Когда дошли до скрытых работ, старик придвинул лист ко мне.

— Вот тут снимки обязательны. До того, как всё закроют, а не после. И фотографии должны оставаться у нас, иначе потом нам опять покажут стенку и расскажут, что за ней всё прекрасно.

— Напишем, что без осмотра участок не закрывают, — предложила Лена. — Но об этом нас должны предупреждать заранее. Если они позвонят в пятницу вечером и скажут, что через час начинают, мы не успеем.

— А если закроют без нас, в отчёте так и укажем, — сказал я. — Не проверено. Подтверждать чужие слова своей подписью не будем.

Михалыч одобрительно хмыкнул.

— И ещё про доступ добавь. Не пускают на участок, сразу сообщаем Умярову. Бегать за прорабом и просить ключи я больше не намерен, набегался.

Лена внесла пометку, а я поймал себя на том, что мы уже минут двадцать обсуждаем вполне обычную работу. Без анонимных угроз, без чужих тайников. Было даже обидно, что такие разговоры теперь воспринимались как отдых.

Ближе к обеду заглянула Рита и напомнила о звонке Алёны. Я вышел в коридор и набрал её номер.

— Вы успели посмотреть перечень? — спросила она. — Сергей с утра хотел тебе звонить, но я попросила дать вам время разобраться.

— Правильно сделала. Мы как раз убираем из него обещания, которые не сможем выполнить.

— Он сказал, что ты примерно так и ответишь, — в её голосе появилась улыбка. — Максим, нам не нужно, чтобы ты брал на себя всю базу. Но до возобновления работ хотелось бы понять, на кого рассчитывать.

— На опасных этапах должен присутствовать человек, который занимается именно конструкциями. Михалыч сможет проверять его работу, но постоянно дежурить там не будет.

— Хорошо, ищите. Только скажи заранее, если не получится, чтобы мы не выяснили это в последний день.

— Скажу. И в договоре будет записан только тот объём, который мы обеспечим людьми. Остальное добавим позже, если сможем.

Алёна ненадолго замолчала, словно сверялась с чем-то у себя.

— Меня это устраивает. После Кирилла я уже немного устала от людей, у которых на любой вопрос сразу готово «конечно, сделаем».

— У нас это тоже можно услышать, но Михалыч быстро портит впечатление.

Она негромко рассмеялась.

— Тогда передай ему, что я на него рассчитываю. И сам на базу пока не рвись, я звоню не для этого.

Мы попрощались, и пришло время позвонить той, без чьей помощи мне сейчас, к сожалению, не обойтись.

— Алло, Света, не отвлекаю? — спросил я, когда она подняла трубку.

— Смотря насколько у тебя серьёзный разговор, — в её голосе послышалась усмешка. Я слушаю, Максим.

— Нам надо встретиться.

— Ого, вот так сразу? Ты всё-таки рискнул пригласить меня на свидание?

Я вздохну, и она это услышала.

— Ясно, значит, снова по делу? — мне показалось, что в её голосе прозвучала грусть, но она тут же взяла себя в руки. — С другой стороны, ты наконец-то ведёшь себя, как взрослый человек.

— Благодарю за комплимент, — хмыкнул я. — Так мы сможем сегодня встретиться?

— Думаю, да. Было бы неплохо встретиться хотя бы в ресторане Марины. Хоть какая-то романтика.

— Тебе её не хватает?

— Не хватает, Смирнов, но не обольщайся, я способна найти её самостоятельно.

Она явно хотела меня задеть, но по итогу мы оба улыбнулись.

— Договорились, тогда с меня десерт.

— Ловлю на слове, Максим.

Когда я вернулся, Михалыч собирался уходить. Он оставил Лене свои пометки, ещё раз напомнил мне про людей и только после этого надел куртку. Я дождался, пока за ним закроется дверь, и позвонил Скряцкому.

Тот долго не отвечал. В трубке наконец раздался шум, затем его голос, обращённый явно не ко мне:

— Не туда ставь, проход перекроешь! Да не эту, соседнюю! — Он выдохнул и заговорил уже со мной: — Смирнов, что случилось? Только не говори, что опять срочно.

— Людей ищу, Павел Романович. Нужен специалист по конструкциям и человек на контроль работ. Такие, чтобы могли спорить с подрядчиком не только криком, но и фактами.

— А у меня они, значит, под прилавком лежат, завёрнутые? — возмутился Скряцкий. — Ты хоть раз позвони просто спросить, как здоровье.

— Как здоровье?

— Теперь уже поздно интересоваться, ты меня расстроил.

Я усмехнулся и откинулся на спинку стула. Скряцкий ещё кому-то сделал замечание, после чего шум в трубке стал тише.

— На базу Умярова? — спросил он уже без шуток.

— Туда. Но не только на неё, хочу постепенно расширять работу.

— Тогда дешёвыми людьми не обойдёшься. Тот, кто умеет работать, сейчас без дела не сидит.

— Мне не нужен человек, который за небольшую доплату подпишет всё, что принесут. Нужен тот, кто сначала посмотрит.

— Такие тоже подписывают, только денег хотят за то, что посмотрели, — заметил он. — Ладно, приезжай через два дня. Есть у меня пара знакомых, поговорю с ними. Обещать пока ничего не буду.

— Этого достаточно. Спасибо.

— И к чаю что-нибудь привези, раз уж всё равно приедешь по делу, — добавил Скряцкий и отключился.

Лена подняла голову от ноутбука.

— Судя по лицу, тебя не послали?

— Пригласили через два дня и велели привезти вкусняшек. Считаю, переговоры прошли успешно.

— Кстати, о вкусняшках, — она посмотрела на часы. — Ты обедать собираешься или вспомнишь только вечером?

Я тоже взглянул на время. До встречи со Светланой ещё оставалось несколько часов, а желудок уже вполне определённо напоминал, что утренний кофе едой не считался.

— Собираюсь, только закончу вот это.

Лена посмотрела на пустое место передо мной.

— Что именно? Ты даже папку закрыл.

Возразить было нечего. Она вышла и вскоре вернулась с контейнером бутербродов. Один забрала себе, второй положила передо мной.

— Это не полноценный обед, но до ресторана дотянешь. И не говори Светлане, что мы тебя здесь голодом морим.

— Вы уже между собой отчитываетесь?

— Пока нет, но мысль хорошая, — ответила Лена и вернулась к ноутбуку.

В ресторан я приехал на полчаса раньше. Администратор узнал меня и провёл к столику в глубине зала. Светлана уже сидела там, листая телефон. Рядом стояла чашка, к которой она, судя по всему, так и не притронулась.

— Мы вроде на другое время договаривались, — сказал я, садясь напротив.

— Освободилась раньше и приехала сюда, чтобы спокойно посмотреть материалы, — она убрала телефон. — Ты как себя чувствуешь?

— Лучше. Сегодня даже успел поработать, прежде чем начались неприятности.

— Вот с этого места давай подробнее.

Я не успел ответить, потому что к столу подошла Марина. Она осмотрела меня с таким вниманием, будто принимала на работу нового официанта.

— А ты неплохо выглядишь, Максим, — сказала она. — А то Света рассказывала про обрушение, я потом весь вечер думала, как тебя отучить лезть туда, откуда все нормальные люди уходят.

Светлана подняла на неё глаза.

— Марин, ты сама прочитала новость и прислала её мне с вопросом, не наш ли это Смирнов.

— Значит, ты подтвердила, — Марина без смущения поправила салфетницу. — Я могла перепутать подробности, волновалась.

— Я пока на стройки не езжу, — сказал я. — Сегодня весь день сижу над договором, можешь не переживать.

— За договор я тоже немного переживаю, но уже по другой причине, — ответила она и улыбнулась. — Ладно, не буду мешать. Закажите что-нибудь поесть, а не только кофе, здесь вообще-то ресторан.

Когда она отошла, Светлана проводила её взглядом и покачала головой.

— Заботливая у меня заказчица, — заметил я.

— Любопытная у тебя заказчица. Она уже неделю пытается выяснить, встречаемся мы или только обсуждаем уголовные дела.

— И что ты ей отвечаешь?

— Что у неё остывает обед, — Светлана подвинула мне меню. — Закажи что-нибудь, потом поговорим. Я тоже с утра толком не ела.

Мы выбрали еду, дождались, пока официант уйдёт, и я показал фотографии серой машины. Рассказал, где её видели и почему наблюдатели решили, что номера менялись. Светлана увеличила один снимок, затем вернулась к предыдущему.