– А почему ты Чудовище? – я заглянул ей в глаза. – Я считаю, что ты очень симпатичная, особенно глаза. – Я хотел прижать её к себе покрепче. Но она отстранилась, нахмурилась и очень серьёзно сказала:
– Пожалуй, это даже хорошо, что ты спросил, потому что я тоже считаю тебя симпатичным. И пока никуда не зашло, в общем, вот… – Она отступила в тёмный коридор (мы были на кухне). Делая шаг за шагом, дальше и дальше. Из темноты были смутно видны её очертания, одежда чёрная, волосы чёрные, только глаза сверкали, но уж прямо жутковато. И стала медленно стягивать толстовку.
Она и вправду была чудовище: сероватая кожа обтягивала костистый остов, за спиной я разглядел кожистые крылья. Похоже, в темноте она могла преображаться, даже лицо её изменилось, всё вытянулось, щёки ввалились. Только глаза остались прежними, с огненно-золотистыми искорками. Я боялся оторвать взгляд от её глаз. Она сняла джинсы, и я увидел длинный кожистый хвост, оканчивающийся острым шипом. Она щёлкнула хвостом, и я невольно перевёл взгляд. Я почувствовал, как моё лицо невольно свела судорога ужаса.
В ту же секунду она стала прежней, обыкновенной девушкой. Стояла там, в коридоре, совершенно голая и прекрасная. Смотрела на меня осуждающе, исподлобья. А я смотрю на неё, часто моргаю и не могу произнести ни слова. Я был обескуражен. Она и впрямь чудовище.
– Уходи, – очень тихо произнесла она, собрала разбросанные вещи с пола и удалилась в комнату, не включая там свет.
Стало очень тихо. Я стоял посреди кухни и не знал, что мне делать. На душе стало паршиво.
– У-хо-ди, – повторила она из темноты.
Я послушно поплёлся к выходу. Я не знал, почему так получилось: я ведь действительно считаю её симпатичной. Как так получилось, что я испугался?
Я вышел в рекреацию, прикрыл за собой входную дверь, щелчка замка не услышал. Постоял немного, шагов за дверью я тоже не услышал. И поплёлся вниз по лестнице, пешком, как во сне.
Выйдя на улицу, я медленно обернулся и посмотрел на её окна. На кухне по-прежнему горел свет, остальные окна были тёмные. Но нутром я чувствовал, что она сидит на подоконнике и смотрит на меня. И мне в голову вдруг пришла идея, правда, я не знал, получится ли у меня.
На улице было довольно скользко. Я торопился как мог, как будто моя жизнь зависела от каждой минутки. Я аккуратно пошёл к тому месту и тихонько позвал.
Бинго! У меня получилось!
Когда я подошёл к её двери, моё сердце бешено стучало, будто, если я задержусь у входа, оно само без меня пойдёт дальше. Дверь, на моё счастье, оказалась открыта. Я аккуратно вошёл, закрыл за собой на замок и защёлку, снял ботинки и прошёл на кухню. Открыл посудный шкаф и достал самое красивое блюдце. В шкафу вся посуда была разной: чашки, тарелки, блюдца – и все из разных сервизов. Но все по-своему красивы. Я поставил его на пол, метнулся к холодильнику и налил молока до самых краёв. И только после этого аккуратно достал из-за пазухи трёх упитанных котят. Они стали мяукать, и я подтолкнул их к блюдцу. И только после этого посмотрел в коридор. Она стояла в дверях.
Мы болтали почти всю ночь; котята, наевшись, устроились на моей толстовке. Из её окна открывался великолепный вид на город.
Я любовался им и не заметил, как начало светать. Она сладко спала на моём плече. Мне нравилось слушать её мерное дыхание и ощущать её рядом. Я повернул голову, чтобы поцеловать её в макушку, и в очередной раз обомлел. Золотистые локоны обрамляли нежное личико. Нежно-розовые щёки оживляли её белоснежную кожу. И ресницы! Длинные белые ресницы украшали подрагивающие во сне веки.
«Вот тебе и чудовище». улыбнувшись, я поправил одеяло, а заодно удостоверился, что её прекрасные белые крылья покрыты великолепными шелковистыми перьями.
Мария Виниченко
Поэтесса, член Российского союза писателей. Родилась и живёт в городе Ставрополе. Первое стихотворение написала ещё в 4-м классе и посвятила цветущему каштану. Но несмотря на столь ранний первый опыт, началом своего творческого пути считает двенадцатилетний возраст – время, с которого по-настоящему началась её жизнь в поэтическом творчестве. Есть даже точная дата этого события – 23 ноября 2007 года – именно с этого дня началось её увлекательное путешествие по волшебному миру поэзии, которое продолжается и по сей день. Сейчас особое место в творчестве Марии принадлежит философской лирике, основные мотивы которой – вечные вопросы о смысле жизни, поиске своего места в мире и сущности человеческих взаимоотношений.
Мой Иордан
Мой недописанный роман,
Мной недосказанная нежность,
Рассветный над рекой туман,
Сентябрьского неба снежность.
Ты не позволишь мне упасть
Во тьму из страха одиночества,
Моё заклятье и моя напасть,
Любви несбывшееся пророчество.
Ты – монолит моих молитв,
Души моей не сдашь на растерзанье.
Моя победа в сотнях тысяч битв,
Моё смиренье и моё раскаянье.
Моя любовь. Мой Иордан,
Ты знаешь страхи и желанья,
И сердце излечив от ран,
Стираешь памяти страданья.
Ты – мой единственный причал,
Тот, что я помню наизусть.
Пусть ты меня не повстречал –
Я на пути твоём найдусь.
Февраль 2026 г.
Не сложилось
Я эту нежность заслужила –
я дождалась.
А осень за окном кружила
свой первый вальс.
И ветер звал на танец всех
без исключения,
Меня манил
твой детский смех
на приключения.
И я в чуть грубую ладонь
свою вложила,
И осень
в лиственный огонь
нас закружила.
Но краток был
осенний бал,
и в одночасье
нам ветер песню доиграл –
Разбилось счастье.
Наверно, это не всерьёз,
Наверное, приснилось.
Лишь осень
не удержит слёз
Над тем,
что не сложилось.
Октябрь 2023 г.
Мольба о любви
Мне миновало четверть века,
И мчатся годы к тридцати,
Но до родного человека
Я так и не смогла дойти.
Средь холодов, среди ветров,
Обиды, горечи и муки
Я не нашла того, кто б вновь
Согрел своей любовью руки.
Того, кто б душу отогрел
И верить в счастье бы заставил.
Увы, но снова не у дел,
Мой рок любовь мою оставил.
И шумной горною рекой
Клокочет нежность в клетке тесной,
И лишь во снах ей есть покой,
В которых с милым сердцу вместе.
И пусть в толпе мне одиноко,
Я, как и прежде, вновь молю:
«Судьба, не будь ко мне жестока,
Пошли мне взгляд, что полюблю».
Январь 2025 г.
