Я невольно посмотрела на футляр.

— Тогда слово «невозможно» действительно пора исключить из вашего словаря.

— Уже начинаю понимать.

— Что произошло потом?

— Мы проверили вещи, которые редко покидают хранилище. Нашли еще две замены.

Вот теперь картина становилась гораздо неприятнее.

— Все ваши?

— Да.

— Одного периода?

— Нет. По приблизительным оценкам, первую могли заменить около полутора лет назад. Вторую позже. Третью совсем недавно.

— И вы никому не сообщили?

— Сообщил Палате ювелиров.

Название прозвучало достаточно весомо, чтобы я сразу поняла: речь не о маленькой гильдии ремесленников.

— И что они сказали?

— Что копирование родовой печати невозможно, а значит, ошибка возникла при проверке.

Я посмотрела на него.

— Очень удобная позиция.

— Именно поэтому мастер Ортен проверял кольца для меня отдельно.

Я невольно обернулась на разбитую витрину.

— И сегодня исчез.

— Да.

— После того как вы принесли ему очередное кольцо?

— Его доставили сюда утром. Я должен был встретиться с Ортеном позже.

— Кто принес?

— Мой человек.

— Он видел мастера?

— Да. Ортен принял футляр лично.

Это означало, что мастер исчез между доставкой кольца и моим появлением. Сколько времени прошло, я не знала, и это раздражало сильнее всего. У меня не было даже часов.

— А дальше в мастерской каким-то образом оказалась я.

Стайр не стал спорить.

— Вот это как раз одна из частей, которую мне хотелось бы понять.

— Мне тоже. Но пока ответа нет.

— Вы действительно ничего не помните?

— Последнее, что помню, происходило в моей собственной мастерской.

— В каком городе?

Я задержала на нем взгляд.

Вот сейчас нужно было решать, насколько далеко готова зайти с правдой.

— В городе, название которого вам ничего не скажет.

— Попробуйте.

— Не сегодня.

Он принял отказ спокойно, хотя любопытство явно никуда не исчезло.

— Хорошо. Вернемся к кольцу.

— Давайте. Что должно произойти через шесть дней?

— Публичная передача.

— Все еще не свадьба?

— Я не говорил о свадьбе.

— Вы сказали, что кольцо предназначено женщине, и предложили считать ее невестой.

— Это было проще.

— Для кого?

Он посмотрел на меня совершенно серьезно.

— Для меня.

Я невольно рассмеялась.

— По крайней мере честно.

— Через шесть дней состоится прием. На нем я передам кольцо женщине, с которой меня уже несколько недель связывают слухи.

— Слухи вы тоже организовали?

— Не все. Но мы им не мешали.

— Очень предусмотрительно.

— После приема кольцо должно оказаться там, где человек, интересующийся печатями моего рода, сможет попытаться им воспользоваться.

Я медленно провела пальцем по краю верстака.

— То есть копия нужна как приманка.

— Да.

— Женщина знает?

— Знает о риске и согласилась участвовать.

— Добровольно?

Стайр посмотрел на меня с легким недоумением.

— Иначе я бы не обсуждал с ней подобное.

Ответ мне понравился больше, чем я собиралась показать.

— Хорошо. Допустим, я соглашусь. Что именно должна сделать копия?

— Пройти обычную проверку.

— А глубокую?

— Нет. Если ее станут проводить, мы уже будем знать, что человек имеет доступ к способу, которым не должен пользоваться.

— То есть мне не нужно полностью копировать вашу магическую печать.

— Нет.

Это значительно упрощало задачу, хотя я все еще не представляла, как вообще создается местная печать.

— Тогда мне понадобится мастер, который объяснит технологию.

— Ортен должен был это сделать.

— Ортен сейчас отсутствует.

— У меня есть еще один специалист.

— Которому вы доверяете?

— В пределах разумного.

— Очень обнадеживает.

Стайр проигнорировал замечание.

— Я могу привести его днем.

— Нет.

— Почему?

— Потому что я еще не согласилась.

Он посмотрел на меня несколько секунд, затем чуть кивнул.

Я не стала трогать коробочку сразу.

Если ночной гость искал именно ее, на крышке или замке мог остаться след, который я уничтожу одним неосторожным движением. В моем мире я никогда не занималась расследованиями, зато много лет работала с вещами, чья история зависела от мелочей. Иногда достаточно стереть пыль с неправильного места, чтобы навсегда потерять ответ на простой вопрос: кто касался предмета последним.

Я поднесла лампу ближе и осмотрела стол.

На дереве возле коробочки появилась тонкая царапина. Раньше ее точно не было: вечером я протирала эту часть верстака перед работой. След шел от края стола к ящику, словно человек торопился и задел чем-то металлическим.

Взломщик вошел тихо, ничего не разбил, сразу направился туда, где лежала заготовка, и ушел, как только понял, что я проснулась.

Слишком уверенно для случайного вора.

Я подошла к входной двери.

Замок снаружи выглядел целым. Изнутри тоже. Никаких глубоких царапин вокруг скважины, никаких следов грубой работы.

Ключ.

Либо очень хороший инструмент, но после знакомства с местными механизмами я бы скорее поставила на ключ.

У кого он мог быть?

У мастера Ортена — очевидно.

Возможно, у владельца здания.

У помощника, если помощник существовал.

У городского управления вряд ли.

И еще у человека, который уже бывал здесь достаточно часто, чтобы сделать копию.

Я вернулась к верстаку и впервые пожалела, что ночью не увидела незваного гостя. С другой стороны, если он пришел подготовленным, встреча могла закончиться куда хуже перевернутой коробочки.

На кушетку я больше не легла.

До рассвета оставалось немного, поэтому я устроилась возле стола и начала записывать все, что произошло с момента моего появления в мастерской. Имена, украшения, даты, слова Стайра, рассказ Астреи, результаты проверки трех изделий, исчезновение Ортена, ночной визит.

На бумаге история выглядела еще неприятнее.

Особенно одна деталь.

Вчера днем в мастерской побывали Астрея, Стайр, Фарден и владелец браслета, точнее его разрешение привез Стайр вместе с украшением. Еще раньше сюда приходил служащий городского управления.

Все они могли видеть, где я работаю.

Но коробочку с заготовкой я убрала в нижний ящик уже после ухода Стайра.

Ночной гость не просто знал, что она существует.

Он либо наблюдал за мастерской, либо точно представлял, как Ортен хранил незавершенную работу и где я, вероятнее всего, поступлю так же.

Второй вариант мне нравился меньше.

К утру я успела заварить себе местный чай, который нашла в шкафу. Вкус оказался терпким и вполне приличным. Запас еды ограничивался хлебом, сыром и яблоками, но на фоне происходящего завтрак хотя бы не требовал от меня разгадывать устройство нового мира.

Первый стук раздался вскоре после рассвета.

Я подошла к двери.

— Кто?

— Стайр.

Открыла только после того, как посмотрела через узкую щель между занавеской и рамой.

Он стоял один.

— Вы сегодня рано.

— А вы плохо спали.

— Это комплимент?

— Наблюдение.

Я пропустила его внутрь и сразу заперла дверь.

Стайр заметил движение.

— Что произошло?

Вместо ответа я подвела его к столу и показала коробочку.

— Ночью кто-то вошел в мастерскую.

Его лицо изменилось мгновенно. Не в сторону громкой злости, которую обычно любят изображать мужчины, желающие показать, насколько они опасны. Он просто стал собраннее.

— Вы видели человека?

— Нет.

— Слышали голос?

— Нет.

— Он заходил в заднюю комнату?

— Я успела закрыть дверь.

— К вам пытались попасть?

— Нет. Когда я сказала, что проснулась и оригинального кольца здесь нет, человек ушел.

Стайр осмотрел замок, потом стол и царапину рядом с ящиком.