— А где полиция?

— Ва-а-ас? Нихт ферштейн… А зачем тут полиция? Это сервитут, тут каждый дрочит, как он хочет! — заявил герр Вандерберг с совершенно серьезным лицом. — Подрались и подрались, обычное дело… Если б стрелять начали или магией всерьез пользоваться — тогда да. А тут налицо использование исключительно подручных средств в ходе потасовки из-за внезапно возникшей личной неприязни.

— И нож — подручное средство? — на всякий случай уточнил я.

— А то разве нож? Ковырялка какая-то… Вот это — нож, йа? — Подгорник расстегнул жилетку и продемонстрировал шикарные ножны с внушительным тесаком.

— Да-а-а-а… Резонно! — согласился я.

— А так-то они бдят! Вон — камеры на каждом столбе и дрон над крышами вьется, — указал пальцем на объективы видеонаблюдения местный гном. — Но, думаю, они только рады, что вы вербовщиков разогнали. Надоедливые типы…

Я пожал плечами. День начался хреново: меня выбесил Спиридон, а вербовщики вели себя суетливо и нагнетали. Не люблю суетливых нагнетателей. Еще и пёс этот пиджачный рычать на меня вздумал… Вот и получил по хребту.

Рекрутеры сбежали, на бульваре Марии Консепсьон Аргуэльо, то есть — на «Кончите», снова установилась относительная тишина. И нарушил ее Клаус Лангбольцен, прояснив тему беседы между ссыльными и местными кхазадами, которая началась задолго до моего прибытия:

— Твоя светлость, тут вот что герр Вандерберг предлагает: скататься на материк, на разведку. Говорит, очень перспективное место есть, у Лапы Дьявола…

— Не очень охеренно звучит, м? — склонил голову на бок я.— Что-нибудь еще похуже выбрать нельзя было? Мелькорова Ступня, Аидова Задница, Шайтанов Нос… Нормальных мест нет у вас?

— Э-э-э-э… Ну это название горы! Она просто так выглядит, как лапа, и… — начал оправдываться Вандерберг. — Это вообще не мы назвали, это люди!

— Ну раз люди…

— Сто сорок километров, если напрямую отсюда. Так-то больше получится, понятно — горы. На материке находится, до берега дирижаблем добросят — это большая часть пути. Дальше пешком, — продолжил излагать Вандерберг. — Там сутки пути примерно.

— А почему пешком?

— Там ничего не летает. Ни-че-го, — сообщил Клаус Лангбольцен. — Влияние близкой Хтони…

— Курва! — всплеснул руками я. — Конечно! Лапа Дьявола — и без Хтони! Я вообще-то эльф! Мне Хтонь не нравится. Я не в сталкеры нанимался, а в золотоискатели!

— А мы в Хтонь и не пойдем, мы по краешку! Наша задача найти лагерь предыдущей партии у озера Тулкэллах, что на северном склоне Лапы Дьявола. Там чистая зона, только не летает ничего. Выясним, что с ними стало, геологоразведку проведем — и назад! — жизнерадостно заявил Надфиль.

— А золото? Деньги? Мы же вроде золотоискательскую артель сколотили. А первое задание — какое-то мутное получается, — гнул свою линию я.

— Диаспора платит двести тысяч на всех. И что найдем — тоже сдадим, как полагается, — пояснил подгорник.

— Не очень охеренно выглядит, — глядя прямо в глаза Вандербергу, сказал я. — В чем подвох?

— О! — Подгорник понизил голос: — Я честно признаюсь: мне кажется, у нас завелся крот!

— Что-о-о? — Тут уж и я, и Клаус с Надфилем — мы все уставились на собеседника с большим интересом.

— Кто-то сливает информацию о наших поисковых партиях бандитам или племенам! Три партии пропало! Поэтому я и ищу новичков! Вы парни крепкие, вас много… Со снаряжением поможем, да еще и маг у вас!

— И?.. — Я чувствовал, что он говорит не всё.

Подгорник тяжко вздохнул:

— Там мой племянник, его Дитрих зовут! Такой перспективный парень, хороший геолог и опытный проходчик… Связался с этим типом, как его… То ли Коломна, то ли — Калуга… Громкий такой, резкий, какой-то бывший опричник. Голову Дитриху задурил всякими бреднями… А Дитрих давно хотел к Лапе Дьявола сходить. Ему кто-то образцы доставил, очень перспективные, вроде как золото в кварце, коренное месторождение. Вот и послушал этого Коломну, пошел с ребятами за ним. Тот ведь — маг, боевой! Свирепый воин! В тех местах — неплохое прикрытие.

— В сухом остатке вы просите нашу артель сходить на северный склон Лапы Дьявола и поискать вашего племянника на берегу озера? — подытожил я. — Без захода в Хтонь и при вашей доставке на материк и помощи в снаряжении? За двести тысяч на круг?

— Выходит, так, — кивнул Вандерберг.

— Надо брать, — сказал Клаус. — Там места богатые, только мало кто суется. Осмотримся, забросим припасов и инструментов, заимку поставим… Будем считать это пробным выходом. Боевое слаживание — так говорят?

— А когда выходить надо-то? — уточнил я.

— Дирижабль свободен после обеда! — развел руками Вандерберг.

— Осталось два вопроса. — Я глянул на Лангбольцена, который вроде как был у нас за главного. — Даже три.

— Спрашивай, — вздохнул Клаус.

— Найдется ли у вас что-нибудь против хтонических эманаций? И какой-нибудь универсальный защитный амулет с возможностью подзарядки? И вот еще: успеете ли вы с сударынями Гаврииловыми контракт заключить до того, как мы вылетим из Ситки? Я обещал присмотреть за ними и должен знать, что с этой стороны всё в порядке.

— Отвечаю на три вопроса по порядку: поищем; за деньги — да; всенепременно успеем! — откликнулся Вандерберг. — Ист дас гут?

— Яволь! — козырнул я. — Подпишете контракт с Гаврииловыми — и я готов вылетать! Все одно любовь с первого взгляда у меня с Ситкой не получилась. Попробуем со второго раза.

5. ГЕОГРАФИЯ

— А это обязательно — улетать прямо сейчас? — спросила Настасья после того, как подписала контракт и сложила свой экземпляр пополам, чтобы спрятать в папку с документами. — Вон, даже мне еще два дня на обустройство выделили! Зачем вам отправляться именно сегодня?

Я вздохнул, а потом пропел негромко:

— Люди сосланы делами,

Люди едут за деньгами,

Убегают от обиды, от тоски…

А я еду, а я еду за мечтами,

За туманом и за запахом тайги!

Она смотрела на меня чуть прищурившись. Как на идиота глянула, будем называть вещи своими именами. Настя была не из тех девушек, которых можно впечатлить романтикой советских бардов.

— Тошно мне столько времени в железных коробках торчать. Сначала — поезд, потом — ледокол… Здесь, в Ситке, полегче, конечно… Вон, какие сосны в окно стучат! Но… Тянет. Поеду. Что мне здесь — в номере сидеть? — попытался достучаться до нее я. — Понимаешь?

— Ну почему — сидеть? — подняла бровь она.

Гавриилова, очевидно, не понимала. Она за туманом и за запахом тайги ходить не собиралась, ей больше импонировала идея про уютную квартирку, ближайшую кофейню с капучино и круассанами и клуб по выходным. И это, в общем-то, тоже было охеренно в некотором смысле.

Просто не для меня.

— Ла-а-адно, Настя. Я сказал то, что сказал. Через два часа у нас вылет с Японского острова, — сообщил я. — Герр Вандерберг поклялся, что квартирку вам найдут чистую, без клопов и прочих гадов ползучих, недалеко отсюда. На работу на трамвае будете с Дусей ездить, обратно — тоже. Как вернусь — загляну к вам, найду через кхазадов.

— Ты такой вредный, ужас! — заявила девушка. — Противный!

— Что есть, то есть… — признал я. — Пойдем, отдадим твои документы.

— Сама схожу, не маленькая. Что ты со мной нянькаешься? Я тебе кто.?

— Подруга? — предположил я.

Раньше — буквально вчера — она была совсем не против, чтобы я с ней «нянькался».

— Вот и иди, готовься к вылету… Подруга… — Гавриилова явно на меня сердилась.

— Novaer, aniron cened le! — как можно более искренне улыбнулся в ответ я. — Прощай и до встречи!

Развернулся и вышел из их номера. Нужно было собираться!

Моего снаряжения, в принципе, хватало. Разве что вторую пару ботинок местные взять очень рекомендовали. Я и взял в магазине неподалеку — треккинговые, фабричного производства, на мощной подошве. Мои мягкие, эльфийские, могли и не выдержать столкновения с суровой ледяной горной реальностью. Хотя кто знает — внешний вид обманчив, а здешние легенды гласили, что вещи галадрим не знают сносу!