— Спасибо, Зин. Иногда мне нужно просто услышать это от кого‑то со стороны.

В этот момент к ним подбежала Полина.

— Тётя Оля, мама Зина, идите скорее! Алиса будет раздавать подарки!

Женщины переглянулись и рассмеялись.

— Идём, идём, — Зина взяла девочку за руку. — Кажется, праздник только начинается.

Они вернулись к общему столу. Алиса, раскрасневшаяся и счастливая, уже доставала из красивой коробки небольшие сувениры для гостей — брелоки в виде персонажей сказки. Увидев меня, она подбежала ко мне и крепко обняла.

— Спасибо Вам за такой классный праздник! Это самый лучший день рождения в моей жизни!

Я прижала девочку к себе, чувствуя, как в груди разливается тепло. В этот момент все тревоги отступили на второй план. Главное было здесь и сейчас — счастье Алисы, поддержка Кости и дружба тех, кто рядом.

Дорогие девушки,подписывайтесь на меня,чтобы получать уведоомления о моих новинках.

— Лёль, хватит бегать друг от друга. Разве наше счастье не стоит того, чтобы поступиться своей гордостью?

Его слова ударили в самое сердце, я замерла, ошеломлённая откровенностью. Воздух между нами будто сгустился, наполнившись невысказанными годами тоски и нежности.

Мы вернулись все вместе после дня рождения Алиски к Косте домой. Я замечала, как он весь вечер был словно натянутая струна, но списывала это на появление его бывшей.

— Кость, да мы вроде не бегаем… И я здесь, — тихо ответила я, стараясь унять дрожь в голосе.

Он шагнул ближе, и от его взгляда, глубокого и обжигающего, по коже пробежали мурашки.

— Я хочу, чтобы ты с сыновьями переехала ко мне. Я хочу официально быть их отцом. И я хочу тебя в свою постель и в свой паспорт. Мне важно, чтобы ты была официально моей женой.

Я замерла, пытаясь осмыслить сказанное.

— Это из-за Алиски? Ты думаешь, её мать пойдёт в суд, чтобы забрать её у тебя?

— Нет, — твёрдо отрезал он. — У неё это точно не получится. С Анджелой я разберусь — заплачу ей, и пусть катится на все четыре стороны. Я хочу на тебе жениться. Мы и так потратили слишком много времени, живя раздельно. Больше не хочу.

Его голос дрогнул, и в этом звуке было столько боли и любви, что у меня защемило сердце.

— Я планировал это как-то по-другому, Лёль… Девочка моя, выходи за меня замуж. Сдохну без тебя.

Не сказать, что его предложение стало для меня шоком, но внутри всё перевернулось. Растерянность смешалась с волной тепла, разливающегося по телу.

Костя подошёл ко мне, осторожно поднял мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. В их глубине плескалось столько нежности и страсти, что дыхание перехватило.

— Я больше не предам, — прошептал он. — Ты можешь мне верить. Ты и дети — это главное в моей жизни. Я люблю тебя.

И он поцеловал меня.

Этот поцелуй снёс всё — сомнения, страхи, прошлое. Меня подхватил ураган бешеной страсти, сметающий всё на своём пути. Костя, подхватив меня на руки, понёс в спальню. Уложив на кровать, он медленно, не отрывая от меня взгляда, начал раздеваться. Его глаза обжигали, словно языки пламени, скользя по моему телу, вызывая дрожь предвкушения.

— Вот ты и на законном месте… В моей постели, — хрипло произнёс он.

— Костя, хватит болтать, иди ко мне, — прошептала я, начиная расстёгивать пуговицы на платье.

— Нет-нет, — он мягко остановил мои руки. — Дай насладиться моментом…

Он опустился на колено, закинул мою ногу себе на плечо и начал покрывать поцелуями ступню, медленно поднимаясь выше. Каждое прикосновение его губ было подобно разряду тока, заставляющему тело трепетать.

— Так ты выйдешь за меня? — снова спросил он, и его голос прозвучал так близко, что я почувствовала его дыхание на своей коже.

Мой взгляд стал рассеянным, мысли растворились в океане ощущений. Его близость, жар его тела, едва ощутимое прикосновение… Я не могла думать. Не могла, когда его твёрдая плоть прижималась ко мне сквозь ткань одежды, пробуждая первобытное желание.

— Что? — едва слышно выдохнула я.

— Ты хочешь меня, Лёль, признайся, — его голос стал низким, хриплым, почти звериным.

— Да, — облизнула пересохшие губы.

Он прищурился, в глазах вспыхнул опасный огонёк.

— Тогда выйди за меня замуж.

— Да! — выдохнула я, и это слово прозвучало как освобождение. — Давай же…

Он поцеловал меня снова, и страсть, вспыхивающая всякий раз, когда наши губы соприкасались, взорвала нас обоих. Языки переплелись, дыхание смешалось, а мир вокруг перестал существовать.

— Войди в меня, — простонала я, изнемогая от желания.

— Сейчас, моя сладкая, — хрипло ответил он, и в следующее мгновение его тело слилось с моим.

Ощущение его внутри было таким острым, таким правильным, что я закричала, сокрушённая горячим вихрем удовольствия. Тело забилось в его руках, подстёгивая его к финалу, и волна наслаждения накрыла нас обоих, унося в открытый космос, где не было ничего, кроме нас двоих.

Долгое время мы не могли прийти в себя. Лишь спустя несколько минут Костя перекатился набок, освобождая меня от тяжести своего тела. Он оперся на локоть, внимательно разглядывая моё лицо, словно пытаясь запомнить каждую черту.

— Ты дала слово, помнишь? Или ещё требуется убедить? — в его глазах плясали озорные искорки.

Я счастливо рассмеялась, но тут же осеклась:

— О боже, дети…

— Спят, — усмехнулся он, начиная покусывать мою шею. — Но всё же шумоизоляцию стоит сделать…

— Ну что? По второму заходу? — прошептал он, переворачивая меня и усаживая сверху.

— Почему бы и нет… — выдохнула я и отдалась наслаждению, чувствуя, как новая волна страсти накрывает нас с головой.

Дорогие девушки, хотела бы узнать, как лучше выкладывать книгу: каждый день небольшими порциями или через день, но более объёмными частями? Как вам удобнее?

Можно ответить в комментариях.

Пробуждение вышло неожиданным и полным тепла. Трое детей ворвались в нашу комнату, нарушив тишину раннего утра своими звонкими голосами и топотом босых ног. Я невольно улыбнулась: хорошо, что накануне вечером додумалась попросить у Кости его футболку. Сейчас она прикрывала меня, даря ощущение защищённости. Жаль только, что закрыться на замок мы накануне не догадались…

Для меня всё это было в новинку, и сердце сжималось от тревоги: как отреагируют сыновья? Что подумают?

— Ура! Вы спите в одной постели! Значит, вы теперь муж и жена! — с восторженным криком Алиска бросилась к нам на кровать, её светлые косички развевались в воздухе.

Пашка, не отставая, тут же присоединился к сестре — юркнул под одеяло и устроился между нами, широко улыбаясь.

Алёшка же повёл себя иначе. Он остановился у края кровати, серьёзно посмотрел в глаза Косте и тихо, но твёрдо спросил:

— Мы теперь самая настоящая семья?

Костя не стал отшучиваться. Он сел, притянул Алёшку к себе и, глядя ему прямо в глаза, ответил:

— Да, сынок. Твоя мама согласилась стать моей женой. И теперь мы всегда будем вместе.

— Ура!

— А когда ты нас будешь кормить? — тут же переключился Пашка, потирая живот. — Мы голодные, как стая саблезубых тигров!

Мы с Костей переглянулись и расхохотались.

— Ладно, тигрята, — Костя шутливо взъерошил волосы мальчишке. — Отправляйтесь на кухню и проведите ревизию холодильника. Только без фанатизма!

Дети с хихиканьем умчались, а мы, переглянувшись, бросились в ванную — приводить себя в порядок перед новым днём, который уже обещал быть насыщенным.

В душевой кабине, под тёплыми струями воды, Костя подошёл ко мне вплотную. Его руки скользнули по моим плечам, спустились вдоль спины. Он наклонился и прошептал, едва касаясь губами мочки уха:

— Ты счастлива?