— Хочу, — ответила Мэри, не задумавшись ни на мгновение.

— Значит, отправляемся. Я верно полагаю, что вещи твои собраны?

Сундук-то и вправду доставили, вот он, стоит, целёхонек, как только управились так быстро! И что, вот теперь в самую Паризию? Это ж далеко!

Но оказалось, что если очень надо, то до Паризии не дальше, чем до замковой деревни, а то и поближе. Потому что прямо перед Мэри в воздухе возникло нечто белесое, с неровными краями, а потом леди подхватила её за одну руку, а дочка леди — за другую, и велели сделать шаг вперёд. И вышли… где-то.

Большой холл, наверх уходит мраморная лестница. На той лестнице — мужчина в годах, и он какой-то… не как дядюшка Питер и другие знакомые мужчины, там сразу видно, что он очень могуч и к нему просто так на хромой козе не подъедешь.

Тьфу ты, это ж, наверное, тот самый маршал и министр, который франкийский муж леди! Мэри смотрела во все глаза, потом подумала, что это, наверное, невежливо, и уставилась на свой фартук — всё такой же грязный, потому что переодеться было некогда.

А потом оказалось, что здесь говорят на другом языке! То есть это понятно, но Мэри никогда в жизни такого не слышала, и сначала потерялась. А потом ощутила, что хоть и не может разобрать ни слова, но понимает, о чём они говорят.

— Изабель, дорогая, — мужчина шагнул к леди и обнял её, вот просто обнял.

— Дени, — улыбнулась ему Изабель. — Дени, это Мэри, она моя внучатая племянница.

— Которой не могут найти мужа по соседству, и ты скорее увезла её к нам? — рассмеялся маршал и министр.

— Которую заставляют чистить камины и убирать комнаты вместо того, чтобы учиться магии, — с гневом отвечала леди.

— Тогда ты поступила совершенно правильно. Рад приветствовать вас в этом доме, леди Мэри, — вдруг обратился он к ней на совершенно нормальном англицийском языке. — Располагайтесь и осваивайтесь.

— Благодарю вас, — прошептала Мэри.

Дальше её вели куда-то в комнату, в большую светлую комнату, туда к ней пришла важная старушка, видом — как домоправительница, и она тоже говорила по-англицийски.

— Ох, вот, значит, до чего дошли эти проклятущие Горэи, родную кровь в люди отправляют, нужно же было до такого додуматься! А что за ужасные синяки? Немедленно позовём целителя, и он их уберёт! Сейчас, деточка, приведём тебя в порядок, и воды согреем, и вымоем, и переоденем, и ужин уже скоро!

Что? В самом деле ужин? А у Мэри и завтрака-то не было! Она только и успевала благодарить важную старушку — та сказала, что зовут её Черити, и она с миледи с самого детства, всю жизнь. Это сколько же лет-то?

За ужином, куда Мэри вышла в самом приличном своём платье и без синяков — в самом деле убрали, вот парой прикосновений убрали! — кормили совсем не так, как у дядюшки Питера. Ей разрешали пробовать всё, что она хочет, сказали, чтоб завтра спала, сколько хочет, а там уже и поговорим о том, что дальше.

Но мысль о том самом, что дальше, не давала Мэри покоя. И наутро она пробудилась рано, как привыкла, умылась, оделась и выбралась из своей большой комнаты. Шла, шла… и пришла куда-то, в очень красивый и просторный кабинет. Леди… или как её звать-то теперь? Бабушка? Бабушка Элизабет? Или тем именем, как её зовут здесь? В общем, леди сидела за столом, обрадовалась Мэри и пригласила сесть за тот же стол с другой стороны.

В кабинете по всем стенам стояли шкафы с книгами, божечки, это сколько тут книг-то! Вот же богатство! А над столом… ой.

Над столом висел портрет. Мужчина и женщина, оба ещё молоды. Ой-ой-ой, это же леди, только ей тут лет, наверное, двадцать, не больше! И её муж — тоже совсем не как сейчас. Мэри показалось, что изображения на портрете смотрят прямо на неё. И ждут от неё чего-то. Почему-то захотелось показать им язык. Не сейчас, нет. Потом, когда леди не увидит.

— Арро? Или чай? Завтрак чуть позже. А пока скажи — ты готова к новой жизни?

— Наверное, миледи, готова. Только… что надо-то для этой новой жизни?

— О, — рассмеялась леди, — очень многое. Твоё желание, твоё усердие, твоё старание, твоё время. Будет непросто, придётся сначала выучить язык — ты же не говоришь по-франкийски?

— Нет, но кажется, немного понимаю. Вчера понимала.

— Это потому, что ты маг. А чтобы понимать не немного, и говорить, как положено, нужно учиться. И учиться основам магических искусств.

Вот это было самым странным.

— А если я не подойду? Не смогу там, или ещё что?

— Подойдёшь, просто потому, что ты уже родилась такой. И если бы твои тамошние опекуны были повнимательнее, то уже учили бы тебя, либо сами, либо в колледж к Торнхиллам отправили бы. И ты бы к своим годам уже умела многое. Ты видишь в темноте?

— В целом да.

— Умеешь прятаться, чтоб не находили?

— Да, если сама не выйду, не находят.

— Пугать случалось?

— Да все они говорили, что у меня глаз дурной!

— Не дурной, а обычный некромантский. Покажи свой крест.

— Какой? — не поняла Мэри.

— Ты же носишь какой-нибудь?

— Да, мне сказали — от мамы остался.

— Всем детям Горэев должны надевать определённый, сдерживающий силу. Доставай.

Мэри всё ещё ничего не понимала, но вытащила цепочку из-под слоёв одежды. Леди чуть коснулась крестика кончиком пальца, выскочила серебристая искорка.

— Так и есть, всё верно. Прячь. И не снимай, всё верно. В этом доме некромантией никого не напугаешь, но мало ли?

Мэри засунула крест под платье и решилась спросить:

— Так это правда, что у нас в семье бывают маги?

— Правда. В моём поколении их было больше, пятеро из восьми. Трое некромантов, двое универсалов. Сейчас может быть тоже пятеро, но на сколько? На двадцать? Или на сорок? Ну и в Горэе тебе делать нечего. А моей внучке Мари-Мадлен тринадцать, и она тоже некромант. Она придёт сегодня, только попозже, сначала мы с тобой посмотрим, что ты уже знаешь и умеешь, и определим тебе программу подготовки. Повторяю — если ты хочешь.

— А если не хочу? — надо же понимать, что и как?

Дома, то есть у Горэев, за такой вопрос ей бы уже отвесили пощёчину что дядя, что тётя, что экономка Дженкинс, что учительница госпожа Пруденс.

— Значит, не хочешь. Думаю, мы всё же сообразим, чем тебя занять, — посмеялась леди.

Мэри задумалась. А не то ли это, чего она как раз хотела? Совсем другая жизнь. Совсем другие дела. Её хотят чему-то учить, такому, чему просто так не научишься, и вроде у неё должно выйти. И люди… другие. Она загадывала — вдруг попадутся добрые? Эти вроде добрые. А командуют потому, что так всю жизнь привыкли. Леди-то точно привыкла. Да и муж её, наверное, тоже. А вообще улыбаются, говорят с ней хорошо и спрашивают, как она, и всё ли с ней в порядке. Значит, нужно рискнуть?

Она собралась с духом и взглянула в глаза леди — такие же серые, как у неё самой. Горэевские глаза.

— Миледи… бабушка… я думаю, что я хочу. И буду стараться.

— Вот и славно. А теперь пойдём, Дени уже заждался нас к завтраку.

Друзья, на этом всё, я полагаю, что дальше Мэри справится. Эта бойкая юная девица адаптируется к новым условиям, выучится всему, что предложат, и ещё чему-нибудь, и сможет сама устроить свою жизнь.

Если вы не знакомы с Изабель, знакомиться ЗДЕСЬ: https://author.today/work/549537

Если вы не слышали о потомках Горэев, они водятся ЗДЕСЬ https://author.today/work/378264, а потомки (и предки) Саважей водятся в магическом мире примерно везде. Другие герои, эпохи и локации ЗДЕСЬ https://author.today/post/390039.

И вообще у нас много вкусного, подписывайтесь (если вы ещё не) и не переключайтесь )))

Всех люблю, ваша СК )

28.10.2026 — 5.11.2026