— Жаль что я всего лишь дух испытания, иначе мастер мог бы наградить тебя…

Сокрушался дух меча.

— Ох точно, чуть не забыл, — почесав бороду сказал дух, — я могу сообщить тебе очень важную информацию, она должна помочь тебе разобраться в тайнах пустынного дворца…

— О чем это вы? — почувствовав, как что-то проясняется, с сомнением спросил Александр.

Он и так чувствовал, что с этим дворцом что-то было не так, однако он не мог понять, в чем дело.

— Мне не стоило бы вмешиваться в дела смертных, по этому я не скажу тебе прямо что не так с дворцом, но можешь считать это наградой, если поймёшь о чем я говорю… Дворец наследия Парагона существует уже более десяти миллиардов лет, и за это время стеллу посещали тысячи практиков, тех кого я посчитал достойным, чтобы проходить испытание. Все они были в этом дворце, ходили среди статуй, сражались и умирали. — Загадочно сказал дух испытания. — Это все что я могу сказать. — Посмеялся дух.

Закончив говорить, дух испытания исчез, в то время как тело Александра стало размытым, и его перенаправили на следующее испытание, где уже как несколько лет практиковал Леонард…

Оказавшись в зоне проведения последнего испытания, Александр даже не обратил внимания на окружение. По тому как слова духа испытания не давали ему покоя.

«Дух испытания сказал, что тысячи практиков до нас уже успели посетить каменную стеллу. Однако странно, что, когда мы пришли, сокровища дворца всё ещё не были разграблены», — размышлял Александр.

«Не может быть такого, что предыдущие исследователи дворца, особенно те, кто пытался пройти испытание Парагона, не смогли разрушить барьеры, защищающие сокровища. Сокровища давно должны были разграбить, не оставив нам пришедшим спустя миллиарды лет ничего, но все же сокровища лежат здесь так, будто кто-то специально оставил их здесь…» Выражение лица Александра скривилось, он начал ощущать опасность, исходящую от пустынного дворца.

«Есть только две причины того, что, когда мы пришли во дворец, сокровища были не тронуты. Первая предполагает, что с самим дворцом что-то не так, и сокровища могут быть прокляты или ещё что похуже, о чём мы не знали…»

«Вторая возможность пугает ещё больше. Возможно, был тот, кто посетил дворец не задолго до нас и оставил здесь все эти драгоценные вещи. Тогда этот некто, точно хотел заманить нас в ловушку, а это означает что он уже давно живёт в Эдеме…».

Александр уже догадывался кто это мог быть, по тому как только у одной личности хватало бы сил, и богатсв чтобы устроить такую ловушку…

Пока Александр был в раздумьях, не так далеко от него послышался шум, который сразу привёл его в чувства.

На третьем испытании не было ограничений, связанных с органами восприятия. Вся область испытания всё ещё походила на куб, но это не было пространством, запертым внутри хаотичной области. Третье испытание представляло собой огромный зал, стены которого не были прозрачными, как на прошлых испытаниях. Это был куб из белого камня, на стенах которого были изображены сцены битвы из далёкого прошлого. Каждое сражение на стене несло в себе намерение меча, будто в них содержались отголоски техник, что могли передаваться через пелену времени.

Стоит только вглядеться в одну из битв, как сцены на стене оживали, и сильные ауры с намерением убивать атаковали сердце и душу.

Помимо стен с техниками меча, явно не относящимися к пути меча Парагона, было ещё одно сооружение, привлекающее к себе внимание. В центре зала была стелла из белого камня, с высеченными на ней словами, принадлежавшими Парагону.

На стелле было записано всего несколько слов:

«Девять гор образуют ядро».

«Девять небес образуют дух».

«Девять морей сливаются в Дао».

«Обуздай намерение меча, и закали в его пламени тело воинственного бога».

«Стань единым с духом войны, и воля твоя не будет уничтожена».

«Взрасти в себе Дао уничтожения, и никто под небесами не посмеет тебя остановить».

Слова со стеллы вгоняли в транс и почему-то плохо давались пониманию. Могло бы показаться, что это было лишь напутствие, оставленное Парагоном пяти стихий. Но в каждом слове, каждом символе на стелле содержалось нечто, что захватывало дух и заставляло трепетать. Символы будто были высечены мечом, заключая в себе великое Дао пути меча, запечатлённые во властных, угнетающих небеса словах.

— Я тоже был поражён, когда увидел стеллу, — послышался хриплый голос Леонарда.

Демон сидел неподалеку от стеллы, смотря на стены с изображением битв. Казалось, он не был заинтересован в технике на стелле, и взгляд его был пустым.

— Парагон был непостижим, он запечатлел свой путь меча, оставив эти несколько слов своим мечом, высекая на камне. Дао от его меча непостижимо, и только кто-то с духом бога войны, завершённым ядром меча, а также телом бога войны, притом достигая ранга асуры, способен завершить технику и пройти испытание, — на губах демона раздора показалась усмешка, он запрокинул голову к небу, которое было где-то там за потолком этого куба, а на уголках его губ выступила кровь.

— Ты сдался? — В голосе Александра появился гнев.

Впившись взглядом в демона раздора, он не мог поверить, что какое-то испытание смогло сломить его волю.

— Ты не поймёшь, пока не попробуешь, — с горестной улыбкой сказал Леонард. — У нас не было ни шанса с самого начала. Эта техника предназначалась преемнику, на пике силы асуры, дабы поднять его боевую мощь до ранга Парагон и пойти войной против Владык. Мы не сможем освоить её, даже если проведём в этом проклятом кубе миллион лет…

«О чём это?» — нахмурившись, подумал Александр.

— Даже если завершить ядро, что будет очень сложной задачей, высечь дух бога войны, разделяя дух на 1000 частей, в процессе которого мы точно умрём без поддержки озера восполнения духа и пилюли небесного ранга S2, неумирающего духа, мы всё равно не сможем постичь Дао меча, оставленное Парагоном, не завершив тело бога войны. Это очень сложный процесс, для которого требуется огромное количество небесных ресурсов S3-S2 ранга. Даже клан высших демонов, такой как мой, не смог бы обеспечить для меня создание тела бога войны, а без ресурсов огромной семьи, мои шансы пройти испытание равны нулю…

Леонард казался отстранённым, говоря всё это, будто он уже сдался, что не могло не разозлить Александра ещё больше.

— Ты трус, что боится расстаться с жизнью? — гневно выпалил он.

— Я не боюсь умереть, — покачал головой Леонард. — Однако моё время сочтено, я не смогу прожить миллионы лет, медленно постигая технику Парагона, потому как через 1000 лет мой дух истлеет. Ты будешь здесь один в скором времени, наблюдая за тем, как мой труп обращается в прах, пока ты тщетно пытаешься постичь Дао меча из стеллы.