— Что пропало?

— Ничего.

— Вы уверены?

— Проверила дважды.

— Тогда что искали?

Я указала на коробочку.

— Мою первую заготовку для копии.

Он открыл крышку только после моего разрешения.

Внутри лежала небольшая металлическая основа без камня и без печати. Я сделала ее для проверки размеров и даже не собиралась использовать в готовом изделии.

— Это бесполезно, — сказал Стайр.

— Для вас и для меня. А человек, который пришел ночью, мог этого не знать.

— Или хотел понять, насколько далеко вы продвинулись.

— Именно.

Он посмотрел на дверь.

— Вы переезжаете.

— Нет.

— Иллара.

— Даже не начинайте.

— Сегодня ночью в помещение, где вы спите, вошел неизвестный человек.

— Я заметила.

— И вы предлагаете оставить все как есть?

— Нет. Я предлагаю поменять замок, выяснить, у кого есть ключи, и перестать хранить здесь важные вещи на ночь.

— А спать?

— Найду комнату неподалеку.

— У меня достаточно места.

Я посмотрела на него.

— Даже не сомневаюсь.

— Это безопаснее.

— Возможно.

— Тогда в чем проблема?

— В том, что я знаю вас два дня.

— И?

— И если я перееду в ваш дом, буду жить под вашей крышей, пользоваться вашей охраной, есть за вашим столом и работать над вашим заказом, то очень быстро окажусь в положении человека, который обязан вам всем сразу.

— Я не собираюсь предъявлять вам счет.

— Вы можете не собираться. Зависимость от этого никуда не исчезнет.

Он молчал достаточно долго, чтобы я успела приготовиться к спору.

— Хорошо, — сказал Стайр.

— Хорошо?

— Ваш аргумент разумен.

— Вы опять это делаете.

— Что?

— Не спорите там, где я уже подготовила несколько отличных ответов.

— Приберегите их. Уверен, возможность еще появится.

Я невольно улыбнулась.

— Тогда договорились. Вы помогаете найти нормальную комнату, которую я оплачиваю сама.

— Сначала вам нужно получить деньги.

— Сколько именно?

Стайр назвал число еще раз.

Я взяла карандаш и записала его рядом со списком проверенных украшений. Цифра от этого понятнее не стала, зато приобрела неприятную убедительность.

— За полтора года через Палату прошло столько вещей?

— Не только родовых. Все изделия, для которых требовалось официальное подтверждение печати.

— Тогда пять подмен ничего не доказывают.

— Вы только что выглядели так, словно они доказывают слишком многое.

— Они доказывают, что нам нужно проверить больше.

— Двадцать семь украшений у вас будут.

— Этого мало.

— Иллара, я не могу принести сюда несколько тысяч чужих фамильных драгоценностей.

— Очень жаль. Я как раз собиралась освободить под них шкаф.

Он посмотрел на меня, потом на шкаф, который и без того едва закрывался.

— Вы шутите.

— Уже хороший знак, что начинаете различать.

Я снова пробежала взглядом по таблице.

Пять вещей с одинаковым следом. Разные владельцы. Разные мастера, указанные в документах. Разное время изготовления самих украшений. Единственное очевидное совпадение — Палата.

Но меня беспокоило другое.

Если устройство действительно существовало, для подмены требовалось не только скопировать металлическую часть. Кто-то должен был знать, какое украшение стоит вскрывать, где оно окажется, сколько времени будет доступно и когда владелец не заметит вмешательства.

Такая схема не могла держаться на одном умельце в подвале.

— Мне нужны даты, — сказала я.

— Какие?

— Не даты проверки. Даты приема изделий Палатой и возврата владельцам. Отдельно по каждому.

— Зачем?

— Хочу понять, сколько времени вещь находилась у них.

— Думаете, подмены делали непосредственно там?

— Пока я думаю, что мы слишком быстро влюбились в одну удобную версию.

Стайр слегка наклонил голову.

— Мы?

— Вы подозревали Палату еще до меня.

— А вы нашли одинаковые следы.

— Именно. Это делает версию хорошей, но не обязательно правильной.

Я повернула к нему записи.

— Предположим, внутри Палаты действительно работает устройство. Тогда кто-то принимает украшение, вскрывает его, копирует печать, собирает обратно и возвращает владельцу. Чем сложнее изделие, тем больше времени нужно. Если некоторые вещи были у Палаты один день, а другие неделю, сравнение может показать нам хотя бы приблизительное окно.

— А если срок одинаковый?

— Тогда будем искать дальше.

— Вы всегда так работаете?

— Как?

— Находите ответ и сразу начинаете искать причину, почему он может оказаться неправильным.

— Хороший мастер обязан сомневаться в красивом решении. Особенно если оно появилось слишком быстро.

— Полезная привычка.

— Дорогая. Клиенты любят простые ответы.

— Я тоже.

— А получаете меня.

— Уже заметил.

Последние слова он произнес спокойно, но я почему-то отвела взгляд первой.

Глупость.

Передо мной лежали записи о возможной подмене сотен украшений, исчез мастер Ортен, ночью кто-то открывал мою дверь чужим ключом, а я вдруг решила обратить внимание на то, как Стайр произнес два совершенно обычных слова.

Я придвинула список ближе.

— У вас ведь есть люди, которые могут добыть даты?

— Есть.

— Тогда займитесь этим.

— А вы?

— У меня осталось три дня до вашего приема и кольцо, которое пока существует в виде заготовки.

— Два с половиной.

Я подняла голову.

— Что?

— Прием послезавтра вечером.

— Вы говорили через шесть дней.

— Четыре уже прошли.

Я посмотрела на него с откровенным раздражением.

— Спасибо, что сообщили. В новом мире время действительно летит незаметно, особенно когда ночью к тебе приходят без приглашения.

— Копия будет готова?

— Если перестанете приносить мне новые преступления каждые два часа.

— Постараюсь распределять равномернее.

— Очень любезно.

Он собрал документы, но уходить почему-то не торопился.

— Что еще?

— Ничего.

— Вы стоите.

— Это запрещено в мастерской?

— Нет. Но обычно люди либо уходят, либо говорят, зачем остались.

Стайр посмотрел на мою чашку.

— Чай остыл.

— Наблюдательно.

— Могу принести другой.

— Вы внезапно решили сменить род деятельности?

— Нет. Просто через три часа вы забудете поесть.

Я открыла рот, чтобы возразить, и вспомнила, что вчера действительно забыла.

— Не забуду.

— Хорошо.

Он направился к двери.

— Стайр.

— Да?

— Если все-таки будете проходить мимо той пекарни на углу...

— Я понял.

— Я еще не сказала, что хочу.

— С орехами.

Я несколько секунд смотрела ему вслед.

Потом обнаружила, что улыбаюсь, и немедленно занялась кольцом.

Работа помогала привести мысли в порядок.

Я не пыталась сделать идеальную копию трехсотлетнего украшения. Идеальная копия выглядела бы подозрительно. Мне требовалось повторить возраст, мелкие следы ремонта, едва заметную асимметрию боковых ветвей и особенности посадки камня.

Сам камень Стайр предоставил заранее. По цвету он почти совпадал с оригиналом, хотя под увеличением различие было очевидным.

Для приема этого хватало.

Самой сложной частью оставалась печать.

Фарден пришел после обеда, принес обещанный справочник и почти два часа объяснял мне то, что местные мастера изучали годами. Я не собиралась становиться специалистом по магическим печатям за несколько дней, поэтому выбрала единственное, что было действительно нужно: создать обычный отклик, достаточно убедительный для поверхностной проверки.

Первые две попытки пришлось переделать.

Третья сработала.

Когда по внутренней стороне обода прошла тонкая красная линия, я почувствовала удовлетворение значительно сильнее, чем следовало радоваться обману.