Я быстро сделала себе бутерброд и налила компот, который сама же и готовила. Села на стул и стала быстро поглощать еду. Из дома вышла – не поела, потому что аппетита не было, а вот во время работы он пришел.

Спустя минут десять я услышала чьи-то голоса, но не обратила на это внимания, видимо, пришли гости. А потом… Потом я услышала характерные стоны и шлепки. Меня бросила в жар. Неужели вернулся муж, и они…

Боже!

Я уже несколько лет работаю и еще ни разу не становилась свидетельницей чужого секса. И не хотела! Совершенно! Это же какой-то кринж, честное слово. Я понимаю, что я обслуживающий персонал, но могли бы в комнату зайти. Надеюсь, они не шпехаются на свежевымытой лестнице!

Я достала купленную конфету и быстро проглотила ее, даже вкуса не почувствовала. А крики Ирины становились все сильнее. Может, ее там убивают, а не чпокают? От этой мысли мне стало дурно. Я встала со стула и пошла на выход из кухни, но остановилась, когда услышала:

– Да-а-а, сильнее, вот так! Хочу пососать тебе!

А после этого я услышала ужасные звуки! Словно она давится чем-то. Хотя так оно и было.

Я попятилась назад.

Вот так работаешь у людей и даже представить себе не можешь, чем они занимаются. Я вспомнила Темирханова, и я бы никогда не подумала, что в его стиле вот так наброситься на жену посреди дома. Хорошо, что детей отправили подальше.

Я тихо рассмеялась из-за комичности всей этой ситуации. Кажется, мой перерыв будет чуточки дольше.

– Добрый день, Дарина, – услышала голос… Берка.

Я резко повернулась лицом к мужчине. Мои глаза расширились от ужаса.

– Что… Как… – только и могла выдавить из себя.

Мозг стал лихорадочно соображать.

Если он здесь, тогда с кем Ирина? Неужели я стала свидетелем супружеской измены?!

– З-здравствуйте, – поздоровалась, заикаясь.

Я почувствовала, как горят мои щеки.

Как неудобно вышло.

Может, они уже закончили?..

Да, закончили.

Потому что в тишине кухни раздался протяжной вой Ирины.

– ДА! Вы*би меня! Да-а-а.

Я съежилась и с ужасом смотрела в лицо Берка Темирханова. Он вообще не изменился в лице. Никаких эмоций. Просто маска. Он же не глухой, прекрасно слышал свою жену, которую в этот самый момент кто-то трахает. Причем очень хорошо, судя по ее воплям. Честно? Я думала, что громкий секс только в порнухе, оказалось, что и в реале люди громкие.

– На сегодня вы закончили, – спокойно сказал Берк.

А я не смогла сдержать истерический смешок.

По ходу, закончила не только я.

– Мам, пойдем на прогулку, – говорю я.

– Не хочу, Дарина.

– Посмотри, какая хорошая погода! Солнце светит, птички поют.

– Отстань, дочь.

– Нет, вставай! – отбрасываю в сторону одеяло. – Давай причешем тебя и наденешь то платье, что мы купили в том году. Ты его ни разу не надевала.

Мама поняла, что спорить со мной бесполезно, встала со вздохом.

– Боже, в кого ты у меня такая настырная?

– Даже не знаю, – улыбнулась, а она улыбнулась в ответ.

От ее ответной улыбки на душе стало так хорошо. В последнее время мама редко улыбалась, поэтому такие моменты – драгоценность.

Я взяла расческу и резинки и встала возле мамы, начала расчесывать ей волосы. Мы с мамой очень похожи. Обе блондинки с голубыми глазами, среднего роста и худощавого телосложения. Но в маме всегда был какой-то шарм. Во мне такого нет.

Мне больно от того, что болезнь ее изменила. Раньше мама сияла, а сейчас она похожа на собственную тень. Даже ее волосы стали тусклыми и безжизненными. Я быстро заплела ей французскую косу и принесла платье. Мама ворчала, но платье надела.

– Принеси мне косметичку, – просит она.

– Зачем? Мы просто вокруг дома походим и в магазин зайдем.

– Даша, я не собираюсь выходить на улицу как пугало. Там, наверное, сидят бабки на лавках. Пусть смотрят и завидуют.

Я принесла ей косметичку, но не стала сильно радоваться ее переменам. У нее уже такое было. Она чувствовала себя хорошо, а потом случился жуткий откат, и я снова потеряла ее на несколько месяцев.

Я тоже пошла переоделась в джинсовые шорты и футболку, на ноги надела кеды. Мама когда меня увидела, цокнула языком.

– Даш, ну хоть бы принарядилась! А вдруг встретишь свою судьбу! А он просто мимо пройдет, глядя на эти шорты.

– Мам, если пройдет, значит не судьба, – отмахиваюсь.

Меня всегда очень напрягали эти разговоры про “судьбу” и “суженого”. В моей идеальной карте жизни мужчина стоял где-то в конце списка. Я всегда хотела учиться, стать профессионалом, зарабатывать деньги и ни в чем себе не отказывать. Наверное, это из-за мамы. Она так отчаянно пыталась найти любовь, и я никогда не могла понять почему? Неужели ей было так плохо одной? Но я не осуждаю. Все мы разные, и у каждого свои приоритеты.

Мы вышли на улицу, мама была при параде, даже каблуки надела! Платье было великовато, она похудела в последнее время, но она не растерялась и завязала пояс. Я взяла маму за руку и повела в сквер у дома. Я чувствовала, что ей тяжело дается такое простое действие, как прогулка. Она же только и делает, что лежит. Тело отвыкло даже от минимальных нагрузок. Я не стала акцентировать на этом внимание. Наоборот, даже схитрила, когда увидела палатку с мороженым. Купила нам с мамой по эскимо и потащила ее на лавочку.

– Как у тебя вообще дела, Дарина?

– Нормально.

– Я знаю, что тебе тяжело. Я… Я хочу тебе помочь, но не знаю чем.

– Не переживай ни о чем, все отлично. Тетя Лариса устроила меня к себе, и это очень хорошая работа и отличные деньги.

– Я не такой жизни для тебя хотела, – шепчет мама, и на ее глазах выступают слезы. – Я думала, что найду богатого мужа, и будем с тобой жить, как у Христа за пазухой, но…

– Ой, мама, – говорю весело, хотя начинаю переживать, что ее настроение скачет. – Ну их, этих богатых! Я вот работаю в таких домах, и поверь, ничего хорошего. Что я только там не видела! На днях в одном доме хозяйка вышла вся в иглах, как дикобраз! Вся, клянусь, даже на заднице. Сказала, что это для прочистки энергетических потоков. А другой хозяин дома вообще ест собачий корм! Говорит, что ничего вкуснее не ел. Его завтрак: собачий корм с молоком.

Я когда первый раз услышала об этом, думала, что меня разыгрывают или что-то в этом роде. Это не просто какой-то богатый мужчина, а он стоит у власти в нашем городе!

Естественно, я рассказываю маме все без имен, потому что подписала соглашение о неразглашении. Но маму веселят мои рассказы, поэтому я продолжаю.

– А вчера! Убирала в одном доме, взяла перерыв и сидела на кухне, и тут…

– Что? Что произошло? – нетерпеливо спросила мама.

– Услышала, как хозяйка занимается тем самым.

Глаза моей мамы комично округлились.

– Я думала, что страсть у них с мужем и все такое. И представляешь, я поворачиваюсь, а ее муж стоит на кухне! И вместе со мной слушает, как жена ему изменяет!

Мама ахнула.

– Не может быть! И что? Он ругался? Расскажи мне про скандал!

– Да нет. Он… Он вообще был спокоен, как мне показалось. На его лице не дрогнул ни один мускул. А потом он отправил меня домой. Может, после моего ухода был скандал.

– Во дела.

– А я тебе говорю, что все богатые с прибабахом. Наверное, когда можешь купить каждую свою хотелку, то жизнь становится неинтересной и ищут всякие странные увлечения.

– Знаешь, лучше быть богатой со странностями, чем бедной и нормальной, – говорит мама.

– Ну не знаю. Иголки в задницу я бы точно не тыкала. Ни с миллионами, ни без них.

– Может, правда там потоки энергетические прочищаются. Надо попробовать, – мы смотрим друг на друга и начинаем хохотать.

Это, наверное, один из самых лучших дней за последнее время. Все отошло на второй план. Все тревоги и переживания. Я просто счастлива.

Но наше счастье длилось недолго. Позвонила Лариса и попросила заменить одну из работниц в доме Темирхановых. Я не смогла отказать, потому что нужны деньги. А когда вызывают в выходной, то мы получаем плюс пятнадцать процентов.