М. А. Дэвлет, раскрывая мысль об усложнении мировоззренческого комплекса населения Сибири с переходом к эпохе металла, тоже обращает внимание на радикальную смену сюжетов наскального изобразительного искусства, прежде всего тех его ракурсов, которые касаются нового осмысления семантического и структурного аспектов Мироздания: «В эпоху энеолита и бронзы наблюдается расцвет мифотворчества. Бытуют мифы о космической погоне, о женщине-прародительнице, о «священном браке», о солнцерогих и солнцеголовых, о живом черепе, о человекомухо-морах, о конях у мирового древа, о борьбе с великанами, о девице-лебеде и др. В наскальном искусстве находят отражение такие мировоззренческие блоки, как трехсферная модель Вселенной, анимизм — представление о душе, круговорот жизни, появляются изображения не только мифических предков, но и такие, в которых есть некоторые основания видеть первых шаманов» (Дэвлет М. А., 1999. С. 152).
С рубежа неолита и энеолита наблюдается активное внедрение в орнаментацию восточноуральской и западносибирской керамики элементов солярно-астрального декоративного комплекса (сосновоостровские, аятские, суртандинские, липчинские глиняные сосуды). В бронзовом веке солярно-астральная символика на керамике Восточного Зауралья и Западной Сибири достигает наивысшего расцвета (посуда баланбашской, коптяковской, сартыньинской, самусьской, федоровской, еловской и других культур). Астральный колорит приобретают и многие бытовые предметы, а также украшения (каменные и глиняные пряслица, бронзовые бляхи, серьги, подвески и т. д.). В эпоху железа по мере дальнейшего развития шаманских верований солярно-астральная символика, характеризующая древние представления о мире, все более переходит со стенок сосудов на шаманскую атрибутику — в частности, на шаманские бубны.
Вселенная осмысливалась сибирскими аборигенами в двух главных проекциях — вертикальной и горизонтальной, которые нередко выступали в «смешанном» виде, образуя единую горизонтально-вертикальную структуру.
Вертикальная модель чаще всего представляется в образе вселенского дерева, известного в урало-сибирском варианте под именем «шаманского»: невидимая (корневая) часть его символизирует Нижний мир, видимая — Средний, вершина вызывает ассоциации, связанные с Верхней (небесной) сферой. В якутских сказках образ Вселенной рисуется как растущее на холме большое кудрявое дерево с прочным душистым стволом, узорчатой листвой, серебряной берестой, никогда не блекнущее; вершина его проходит через семислойное небо, а корни достигают Преисподней (Горохов Н., 1884. С. 44). В мифологии селькупов в роли вселенского дерева выступает священная береза, растущая на стрелке рек Кедровки и Орла, у дома Прародительницы. Оно имеет сложное название: «К Небу и Земле имя (жизнь) дающее жертвенное дерево». На его ветках сидят Орел и Кедровка (главные тотемные предки селькупов), висят Солнце и Луна (Прокофьева Е. Д., 1952. С. 107). «В семи корнях этого дерева семь змеи оберегают дорогу в Нижний мир. Все вместе они караулят души людей, хранящиеся в дупле небесного дерева до их рождения» (Прокофьева Е. Д., 1961. С. 62).
Горизонтальный ракурс восприятия Вселенной нагляднее всего запечатлен в связке «поселение — кладбище — святилище». В этой системе связей поселение осмысливается как Средний мир, кладбище — как Нижний, святилище — как Верхний. Каждая их трех перечисленных частей (поселение, кладбище, святилище) сама по себе тоже предстает как модель Вселенной и, в свою очередь, включает в себя более мелкие внутренние структуры (могила на кладбище, дом на поселении и т. д.), которые тоже воспринимаются трехчастно — в соответствии с принципом трехсферности всех уровней Мироздания.
«Смешанная» (вертикально-горизонтальная) модель наиболее образно представлена в мифической «шаманской реке», по которой шаман перемещается в разные пространства Вселенной. Река эта течет с востока на запад или с юга на север (горизонтальная проекция); верховье ее находится в Верхнем мире, низовье — в Нижнем (вертикальная проекция).
Из трех сибирско-языческих моделей Мира наиболее употребительна вертикальная модель, обычно в образе уже упомянутого «шаманского дерева». В культе вселенского («шаманского») дерева следует различать две стороны: первая — дерево как мировая ось, соединяющая воедино три главных мира Вселенной (Нижний, Средний и Верхний) — взаимосвязанных, взаимонужных и взаимообусловленных; вторая сторона — дерево как олицетворение жизни, идеальная структура, в рамках которой осуществляется великий жизненный круговорот. Обе эти стороны («мировая ось» и «древо жизни») в сибирском (и не только) шаманизме и вообще в сибирском язычестве одинаково важны, органически взаимосвязаны и вне друг друга не существуют.
Культ дерева, как мы знаем, в той или иной мере был свойствен большинству архаичных обществ нашей планеты, в том числе славянам (в дохристианский период). Под влиянием библейской мировоззренческой традиции, когда идея непримиримой борьбы двух противоположных вселенских начал — добра и зла — вытесняет идею их равноправия и набирает все большую силу, концепция мирового дерева как символа единства Верха и Низа, сугубо языческая по своей сути, утрачивает мировоззренческую основу и рассыпается по всем статьям. В часто анализируемом христианскими богословами (в связи с «первородным грехом») библейском мифе о «древе жизни», «древе познания добра и зла» мы имеем дело всего лишь с доставшимся в наследство от язычества терминологическим реликтом, не содержащим уже глубинных космоцентри-ческих смыслов традиционного языческого древопочитания.
Тем не менее, библейский змей-искуситель (кстати, созданный Богом) есть не что иное, как олицетворение нижних вселенских начал. И акт вкушения Евой (а с ее подачи — и Адамом) запретных плодов этого райского древа знаменует собой рождение Среднего мира — конечно, не случайное, а предусмотренное и запланированное библейским Богом-Творцом, прекрасно понимающим, что без постоянного взаимонапряжения плюсовых и минусовых значений системы координат Вселенной Мироздание как таковое теряет все свои главные смыслы.
Шаман в своих шаманских путешествиях был вправе выбирать как вертикальную, так и горизонтальную «дороги», равно как и комбинированную («смешанную»). Чукотский шаман, например, отправляясь в Верхний мир, чаще всего пользовался особым проходом (в виде вертикального «тоннеля»), соединяющим Средний мир с Верхним (и Нижним). Но мог пуститься в путь и по горизонтальной «дороге»: шел по направлению к Рассвету и в конце концов попадал на небо (Богораз-Тан В. Г., 1939. С. 41).
Верхний и Нижний миры по мере их дальнейшего осмысления делились на все большее число «этажей». Обские угры, например, членили Верхний мир на три яруса, а Нижний — на три лежащих друг под другом подземелья. В то же время у них наблюдалась тенденция к увеличению числа пространственных подразделений. Так, в остяцких героических сказаниях небо называется «семибездным» (Patkanov S., 1900. S. 84). Согласно вогульским сказкам, святотатец, дерзнувший поднять руку на дочь Верхнего духа, «в землю уходит, семь морей, семь земель насквозь проходит» (Чернецов В. Н., 1935. С. 29). Видимо, семиэтажными мыслили Верхний и Нижний миры северные самодийцы. Верховный бог энцев Нга живет на седьмом небе, а глава злых духов Тодоте обитает в Нижнем мире под семью слоями вечной мерзлоты (Хомич Л. В., 1976. С. 18).
У южносибирских этносов «этажность» миров еще более дробная. Народы Алтая в большинстве своем считают, что Верхний мир состоит из девяти уровней. При молениях верхнему богу Ульгеню алтайский шаман ставил в юрте березку, вершина которой выходила в дымовое отверстие. Сучья внизу обрубались, а на стволе делалось девять зарубок (ступеней). Шаман, камлая, поочередно вскакивал на зарубки, комментируя это как последовательное преодоление одного небесного уровня за другим.
Этажность Верхнего и Нижнего миров обычно трактуется как иерархическая ступенчатая пирамида, в общем аналогичная социальной лестнице земного общества: чем сложнее общественная структура того или иного языческого этноса, тем больше этажей видится в небесной и подземной сферах. В целом эта точка зрения правильна, однако следует учитывать, что в зависимости от цели шаманского действия очерёдность вызова духов может не соответствовать очерёдности размещения их на ступенях иерархической пирамиды. Известны случаи, когда телеутский шаман, камлая на Верхний мир, обращался к небесным духам в такой последовательности: сперва взывал к духу, живущему на шестом небе, затем на пятом, потом на третьем, далее — на седьмом и т. д. (Алексеев Н. А., 1984. С. 34).
