Литмир - Электронная Библиотека

Когда это вскрылось, по Норлаэну прошла еще одна волна возмущения и одновременно тревоги. Однако за предшествующие месяцы… особенно в первые две недели, когда официальных обвинений выдвинуто еще не было… практически во всех родах случились грандиозные, хоть и тихие проверки, к которым я, хоть и косвенно, тоже оказался причастен. Да и Кри помог, в кратчайшие сроки дополнив старые данные по родословной Босхо и своевременно дав лэну Увэ все карты в руки. Поэтому на самом деле всех Босхо, даже тех, кто уже два-три поколения жил на новом месте, за это время успели досконально проверить. Тех, кто вызвал подозрения, так же тихо задержали и увезли в неизвестном направлении. Тех же, кто оказался чист, временно вывели из состава родов и отстранили от всех обязанностей до выяснения обстоятельств.

Имя Эллины Босхо на суде, к слову, тоже всплыло. И в первую очередь в связи с той историей с генератором кошмаров. Как я и предполагал, именно эта женщина была главным исполнителем направленной против конкурентов Босхо родов агрессии. И она же осуществила привязку разумов жертв к адскому прибору.

Я ее на суде тогда увидел впервые. И тогда же узнал, что бабка Ании, оказывается, была не только простым исполнителем, но и являлась одним из координаторов Туран. Более того, о своей деятельности в Таэрине она рассказала достаточно подробно. Заодно сдала следствию всех своих коллег, связных. И стала одной из немногих женщин в роду Босхо, которые своей расчетливостью и жестокостью настолько поразили и судей, и зрителей, что в Сети комментарии по ее поводу практически не содержали цензурных слов.

О том, чтобы и она, и Элрин, и Нартин, и остальные подсудимые могли говорить спокойно, тээсбэшники и менталисты особого отдела, разумеется, позаботились заранее. Так что все Босхо во время судебного процесса выглядели несколько отстраненными, равнодушными, а о своих преступлениях рассказывали, как Алоиза Норасхэ — честно, откровенно, с душераздирающими подробностями. В том числе и поэтому некоторые процессы проходили закрыто. А арестантов привозили на суд и увозили обратно в изолятор под усиленной охраной, чтобы избежать ненужных случайностей.

Наконец, еще одна волна возмущения, если не сказать что ненависти к представителям рода Босхо, прокатилась по стране после того, как следствие на одном из судов предоставило доказательства прямой причастности тана Эранда и его ближайшего окружения к подготовке открытия разломов в Таэрине.

Имен, правда, никаких не прозвучало. Участие в этом деле Даруса Лимо и тем более Рэдо Норхо-Хатхэ для большей части населения страны никак не освещалось. Более того, по этой теме заседания проходили уже закрыто, а народу потом вкратце сообщили результаты и озвучили приговор.

По итогу, меньше, чем пожизненное, никто из Босхо за предательство не получил.

Те, кто замазался по уши вроде Элрина, закономерно отхватили «вышку».

Некоторым, правда, повезло — за простое воровство, растраты и мошенничество сроки были хоть и большими, но все же сколько-то лет после освобождения эти люди могли бы еще пожить. Однако большинство все же загремело за решетку до конца своих дней. Причем судьи не делали различий ни для магов, ни для немагов, ни для простых исполнителей, ни для организаторов.

Ну разве что Нартину Босхо за активное сотрудничество со следствием, как и Дино Тахо, наказание немного смягчили, но это, пожалуй, было единственным исключением.

Лэнна Эллина Босхо, бабка Ании, на свое счастье, в государственной измене обвинена не была. Однако за свою деятельность в Туран эта женщина отправилась отбывать пожизненное наказание в колонию строгого режима. А параллельно во время разбирательств выяснилось, что она до кучи была еще и искусной иллюзионисткой и частенько посещала Таэрин под личиной.

Я, когда об этом услышал, еще подумал, что, пожалуй, знаю теперь, на кого во время моего единственного визита в столичную резиденцию рода Босхо отреагировал мой прибор, заточенный на поиск иллюзий. И, если честно, вздохнул с облегчением, когда понял, что напрасно подозревал родителей Ании в соучастии.

А еще меня искренне порадовало, что его величество не повторил ошибки, которую когда-то допустил с родом Расхэ. Поэтому многочисленных представителей Босхо, проходящих по таким же многочисленным делам подозреваемыми, не только прилюдно осуждали и отправляли за решетку, но и так же прилюдно оправдывали.

Таких, правда, оказалось немного. Но тем не менее они нашлись. И в один из дней… это случилось еще осенью, в начале нортиля… я с радостью увидел по телеку, как из зала суда выходит, потирая запястья, лэн Арин Босхо, бывший официальный представитель рода Босхо в Таэрине. А вместе с ним, с облегчением вдыхая прохладный осенний воздух, появилась и лэнна Лармия, которую суд признал непричастной ни к делам тана Эранда, ни к делам ее матушки, лэнны Эллины.

Интересно, что сама лэнна Эллина во время одного из первых заседаний охотно призналась, что когда-то действительно хотела втянуть в Туран еще и дочь, но та от такой сомнительной чести отказалась. А вот ее мужа пресловутая Ведьма не посчитала достойным участия в деятельности теневого клана. По ее мнению, он был слишком чистеньким и непростительно мягкотелым для той работы, которая от него требовалась. Эллина также сообщила, что пыталась устранить его чужими руками в надежде, что дочь, оставшись одна, все же одумается… оказывается, подстава с похищением Хелены была именно ее инициативой. Но в тот раз у нее не получилось, а потом ей уже стало не до него.

Само собой, для родителей Ании это признание, хоть и стало крайне неприятным открытием, сыграло немаловажную роль в освобождении из-под стражи.

Проблема заключалась в том, что если бы таких людей просто отпускали на волю, то им бы это особой радости не принесло. Подогретая откровениями Элрина, Нартина и прочих Босхо общественность в лучшем случае закидала бы их тухлыми яйцами прямо у зала суда, а в худшем их мог бы ждать еще и самосуд. Им плевали бы в лицо. Они не смогли бы скрыться ни в одной провинции. После всего случившегося им просто не дали бы житья.

Однако его величество поступил мудро, поэтому за попытку преследования оправданных судом членов рода Босхо был введен приличный штраф и административная ответственность. Каждому из тех немногих, кто оказался чист перед законом, была также выплачена компенсация за вынужденное пребывание в следственном изоляторе. А некоторым даже были возвращены их финансы, недвижимость и прочие, положенные по закону, права.

Таких, впрочем, оказались единицы.

Так или иначе, но среди оправданных по делу о государственной измене, как я уже говорил, нашлось немало лэнов и лэнн, виновных в менее значимых прегрешениях, чем участие в заговоре или преступления против короны. Поэтому кто-то из них был вынужден после освобождения выплатить казне немалый штраф. Кому-то ради этого пришлось заложить, а то и продать жилье. Кто-то, проскочив по делу о госизмене обычным свидетелем, получил «условку» или полноценный срок совсем по другой статье. Так что на самом деле милосердие нашего тэрнэ оказалось относительным. Всех, кто был виновен, он так или иначе все равно наказал. То есть совсем уж без приговора остались очень немногие. И лэн Арин с супругой, к моему удивлению, оказались в числе этих людей.

Наверное, именно поэтому ни тогда, ни после в них не прилетел ни один помятый помидор. Более того, им в спину никто даже не выкрикнул бранного слова. Так что родители Ании совершенно спокойно покинули зал суда. Еще через несколько дней в академию вернулась наша огненная королева, которая все эти месяцы провела в эвакуационном лагере. А вскоре после нее был освобожден из-под стражи и Айрд, к которому у суда также не нашлось претензий и которого я тоже был рад увидеть свободным.

Понятное дело, что вот так сразу влиться в студенческий коллектив им не удалось. Скандалов с их родом и громких разоблачений за последние месяцы было так много, что даже официальное оправдание оказалось неспособно этого изменить. Так что на бывших представителей рода Босхо косились с нескрываемым подозрением. С Айрдом даже здороваться никто не захотел. От Ании и вовсе шарахнулись, как от прокаженной, хотя она тем более не была ни к чему причастна.

102
{"b":"982843","o":1}