Однако всё явно пошло не по плану. Дремлехвост неожиданно задергался и продолжал рычать.

— Так, — не открывая глаз сказал Тран, — Похоже, попался очень норовистый и…неприступный зверек.

— Что, не выйдет? — спросил Грэм, стоящий рядом.

Тран вздохнул.

— Надо сходить за Линой. — ответил он.

— Зачем? — удивился Грэм.

— Видишь ли, Грэм, приручать можно по разному, а я очень не люблю «ломать» зверей, поэтому стараюсь грубой силой не действовать. А тут иначе не выйдет. Но Лина…рядом с ней звери становятся податливее, послушнее, восприимчивее — они сами позволяют произойти приручению. Поэтому…нам тут она точно нужна.

Грэм кивнул и тут же быстро пошел за девочкой. Тран остался у нас во дворе. Гладить животное он перестал, видимо понимая, что так только сильнее сейчас его разозлит.

Удивительно, а я думал, что тут работы Трану будет на пару минут, не больше.

Вскоре пришла Лина, и было видно, что ей уже хочется спать, но так было ровно до момента, пока она не увидела дремлехвоста, к которому она тут же кинулась.

За ней кстати семенил белый волчок, который довольно сильно прибавил в размерах. Он обнюхался со старым волком Трана и уселся напротив дремлехвоста. Девочка же положила руку на плененное существо.

Я ожидал, что снова раздастся рычание, однако ничего подобного. Существо притихло и смотрело на девочку своими огромными янтарными глазами.

Седой был тут как тут и взлетел на плечо Лины.

— Папа, можешь начинать, — повернулась девочка к отцу, — Он сильно напуган, и еще…его бы покормить…он очень кушать хочет. Он хочет что-то странное…желтое и вязкое…

Я сразу понял, о чем речь, и быстро сбегал в дом.

— Это? — протянул я девочке живицы.

— Да! — просияла она и взяла живицу из моих рук, поднеся к пасти дремлехвоста.

Тот тут же начал принюхиваться и облизываться.

Что ж, приручение, кажется, началось. Открытый корень девочки в этот раз оказался очень даже полезным.

Янтарный.

Джарл стоял на стене поселка и окидывал взглядом развернувшуюся перед поселком стройку.

На его взгляд, люди работали недостаточно быстро, но он понимал, почему так происходит. Часть из них вообще еще вчера работали на полях и не были Одаренными, поэтому они нехотя ворочали лопатами, утирали пот и ругались. Но их помощь была нужна. Если нужно всё закончить в кратчайшие сроки, подключать нужно всё население Янтарного, Джарл это понимал.

Недовольны, правда, были не только они. Приручители, чьих тварей заставили рыть ров, тоже не испытывали ни капли радости, как и охотники, таскающие здоровые бревна и затачивающие их. Последние, правда, работали молча и быстро, зная, что на них смотрит Джарл и припомнит малейшую заминку. Впрочем, работа шла, а это главное. Конечно, никто не хотел работать просто так. Каждый думал о своем кармане, о своих грядках, о несобранных травах или уставшем звере. Ладно патрулированием, с ним еще с горем пополам большая часть одаренных смирилась. Шесть убитых Охотников и их сожжение еще стояли перед глазами, лишний раз напоминая о том, что опасность не иллюзорная. Наверное, только поэтому сейчас одаренные из разных гильдий всё же выполняли то, что просил Джарл, хоть и не обязаны были.

Джарл вздохнул и покачал головой. Ничего нового. Люди не любят перемены, не любят пустую (как им кажется) работу, и не хотят готовиться неизвестно к чему. Угроза ведь…неопределенная. Джарл понимал, что пока беда не постучится прямо в Янтарный, им будет казаться, что старый забор Янтарного простоит еще сотню лет, а всю опасность можно встретить еще на подходах. Увы, он знал, что это не так.

Вон вчера на границе Кромки произошел прорыв двух небольших стай тварей. Не камнеголовых, но повозиться с ними пришлось. А позавчера было еще две таких. Да, для молодых это отличный опыт сражений, тех самых, которых им не хватало. Но еще это признак того, что Глубины бурлят. В каком-то смысле Джарл был даже доволен. Охотники начали плотно работать в связках с приручителями: звери и птицы шли впереди, вели разведку, чуяли засады за сотни шагов и загоняли монстров прямо под подготовленные удары групп. Во всяком случае, он заставлял их так работать и иногда со стороны наблюдал за сражениями, не вмешиваясь и разбирая потом ошибки взаимодействия. Добыча из Глубин действительно ценных и редких ингредиентов стала совсем маленькой. Об этом ему постоянно напоминали как алхимики, так и собственные Старшие из Гильдии, шлющие послания.

Им бы только денег подавай. Сами-то сидят в безопасности в столице и считают прибыль, и если она резко снизилась, то сразу начинают бить тревогу, — хмыкнул мысленно Джарл. — Привыкли к хорошим, сытым годам, когда добыча была бесперебойной.

Да, расширение Хмари на время дало приток мяса и шкур редких животных, но далеко не самых сильных. Да и очень быстро добычу выкупили караваны из Рудного Трона, и цена на таких же животных начала падать. Обычное дело.

Джарл же понимал, что самое опасное из Глубин еще даже не полезло. А тут еще вся эта неприятная история с гнилодарцами и прорывом, в котором все упрекали как раз таки Джарла. Мол, проглядел и потерял людей. Значит был не готов.

И в каком-то смысле они, конечно, были правы, вот только они не видели ситуацию изнутри. Джарл прекрасно понимал, что эти мелкие стычки — лишь первые капли перед настоящей бурей.

В памяти всплыл недавний разговор с Киросом перед самым его отъездом. Старый приручитель был мрачнее тучи, когда коротко бросил весть о найденных возле Красного Дола химерах. Джарл знал о химерах, но никогда их не встречал. С ними сталкивалось только прошлое поколение приручителей.

Кирос умчался в Красный Дол туда разбираться, и с тех пор от него не прилетело ни одной весточки. И если уж такой человек как Кирос задержался и не шлет птиц — значит, раскопал он там нечто совсем скверное. Или… с ним что-то случилось. Но тогда Гильдия прислала бы весть. Наверное…

Молчание старика беспокоило Джарла. Во-первых, он уважал Кироса за знания, а во-вторых, многие приручители работали и выполняли просьбы Джарла лишь потому, что их убедил Кирос. Старик был ценным союзником, прекрасно осознававшим новую реальность и новые опасности.

А еще будто мало к этим проблемам, так отряд, вернувшийся из Глубин на рассвете, наткнулся там на троицу Измененных. Спасло парней только то, что твари оказались неопытным молодняком, который еще не обрел полной мощи и действовал бестолково. Увы, измененные всегда были неприятными противниками, если дело происходило в Глубинах. Они могли легко заманить в ловушки и подставить под других, крупных тварей или ударить в спину, потому что чуяли и знали те места лучше охотников и пользовались этим. В этот раз обошлось. Тела притащили в поселок, но ни одной метки Гиблых на тех не было. Видимо, не заслужили. Потерь со стороны охотников не было, только одного молодого охотника принесли на носилках с распоротым боком, но такую рану быстро закрыли алхимией и он уже шел на поправку.

Еще одной новостью стал Черный Туман. Он снова пришел в движение и за считанные дни сожрал еще одну немаленькую область в Глубинах, вплотную подступив к одному из Корней Древа. Раньше никогда туман не подступал к Древу так близко. Пусть это был и лишь дальний корень Древа.

Плохой, дурной знак.

Если туман сожрал целую область, то это значило одно: совсем скоро вся уцелевшая лесная нечисть, спасаясь от тумана, лавиной хлынет сюда, к Кромке. И без глубокого рва, без крепкого частокола поселок просто сомнут. Джарл по последнему бою знал, что не может быть вездесущим, не может спасти ситуацию везде, случись что.

Так что… пусть сейчас охотники, приручители и обычные люди ворчат, пусть плюются и проклинают его за спиной, зато потом будут благодарить.

Джарл медленно повернул голову на окраину, за пределы поселка — туда, где у самой границы леса стоял уединенный дом с высоким забором.