Марк медленно сунул руки в карманы брюк. На его лице появилась та самая ледяная, доминирующая полуулыбка.

— Умница, — его голос, низкий и вибрирующий, проник прямо мне под кожу. — Не заперлась. И надела то, что мы приготовили.

Ян сделал первый шаг к кровати. Он двигался плавно, как крупный хищник из семейства кошачьих, загнавший добычу в угол.

Слова застряли у меня в горле колючим комом. Я попыталась кивнуть, но вместо этого лишь судорожно сглотнула, не в силах разорвать зрительный контакт с Марком. Его серые глаза сейчас напоминали грозовое небо — темные, безжалостные, обещающие бурю, от которой не спрятаться.

— Она лишилась дара речи, — хрипло усмехнулся Ян слева от меня.

Его рука, до этого покоившаяся на синем шелке простыни, пришла в движение. Широкая ладонь накрыла моё обнаженное колено. От этого контраста — обжигающе горячая мужская кожа и ледяной ужас внутри меня — я крупно вздрогнула.

— От страха, Ян? Или от нетерпения? — ровно спросил Марк, не сводя с меня тяжёлого взгляда.

— Сейчас узнаем.

Пальцы Яна медленно, с садистским наслаждением поползли вверх по моему бедру, собирая невесомую ткань сорочки в гармошку. Я инстинктивно попыталась сдвинуть ноги, защищаясь, но Ян лишь презрительно цокнул языком. Его хватка мгновенно стала жесткой. Он впился пальцами в мою мягкую плоть, фиксируя ногу на месте.

— Не дергайся, — промурлыкал он мне на ухо. — Ты же не хочешь расстроить Марка в свою первую рабочую ночь?

— Пожалуйста… — мой голос прозвучал как жалкий писк. — Вы… вы издеваетесь надо мной.

Марк чуть склонил голову набок, изучая моё пылающее лицо.

— Издеваемся? — его голос понизился на октаву. — Разве похоже, что мы шутим, Полина?

Он протянул руку. Его пальцы скользнули по моей щеке, убирая за ухо влажную после душа прядь волос. Жест был почти нежным, но от него веяло такой абсолютной, непререкаемой властью, что воздух встал поперёк горла. Ладонь Марка опустилась ниже, прослеживая линию моей шеи, и легла на оголенную ключицу.

Я оказалась в капкане их прикосновений. Слева меня обжигал Ян, чья рука уже уверенно гладила внутреннюю сторону моего бёдра, подбираясь к самому сокровенному. Справа меня подавлял Марк, чье одно лишь присутствие заставляло сердце биться в истеричном ритме.

— Я… я не понимаю, почему я, — слова вырывались вместе со сбитым дыханием. Я зажмурилась, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы стыда и отчаяния. — В вашем мире полно красивых, идеальных женщин. Моделей. А я… посмотрите на меня. Я же… неформат. Я толстая.

Слово повисло в воздухе, ударившись о графитовые стены спальни. Мне казалось, я умру от унижения прямо здесь и сейчас. Я сама произнесла вслух то, чего боялась больше всего. Сейчас они рассмеются. Сейчас они скажут, что это все была лишь жестокая корпоративная шутка над неуклюжей пышкой.

Но вместо смеха раздался глухой, низкий рык Яна.

Его рука сорвалась с моего бёдра, но лишь для того, чтобы жестко обхватить меня поперек талии. Он рванул меня на себя. Я потеряла равновесие и с коротким вскриком завалилась спиной прямо на его широкую, твёрдую грудь.

— Толстая? — прошипел Ян мне в макушку. Его вторая рука собственнически легла на мой живот, сминая мягкую складочку, которую я так ненавидела. — Кто тебе вбил в голову этот бред, сладкая?

Он сжал мой живот, а затем его пальцы скользнули выше, прямо под тонкий шелк сорочки, безжалостно сминая мою тяжёлую грудь. Я выгнулась дугой, из горла вырвался рваный стон, который я не смогла подавить.

— Ты сочная, — Ян прижался губами к моей шее, шумно, по-звериному втягивая мой запах. — Ты настоящая. О эти кости, о которые бьешься синяками, можно порезаться. А ты создана для того, чтобы в тебе тонуть. Правда, Марк?

Я распахнула глаза. Марк нависал надо мной. Я полулежала на Яне, распластанная и беззащитная, а генеральный директор смотрел на меня так, словно я была его личным, долгожданным трофеем.

Его глаза потемнели до состояния чёрной бездны.

— Твои комплексы — это пустая трата нашего времени, Полина, — отрезал Марк. Он опустился на колени прямо на кровать, оказываясь между моих раздвинутых ног.

Я попыталась сжаться, но бёдра Яна, зажавшие меня по бокам, не дали мне сдвинуться ни на миллиметр.

— Я запрещаю тебе прятаться. Я запрещаю тебе стыдиться своего тела, — каждое слово Марка падало как тяжёлый камень, вбивая меня в матрас.

Он протянул руки и взялся за тонкие бретельки моей сорочки.

— Смотри на меня, — приказал он.

Я не могла оторвать взгляда от его гипнотических глаз. Марк медленно, но неумолимо потянул ткань вниз. Шелк соскользнул с моих плеч, обнажая грудь. Прохладный воздух комнаты коснулся влажной кожи, соски мгновенно затвердели, превращаясь в чувствительные, болезненно-сладкие точки.

Ян позади меня хрипло выдохнул. Его руки на моей талии сжались так сильно, что на бедрах наверняка останутся синяки. Но мне было плевать на боль.

Всё моё внимание, все мои нервные окончания сейчас были сфокусированы на руках Марка.

Его крупные, прохладные ладони легли на мою обнаженную грудь. Он не спешил. Он изучал меня, медленно обводя большими пальцами ареолы, заставляя меня извиваться на груди Яна от невыносимого предвкушения.

— Идеальная, — прошептал Марк, склоняясь ниже. — И вся наша.

Его губы коснулись моего соска. Влажно. Горячо.

Меня прошило током. Я вскрикнула, запрокидывая голову назад, прямо на плечо Яна. Мои пальцы судорожно вцепились в его спортивные штаны, комкая ткань.

— Тише, девочка, — провибрировал голос Яна. Он перехватил мои руки, сплетая свои пальцы с моими, и прижал их к кровати по обе стороны от моей головы. Распял.

Марк втянул мой сосок в рот, чуть прикусив его зубами. Мой позвоночник превратился в натянутую струну. Внизу живота взорвалась сверхновая, разгоняя по венам жидкий огонь. Это было неправильно, это было грязно, я должна была сопротивляться! Но тело окончательно предало разум. Я таяла под их руками, я плавилась от их одержимого внимания к каждому сантиметру моих несовершенных изгибов.

— Тебе нравится, — это был не вопрос. Это было утверждение. Марк оторвался от моей груди и посмотрел мне прямо в глаза. Его губы блестели от влаги.

— Н-нет… — слабо выдохнула я, отчаянно пытаясь цепляться за остатки гордости.

⸻ ✦ ⸻

Марк удовлетворенно выдохнул. В его серых глазах вспыхнуло торжество абсолютного победителя, получившего долгожданную капитуляцию.

— Умница, — его голос стал хриплым, глубоким, пробирающим до самых костей. — Никогда больше не лги нам, Полина. Особенно в том, что касается твоих желаний.

Его пальцы, до этого двигавшиеся внутри меня медленно и дразняще, резко сменили ритм. Он толкнулся глубже, уверенно, со знанием дела нажимая на ту самую точку, от которой по моему телу разбегались электрические разряды.

Я закричала, выгибаясь дугой.

Если бы не Ян, намертво прижавший мои руки к матрасу по обе стороны от головы, я бы точно попыталась отползти. Слишком много. Слишком остро. Слишком невыносимо хорошо.

— Смотри на него, — прорычал Ян мне в ухо. Его зубы слегка прикусили мочку, пуская по коже новую волну горячих мурашек. — Смотри, как наш идеальный, ледяной генеральный директор теряет контроль из-за твоёй сладкой, влажной киски.

Я не могла закрыть глаза, даже если бы захотела. Взгляд Марка приковал меня к месту. Он смотрел на моё лицо, искаженное мукой удовольствия, на мою тяжело вздымающуюся грудь, и его ноздри хищно раздувались. Он читал каждое моё движение, каждую судорогу, проходящую по напряженным мышцам.

— Тебе нравится, когда я делаю так? — спросил Марк, его большой палец безжалостно придавил чувствительный узелок снаружи, пока остальные пальцы продолжали свой развратный, сводящий с ума танец внутри.

— Да… ах… да! — я захлебывалась собственным дыханием. Стыд исчез. Сгорел дотла в этом пожаре, который они разожгли.