В тот год я должна была поступить в университет, но, естественно не стала. Тетя Лариса, давняя мамина знакомая, помогла нам с квартирой и устроила меня на работу. У нее свое агентство, которое предоставляет услуги уборки, готовки и обслуживания мероприятий. Так я и стала кухаркой в домах богатых людей.

– Что значит “не принимаю”? – выскользнула из воспоминаний. – Это не шутки. Врач сказал, что ты должна их принимать, не пропуская.

– Даринка, я хочу спать…

– Мама! Пожалуйста! Я не могу еще и об этом переживать! Я работаю с утра до ночи, а от тебя требуется только пить таблетки и хорошо кушать! Все!

Я сорвалась.

Я тоже живой человек. Временами я так сильно злюсь на мать, что сил моих нет. Как можно быть такой дурой? Слов других нет. Я же просила ее, умоляла не общаться и не верить в эту чушь!

Иногда мне хочется послать все к черту, бросить ее, жить своей жизнью, но я не могу. Она без меня не выживет, а я просто поедом себя сожру.

– Даша, я устала… Пожалуйста, отстань…

Я вышла из комнаты, нашла таблетки, налила стакан воды и не церемонясь откинула одеяло, заставила маму проглотить таблетки.

Боже, как же я устала.

Вместо того чтобы лечь отдыхать, я вышла из квартиры. Если останусь там, то у меня будет нервный срыв. Я несколько раз обошла наш небольшой район, и только когда почувствовала, что немного проветрила мозги пошла обратно домой.

– Дарина Михайловна? – окликнул меня какой-то мужчина.

Я обернулась и увидела, что в нескольких шагах от меня стоит мужчина в костюме. На вид ему было около сорока лет, может, чуть больше.

– Здравствуйте. Что вам надо?

– Поговорим? Давайте найдем какое-то более удобное место, – улыбается.

Но его улыбка меня не подкупила. Я сложила руки на груди и не двинулась с места.

– Вы подкараулили меня у подъезда, можете говорить здесь, – холодно отвечаю.

А у самой сердце грозится выпрыгнуть из груди. Не жди ничего хорошего, когда какой-то подозрительный тип караулит тебя у дома.

Видно, что мой ответ ему не понравился. Он поджимает губы и шагает ко мне. А я собираю все силы, чтобы не отшатнуться от него.

– Меня зовут Николай. Я выкупил ваш долг у банка, и теперь вы должны мне.

Я просто в шоке.

Кровь начинает шуметь в ушах, пульс бьется по точкам.

Я слышала о таком, это обычная практика, но я не думала, что с нами это произойдет. Я же исправно выплачиваю по кредиту.

– Хорошо, – медленно произношу. – Тогда я буду платить вам каждый месяц до двадцать пятого числа.

– Да. Но, видите ли, Дарина Михайловна. Я потратил свои деньги и хочу вернуть их как можно быстрее. Поэтому со следующего месяца сумма ваших выплат удваивается.

Я делаю шаг назад.

Это просто неподъемная сумма!

Я отдаю семьдесят процентов своей зарплаты на кредит и оплату квартиры, остальное уходит на продукты и медикаменты. Мне просто неоткуда брать деньги.

Внутри такая безнадега накатывает. Я хочу забиться в дальний угол и рыдать. Но я не могу позволить себе такую роскошь. Я даже не помню, когда я последний раз плакала.

– Если вы выкупили долг, то знаете, что у меня нет таких денег, – говорю спокойно.

Хотя внутри меня колошматит не по-детски.

– Знаю, – снова улыбается, и от этой улыбки мурашки по коже. – Хочу предложить вам альтернативный вариант. Думаю, вам понравится.

Либо я слишком увлеклась просмотром “Сверхъестественное”, либо все это походило на сделку с дьяволом.

Я с сомнением посмотрела на этого Николая и отступила на шаг.

– Вы прекрасно знаете, что денег у меня нет. Даже если я съеду на лавочку, то этих денег все равно не хватит, чтобы покрыть сумму.

Я уже мысленно думала о том, что нужно нанять адвоката, они должны помочь. Ведь не может эта сделка быть законной, в конце концов!

– Знаю. Мне не нужны от тебя деньги.

Если не деньги, то…

Взять он может только мою девичью честь, но я не думаю, что она стоит столько денег.

– Что тогда вам надо от меня?

– Мне нужна услуга.

– Услуга? – с сомнением протянула. – Не пробовали обратиться к профессионалам?

– Дарина, этот разговор начинает меня утомлять. Градус общения поменяется, когда я выйду из себя. Поверь, ты этого не хочешь.

А это уже откровенное запугивание.

– Знаете что? Мне все равно на ваши слова и на то, что вы купили долг. Завтра же с утра я пойду в банк и найму адвоката. Всего хорошего! – я разворачиваюсь, чтобы уйти.

Но мне не удается сделать и несколько шагов, как мужчина хватает меня за руку.

– Ты вывела меня из себя. Довольна?

Я даже пикнуть не успела, как к нам подъезжает черный фургон и меня грубо заталкивают внутрь. Господи, меня что, похитили?! Я же так много читала об этом, и главный совет – сопротивляйтесь! Пока вы не в машине, у вас есть шанс вырваться, а как только окажетесь внутри, то шансы равны нулю…

Машина рванула с места так быстро, что я упала с сиденья. Мужские руки снова усадили меня на место.

– Выпустите меня! – сказала трясущимся от страха голосом. – Это похищение! Я…

– Рот закрой, блть, – прорычал Николай, весь светский лоск исчез, передо мной сидел хищник.

Он что-то сказал водителю, я не расслышала из-за шума в ушах.

– А теперь поговорим.

– Я буду исправно платить, обещаю. Только выпустите меня.

Не знаю как, но я буду стараться отдать все до копейки.

– Меня не интересуют деньги.

– Тогда что? – в ужасе смотрю на него.

А он откидывает голову назад и начинает громко смеяться.

– Ты думаешь, мне нужен от тебя секс? Ты себя видела? Меня не привлекают вонючие уборщицы. Это тебе пришлось бы платить, чтобы я тебя тр*хнул.

Его грубые слова заставили почувствовать себя убожищем. Я знаю, что я не в прайме. Выгляжу не моделью с обложки журнала. Но я не привыкла к такой откровенной грубости.

– Тогда что вам от меня надо?

– Вот мы и подошли к сути. Сразу бы так. Я знаю, что у тебя есть доступ в некоторые дома.

Я тупо моргаю, я все еще не понимаю, что он хочет от меня.

– Когда мне понадобится, я скажу тебе кое-что сделать, и ты это сделаешь.

– Нет, – отрезаю я.

Он холодно улыбается и подается вперед так резко, я зажмуриваюсь, потому что думаю, что он меня ударит.

– Ты думаешь, у тебя есть выбор? Я был добр к тебе. А теперь послушай внимательно, девочка. Либо ты будешь делать, что я тебе скажу, либо тебя и мать найдут в какой-то канаве изнасилованными и с перерезанными глотками. Выбор за тобой.

Я смотрю на этого человека и понимаю, что он не шутит. Я всеми фибрами души чувствую, что он сделает то, что так красочно мне описал.

– Что именно вы хотите?

– Умничка, – снова улыбается и садится на место. – Когда ты мне понадобишься, я тебе позвоню.

Машина останавливается, и меня просят на выход. На ватных ногах я выбираюсь из автомобиля, и он снова срывается с места. Меня вывезли на какой-то пустырь. Я даже не понимаю, где нахожусь и как доберусь до дома! У меня с собой нет ни телефона, ни денег.

Видимо, адреналин начал спадать, меня начало трясти так сильно, что зуб на зуб не попадал. Я шла, не разбирая дороги, и прокручивала события вечера. Что именно ему от меня надо? Что-то украсть? Что-то подбросить? Я… Я не стану этого делать! Лариса доверяет мне, я не могу ее подвести. Тем более что дома, в которых я работаю принадлежат очень богатым и опасным людям. Если они только заподозрят меня в чем-то, то проделают тоже самое, чем грозил Николай.

Я вернулась домой только под утро.

Мама все так же лежала в позе эмбриона. Я понимала, что если все ей расскажу, то это может только ухудшить ее состояние. А самое обидное – ей было бы все равно. Эта болезнь атрофировала все ее чувства.

Стоя под душем, я дала волю слезам и пообещала себе, как только выйду из ванной, то соберусь и что-то придумаю.