— Ага, — Вельт только что не мурлыкал, такой случай упускать грех. — Пирожки вон на доске окаменели, поди, пока ты его выжидаешь.

— А чего высчитывать-то, — пробасил Больд и от важности темы даже сел ровнее. — Я вот Дагне сразу дерево принес, цветущее. Сработало.

С того края прилетело оскорбленное фырканье, следом снова мерно захрустело, что в переводе означало, у кое-кого всё под контролем. Дальше они переругивались уже без меня, я слушал вполуха и довольно быстро обо всем позабыл. Курорт тоже отодвинулся куда-то на потом, но такие задумки у меня без дела долго не лежат.

Зато свинка не давала мне покоя, ну почему она так странно плавает? Мы-то хоть как-то подгребаем, кто ладонью, кто пяткой, а она спит себе, и ее будто бы магнитит к одному определенному берегу. Даже не поленился, подплыл к тем камням и проверил. Нет, никакого слива, вода стоит смирно, особенно пока не стреляют пузыри.

А что если… Мысль стрельнула в самую макушку, и я даже не знаю, как у меня над головой не загорелся волосян. Так-то логично, в этом мире всякое встречается, и до всех его законов я пока не докопался, но если сравнивать Основу с электричеством, пусть и с совершенно иной природой…

Ко всеобщему удивлению я выскочил на мороз и, как был, то есть никак, побежал к нашему лагерю. Там с минуту покопался в корзине Больда и вытащил моток веревки. Целиком она мне ни к чему, так что расплел один волосок, отрезал его и уже с ним в обеих руках помчался обратно, прыгнул с разбега и встал посередине купели. Тележка приоткрыла глаз, ничего интересного не увидела и закрыла.

— Сдурел там? — из тумана выплыл даже Кейн, не прекращая, впрочем, жевать. — Чего шумишь?

А картинка у меня складывалась любопытная, и с каждым мгновением она нравилась мне все больше. Пустота уже близко, это чувствовалось еще на подходе, лес день ото дня глуше, да и Основа снаружи набирается заметно медленнее положенного. Раз приход просел, значит, ее отсюда куда-то утягивает, и вопрос только, куда.

Устроить такое мог кто-то конкретный, не знаю уж, злой волшебник или монстр, а может, никого и нет, и работает обычное природное явление. Но ведь если Основу вытягивают, это можно как-то почувствовать, правильно? Найти виновника и двигаться к нему напрямую, чтобы разобраться на месте, а не шарахаться по лесам с базукой и палить наугад.

Кейну я отвечать не стал, замер, дождался, пока вода угомонится, и положил волосок на гладь. Тот сперва не подавал признаков жизни, потом получил из воды свою порцию Основы, и по нему пробежали едва заметные искорки. Поначалу они метались хаотично, но спустя пару секунд нитка дернулась и развернулась ровно в ту сторону, куда до этого сносило Тележку, и огоньки потекли вдоль нее туда же.

— А напомни-ка, Вельт… — задумчиво проговорил я, не отрываясь от огоньков. — Мы куда идем? Направление укажи по прямой.

— Да вон туда, — он кивнул в сторону речушки, вверх по течению. — Туда же, куда егеря ходили.

— А Пустота-то не там, — усмехнулся я, глядя, насколько велика разница между нашим маршрутом и указаниями волоска. — Вон она, там сидит. Или не сидит, не знаю. Как смотришь на то, чтобы наша научная экспедиция стала немножко разведывательной?

Уходили мы от источника всей кучей и в полном молчании, только поскрипывал прицеп да похрюкивала свинка, причем и эти звуки выходили какими-то похоронными. Настроение у отряда просело ниже плинтуса, и даже мне сделалось грустно, а ведь я тут вроде как главный энтузиаст похода. Тележка на первом же повороте оглянулась на прудик и засопела так, что захотелось извиниться.

— Нет, ну могли бы хоть на денек, а? — вздохнул Больд и этим озвучил общую мысль.

— Вот давай не надо о грустном, — огрызнулся Кейн.

— Действительно, — согласился я, прибавляя шагу.

А курорт тут обязан появиться, это я для себя уже решил. Давно настолько не заряжался Основой, и если разобраться, по сути это то же живое дерево, только вдобавок с минеральными солями и в расслабляющей атмосфере. Подумать надо разве что насчет проточности, бултыхаться по очереди всей толпой в одной стоячей воде как минимум негигиенично. Или… Хотя как ни крути, душ рядом встанет обязательно, и каждого посетителя перед ванной ждет принудительное знакомство с нашим мылом, без этого в купель не пустим. В общем, голова кругом от перспектив на это место.

Проблема лишь в том, что если… вернее, когда мы прогоним Пустоту, эти края довольно быстро снова одичают. Зверье вернется на насиженные места, а там попадаются и такие представители здешнего мира, с которыми лучше не пересекаться. Впрочем, охотники же с ними как-то уживаются, значит, и мы справимся. Проложим безопасную дорогу, поставим необходимые укрепления, и к нам в очередь выстроятся самые богатые жители королевства, причем не только нашего, но и соседних, ну а работящим, как и задумано, вход бесплатный.

Дальше шагалось уже веселее, мечты о светлом будущем отлично заменяют дорожные песни. На дневном перекусе сняли показания с волоска, процедура доведена до автоматизма, и Вельт прочертил на карте новый луч. А вот к вечеру вымотались все, даже Больд стал реже насвистывать, так что на привал встали пораньше. Корзина ухнула на землю, Кейн занялся ужином, и лагерь понемногу ожил.

Похолодало тут уже заметно, солнце хоть и не село, но прячется за ветками. Растет вокруг почти сплошь хвоя, хотя попадаются и другие любопытные экземпляры, только Основу на анализы я больше не трачу, всё потом. В следующий раз приду сюда без Пустоты и развернусь на полную, глядишь, найдется что-нибудь стоящее.

Но в этот раз сверка с компасом пошла не по плану. Всё ровно так же, достал блюдце, волосок, налил воды, но пока я ковырялся с настройкой, поверхность успела подернуться коркой. Тонюсенькая совсем, а нитке вертеться уже мешает. Вельт молча забрал его у меня и подержал над огнем, корка растворилась без следа. Я пристроил блюдце на плоский камень у самого костра, чтобы лед не схватился по новой, уложил волосок и пропустил еще пару капель Основы, искорки пробежали, и нитка развернулась. Вот только Вельт, снимая направление, нахмурился над картой сильнее обычного, стрелка опять чуть сместилась.

— Да уж, самый дорогой суп в королевстве, — буркнул я, убирая волосок и блюдце с огня.

— Ну, если быть точным, то не в королевстве. Всё-таки мы уже за его границами, — подметил Кейн.

— Погоди, в смысле? — я едва не выронил блюдце. — То есть это ничейная земля? И давно мы по ней топаем?

— Да как из деревни вышли, — он поворошил угли. — На следующий день, считай, уже граница. Король на эти земли никогда не претендовал. А вот его отец сунулся разок. Вернулся домой без армии, с тех пор не лезет.

В голове сразу поднялся целый ворох мыслей. Земля без хозяина, это ведь что? Налоги на ней, по идее, платить некому, а значит, всё, что я там построю, выходит целиком нашим. Ну а если у меня там стоит дом отдыха, почему это не может быть моим королевством?

Хмыкнул я про себя, отбросил неуместные пока фантазии и вернулся к волоску, а тот действительно смотрит не совсем туда, куда должен, и уже далеко не в первый раз. Каждая проверка понемногу уводит его в сторону, и поначалу это легко списывалось на несовершенство нашей примитивной технологии, зато теперь наталкивает на мысли немного другого толка.

Между двумя последними замерами у нас полдня хода, и будь источник сигнала один и сиди он далеко, азимут остался бы прежним, хоть неделю вышагивай. А стрелка погуляла на десятки градусов, и лучи на карте Вельта упорно не сходятся в одну точку.

Отсюда напрашивается вывод, хотя правильнее назвать это гипотезой, причем даже не одной. Либо наш компас указывает на кого-то конкретного, кто прямо сейчас шуршит где-то по лесу. Либо Пустота идет не ровной волной, а языками, просачивается вперед чем-то вроде щупалец, и ближайшее из них тянется сбоку от нас.

И под вторую гипотезу, кстати, отлично ложится поход егерей. Вполне вероятно, они шли коридором между такими языками и влетели в холод внезапно, то есть с ходу вляпались по самое колено. Оттого даже такие мощные ребята еле вылезли оттуда, здоровяка своего на себе выволакивали.