Несколько раз попробовал передавать живу напрямую, без «переработки» через свой духовный корень. И сразу понял: такая «сырая», чужая жива лесных деревьев усваивается моей молодой сетью гораздо хуже, с большим трудом. Зато моя, переработанная духовным корнем, усваивалась мгновенно и давала тот самый взрывной рост.

Ясно. В принципе я и раньше понимал, что выступаю в роли такого «фильтра», очищая живу растений и окрашивая своим Даром. Совсем как дочь Трана.

Благо, для моего духовного корня перерабатывать большие объемы энергии становилось всё легче. После я поднялся, отряхнулся от земли и мы с Грэмом двинулись прочь. Узел сегодня не стал подпитывать, мне жива, причем вся, понадобится еще дома.

Я давно думал о том, что будет, если создать деревья-мутанты. До сих пор такой цели не было, и я чувствовал, что с этим будет не всё так просто. Поэтому по пути я выкопал три небольших молодых дубка. Один — совсем маленький, мне по колено, другой — крупнее, по грудь, а третий — с меня ростом.

С ними и отправился домой.

Грэм с облегчением плюхнулся на ступеньки крыльца. Шлепа радостно загоготал вокруг него.

— Да-да-да…сейчас дам.

Он устало поплелся в дом и вернулся с мешочком семян, которые всегда давал гусю. Сыпанул — и Шлепа резко переключился с хозяина на пищу. Седой, спланировал с моей корзины прямо к Шлепе. Деловито подошел к семенам, понюхал и, скривившись, пошел прочь, к своим ядовитым жукам, которые лежали в корзинке на крыльце.

Я же скинув живую корзину принялся за деревья.

Выбрал небольшой дубок, по грудь, и посадил его в землю, после чего влил приличную порцию живы, потом еще одну…и еще…и понимал, что мутация всё не наступает и не наступает. Вроде бы и дуб совсем небольшой, а требует энергии как огромная изгородь.

Наконец-то, когда потраченная жива перевалила за сто единиц, система уведомила:

[Начат процесс мутации.

Примерное время окончания: 3 дня.]

Я застыл. И это небольшой дуб! Сколько же займет мутация более крупного дерева? А сколько живы на это уйдет? Да уж. Самый крупный дуб я не стал «мутировать». Если я верно прикинул, обойдется его мутация в триста единиц, а займет такая мутация еще больше времени. Вопрос, надо ли мне это? Сначала посмотрю во что превратится первый образец, а потом буду думать стоит оно того, или нет.

Правда, мелкий дуб я тоже заставил мутировать. И у него сроки, естественно, были меньше — полтора дня и около сорока единиц потраченной живы.

Конечно, по затратам проще всего использовать семена плюс агрессивную среду. Так я получу уже подходящий по свойствам дуб. Если, конечно, дубы так же легко меняются, как душильники. Все-таки это сорняк, что тоже играет роль.

Ничего, как раз этим займусь. Вдобавок, когда я открою все свои каналы, объем моего духовного корня станет чуть ли не втрое больше, и это ускорит многие процессы. Высоко в небе я заметил птицу Орлы. Она описала широкий круг над нашим домом и плавно вернулась в сторону леса.

Покачав головой, я подошел к ящичку с землей, где росло семя железного душильника. Оно уже пустило первые ростки, и они имели отчетливый металлический отлив. Да, они были закаленные, но этого мне было мало. У меня еще оставался сок едкого дуба, смешанный с пыльцой хватал (в качестве консерванта). То есть сок был чуть слабее обычного, вдобавок ему уже три дня, если не больше. Душильник и Виа обработку едким соком без предварительной закалки железным соком не выдерживали. Сейчас же у меня семя полностью закаленное. Можно и попробовать.

Я посмотрел на семя. Налил в мисочку едкую смесь. Сформировал новую связь и, прикоснувшись, начал вливать живу. Миг — и проценты эволюции поползли вверх. Причем я всё лил и лил, а они продолжали расти. Остановились лишь на 40%, правда, и потребовали 40 единиц живы.

Я взял семя с металлическим ростком и целиком погрузил его в едкую смесь.

В этот раз оно начало жрать энергию с пугающей скоростью. Но я чувствовал через связь — растение борется. Оно не просто растворяется, оно адаптируется.

[Происходит закалка едким соком (низкая плотность едкого вещества).

Прогресс: 3%… 4%…]

Закалка шла, хоть и выжирала из меня прорву живы. И всё равно это «дешевле», чем закалять потом.

— Куда в тебя столько влезает? — тихо пробормотал я, глядя на крошечное семечко, плавающее в едком соке.

Да, любые изменения и вмешательства в природу требуют огромных затрат. И чем сильнее эти изменения, тем больше затраты.

Когда процесс закалки завершился на 99%, нужно было подождать еще два-три часа прежде чем семя окончательно перестроится. Так было с душильником и с лозами. После я проверил сколько ушло процентов эволюции на эту закалку — потратилось лишь 30%. Значит, мне нужно придумать, чем его еще закалить дважды, и тогда проценты эволюции достигнут 100%, причем достигнут быстрее, чем у Виа или любого другого моего растения.

И это важно, потому что я наконец-то увижу, что значит переход мутанта на следующую ступень эволюции. Пусть и такого крошечного.

Я покачал головой. До новой ступени Дара мне бы банально не хватило живы на такие эксперименты.

Посадив семя в землю, вышел наружу.

— Элиас, — вдруг окликнул меня Грэм. Он уже успел вымыться от лесной грязи, — Может, не будем ждать вечера. Сейчас всё закончим?

Я застыл. Обычно мы ждали до вечера, чтобы последствия от первого применения очистителя точно зажили до конца, но сейчас…

— Тоже об этом думал, — кивнул я. — Сейчас сделаю.

На приготовление Пепельного Очистителя и Алой Пасты ушло минут десять.

Выйдя наружу, я протянул Грэму мисочку с очистителем. Старик взял ее, несколько минут просто смотрел на мисочку, собираясь с духом, а затем с глубоким вдохом опрокинул в себя.

В этот раз долго ничего не происходило. Я даже начал волноваться, что Очиститель не подействовал, или хворь забилась слишком глубоко. Но судя по исказившемуся, побелевшему лицу Грэма, Очиститель работал, и еще как.

Виа была рядом, как и дощечка для отхаркивания.

В этот раз процесс был болезненнее обычного. И крови было больше. Намного больше. Грэм кашлял и кашлял, а я всё не видел черных сгустков.

Лишь присмотревшись я заметил едва различимые черные ошметки хвори.

Еще через две минуты всё закончилось.

— Всё, — сказал хрипло Грэм, — Больше ничего не лезет.

Виа уже по привычке хотела впитать сгустки с черной хворью, но Грэм ее остановил.

— Подожди, — прохрипел он, поднимая дрожащую руку. — Эту дрянь… эту последнюю дрянь я хочу сжечь сам.

Я кивнул. Грэм быстро закинул в себя Алую Пасту и ему почти сразу начало легчать. После этого он вошел в дом, вместе с дощечкой сжег черную хворь и, наверное, минут пять смотрел на то, как всё это горит.

— Теперь давай, проверяй, как ты там умеешь. — вдруг сказал он. — Сейчас мне самому ничего не понятно. Слишком больно.

Я прикоснулся к старику и применил Анализ.

[Объект: Грэм.

Тип дара: Телесный (Охотник).

Ступень дара 3-я: Открытые каналы.]

И всё. Никакой строки про Черную Хворь.

Я медленно выдохнул, чувствуя, как с плеч свалилась невидимая гора, которая была там всё это время, просто я этого не ощущал.

— Всё, дед, — тихо сказал я, глядя ему в глаза. — Нет больше никакой хвори. Ты здоров.

Грэм замер. Он посмотрел на свои руки, сжал их в кулаки. Сделал несколько неуверенных шагов и вышел на крыльцо.

— Здоров, значит… — пробормотал он.

Я видел, что он еще до конца не верит в это. Да и сам я, если бы не Анализ, подозревал какой-то подвох. Хворь казалась чем-то хитрым и неодолимым, однако на деле оказалось иначе.

— Ну-ка… дай мне немного живы, Элиас. Или нет, не немного — побольше дай.

Я улыбнулся, прикоснулся к его спине и передал плотный поток энергии.

Грэм громко задышал. Не знаю, что он делал, но скорее всего наконец-то ощутил как жива полноценно циркулирует по его духовному корню и каналам.