вернуться в мир живых.
Все это понятно. Даже в какой-то мере объяснимо. И на месте Лимо я бы, скорее всего, тоже постарался бы использовать подвернувшийся под руку инструмент, раз уж он оказался настолько подходящим для моих планов.
Но меня и тогда, и сейчас смущало несколько моментов.
Во-первых, Лимо всегда и во всем был со мной честен. Не откровенен, нет, а именно честен. Даже если вернуться на несколько лет назад и еще раз прокрутить в памяти наши с ним встречи, то окажется, что он ни разу и ни в чем меня не обманул. По крайней мере, прямо. Все, что он мне сказал, оказалось правдой. А если и скрыл часть информации о себе, то сделал это настолько искусно, что я даже не всегда понимал, где именно он говорит открыто, а где по-настоящему лукавит.
Во-вторых, он, несмотря ни на что, выполнил все обещания, которые мне когда-то дал. Сделал все, о чем я его попросил. Учил меня честно. Знания давал в полном объеме. И лишь о каких-то моментах вроде сущности того же пожирателя деликатно умолчал, но и это сделал так, что у меня сложилось впечатление, будто он в этой теме просто не разбирается.
В-третьих. Лимо так и не потребовал от меня ни одной магической клятвы. То есть я до последнего был волен участвовать в его планах, а мог и отказаться в самый последний момент. Я, говоря простым языком, ничем ему не был обязан. Надо мной не висело никаких долгов. Ни физических, ни, хвала тэрнэ, магических. Более того, Лимо на этом и не настаивал. Поэтому никаких сделок, в отличие от Рэдо, он со мной не заключал.