Демоны продолжали жарко спорить и толпиться вокруг меня, а я, извиваясь, как червь, протискивался к перилам.

Наконец мне это удалось, хотя и не без потерь. Кто-то наступил на мою ногу, а один махнул рукой и чуть не сбил мою куфию. И даже не извинился, гад. Но я на него не в обиде, успел ему на спину плюнуть.

А теперь мой взор скользнул вниз и пробежался по каменному полу да стенам, увешанным стягами клана Каас. Возле них по всему залу по кругу в полумраке стояли бронзовые статуи, изображающие демонов, наверное, внёсших какой-то вклад в возвышение клана.

В центре же зала в пятне света, испускаемом осветительным шаром, находился монолитный прямоугольный стол из чёрного камня. По обеим сторонам восседало по шесть демонов. И один обосновался во главе стола. У него и кресло оказалось чуть выше, чем у прочих.

Ясен хрен, бейджиков с именами не было, но зато перед каждым демоном красовался крошечный стяг с гербом. Перед Ларой он тоже имелся.

Демонесса восседала чуть ли не в конце стола, являясь единственной женщиной. И так как она оказалась здесь благодаря мне, то можно с уверенностью сказать, что я прям борец за права женщин.

Правда, пока демонесса не выглядела довольной. Да, её лицо ничего не выражало, как каменная маска, но глаза метали молнии, а спрятанные под столом руки наверняка теребили кожаный пояс, стянувший тонкую талию. Её плечи и грудь скрывались под кожаным панцирем, а тёмные волосы оказались стянуты на затылке в конский хвост.

Лара молчала, как и все остальные за столом. Они что-то сосредоточенно писали на пергаментах, лежащих перед ними.

Голосуют, что ли? Не завещания же пишут.

В пользу моего варианта говорило то, что демоны косились на Лару и порой поглядывали чуть в сторону от стола, где на границе тьмы и света возвышался воин в рыцарских доспехах с эмблемой рода Груфус.

Его голова оказалась не покрыта, давая мне возможность рассмотреть короткие чёрные волосы и красивое молодое лицо с наглыми зенками и упрямо сжатыми губами.

Видимо, это и есть тот хрен, претендующий на то, чтобы стать главой рода Груфус.

Я сразу воспылал к нему лютой ненавистью. Аж жар залил лицо.

На всё готовенькое козёл прилетел! Как, млять, дальний родственник, седьмая вода на киселе, узнавший о кончине богатого бездетного дядюшки и примчавшийся, дабы хоть что-то урвать. А при жизни этого самого дядюшки такой хваткий родственник что-то и не думал как-то помогать усопшему.

Хрен ему в грызло, а не роль главы рода!

К сожалению, от меня ничего не зависело. Я лишь мог стоять, стараясь быть незаметным. И даже, кажется, перестарался. На мою руку уселись две мухи и принялись предаваться на ней разврату, страстно жужжа.

— Кыш, — махнул я рукой, не спуская взгляда со стола.

А там началось какое-то шевеление. Все стали передавать пергаменты крупному демону во главе стола. Тот собрал листы и начал про себя читать написанное, хмуря густые чёрные брови с небольшой проседью.

Да, демон был уже не юн, но он явно имел огромный уровень, думаю, гораздо больше сотого.

Его выдубленное жестокими ветрами худощавое смуглое лицо испещряло множество шрамов. Даже переносица была когда-то разрублена, как и губы. Настоящий зверь — безжалостный и явно хитрый, раз стоит во главе совета Тринадцати, а значит, является главой всего клана Каас.

— Сейчас Ваал-Крас объявит решение, — возбуждённо выдал за моей спиной какой-то демон.

— Ага, вот-вот! — вторили ему другие, загалдев ещё сильнее.

— Ставлю сто золотых, что Лара будет главой рода!

— Принимаю!

— Двести на то, что Совет назначит главой Ала-Брока! За его спиной наверняка стоит Шанрорк, а он в таких делах не проигрывает! — заявил кто-то уверенно, дав мне пищу для размышлений.

Ага, значит, здесь замешан богомерзкий Шанрорк, так и не оставивший надежды подчинить род Груфус. Раньше, по всей видимости, он хотел сделать это через женитьбу сынка на Ларе, а теперь с помощью марионетки по имени Ала-Брок, того самого молодого демона с наглыми зенками, стоящего поодаль от стола.

Интересно, а кто из демонов за столом и есть Шанрорк? Все они выглядели как отъявленные, властолюбивые мерзавцы, скрывающиеся за внешностью средних лет демонов. Их друг от друга отличало разве что количество шрамов да кое-какие черты лиц. На вид все утончённые аристократы, а внутри — безжалостные убийцы, готовые жечь и уничтожать ради собственного возвышения.

— Тише, тише, сейчас Ваал-Крас будет говорить! — раздался взволнованный голос.

Демоны быстро замолкли, подавшись к перилам. Меня прижали к ним так, что я услышал отчётливый хруст: то ли дерево перил треснуло, то ли мой позвоночник.

Демоны едва на голову мне не залезли, обжигая горячим дыханием затылок. И только дыхание и было слышно в звенящей тишине, а та, казалось, тоже с нетерпением уставилась на покрытого шрамами демона во главе стола. Но тот, собака, не торопился, будто наслаждался всеобщим нетерпением и вниманием.

Даже у меня от волнения встал в горле ком, а пальцы так сильно вцепились в перила, что аж побелели.

Наконец Ваал-Крас кашлянул в кулак и пророкотал сильным голосом, привыкшим перекрывать звуки сражений:

— Пять членов Совета за то, чтобы официально признать Лару, дочь лорда Груфуса, главой рода. И шестеро высказались в пользу Ала-Брока, сына Ирика, двоюродного племянника почившего лорда Груфуса.

Демоны на балконах возбуждённо загомонили. Позади меня кто-то щёлкнул челюстями и досадливо выдохнул. Лара стала темнее тучи, бросив яростный взгляд на Ала-Брока. А тот вскинул голову, позволив себе довольную улыбочку. Его взор непроизвольно метнулся к сидящему за столом демону, чья верхняя губа когда-то лишилась своего краешка. Из-за этого казалось, что демон постоянно злобно усмехается, показывая клык.

Наверное, это и есть Шанрорк. Он после слов главы клана не изменился в лице.

А я сглотнул, почувствовав, как всё внутри меня смёрзлось в один ледяной ком.

Неужели всё⁈ Вот так просто Лару вышвырнули на мороз, и мой план с треском провалился⁈ Млять, нужно срочно что-то делать! Нельзя сдаваться!

Внезапно слева от меня раздался раздумчивый голос немолодого демона с колючей седой щетиной на подбородке:

— Сейчас ещё будет голосовать сам Ваал-Крас, а у него два голоса. Он же глава клана.

Я едва не расцеловал демона, чьи слова дали мне робкую надежду. Ещё ничего не кончено! Всё только начинается!

Демон заметил мой вспыхнувший взгляд, усмехнулся и проронил:

— Боюсь, Ваал-Крас проголосует не за Лару. Он всегда высказывался против женщин в совете Тринадцати. В том году он голосовал против Эмильды. А вы что скажите по этому поводу?

Хотелось промолчать, но демон ждал ответа, потому я изрёк, стараясь не показывать своего волнения:

— Так может, Ваал-Крас сейчас будет исходить из того, что выгодно лично ему? Политики всегда руководствуются прорвой различных причин и забывают то, что говорили вчера или год назад.

— Хм, может и так, — чуть удивлённо глянул на меня демон, слегка сощурив глаза. — Вы, кажется, понимаете в политике. А вы, собственно, кто? Прежде мне вас не доводилось видеть. И я даже не слышал такой акцент, хотя объездил все земли клана Каас.

Его острый взгляд впился в меня, а губы слились в одну изломанную линию.

— Помолчите! — шикнул на нас демон сзади. — Глава клана готов вынести решение.

Я тотчас повернулся к Ваал-Красу, чувствуя, как напряжение достигло пика. Его можно было резать ножом! Да ещё и этот демон с седой щетиной в чём-то заподозрил меня. Вот-вот позовёт охрану, а то и сам станет допытываться, кто я такой.

Благо сейчас он, как и все, уставился на главу клана. А тот приоткрыл рот, скользнув взглядом по закусившей губу Ларе и Алу-Броку, гордо вскинувшему подбородок.

— Возможно, кто-то не знает, но я несколько раз встречался на поле брани с отцом Ала-Брока, — торжественно начал Ваал-Крас, — он был искусным воином, прекрасным стратегом и замечательным соратником. Несколько раз он выручал меня, прикрывая спину. Я уверен, что его сын — такой же выдающийся демон.