Вчера она почти не усиливала себя энергией. Значит, действительно собиралась принять удар.

Ирина чуть развела мечи.

— Я почувствую. Бей прямо по мне.

Я несколько секунд молча смотрел на неё. Да, предел Зарождения духа. Да, вчера она играючи разбила мой Барьер и не дала попасть по себе ни одной атакой. Но одно дело отбить клинок, траекторию которого я постоянно корректирую, из-за чего сила удара ощутимо падает, и совсем другое — принять в лоб максимально раскрученное лезвие на чудовищной скорости.

— Вы уверены? При ударе я раскручиваю лезвие до огромной скорости. Точно сумеете заблокировать такую атаку?

Ирина даже не моргнула.

— Я жду.

Ну хорошо. Сама попросила. Я пожал плечами и достал из инвентаря одно из летающих лезвий. Двусторонний клинок завис перед ладонью.

Затем направил в металл Ци. Золотая энергия быстро покрыла лезвие, становясь плотнее. Я продолжил насыщать оружие, пока не упёрся в лимит ёмкости. После этого начал его раскручивать.

Скорость быстро выросла. Кромки сначала начали расплываться, а затем почти слились в единый вращающийся контур. Воздух вокруг оружия загудел, но я продолжил разгон.

В какой-то момент почувствовал, что быстрее разогнать не смогу. Это предел.

Я поднял взгляд. Ирина стояла всё там же. Ноги чуть шире плеч, корпус чуть наклонён вперёд, оба меча перед собой. Алая Ци на оружии и теле не дрожала и не меняла плотность. Я кивнул и выпустил лезвие.

Оно сорвалось с места настолько резко, что я успел увидеть лишь золотой росчерк. Ирина мгновенно свела мечи.

Один клинок оказался чуть впереди, второй позади него под углом. Вращающееся лезвие угодило в плоскость переднего меча почти в центре. Грохот ударил по ушам.

Подошвы Ирины коротко проскользнули по бетону почти на метр, но стойка даже не изменилась. Колени лишь немного согнулись, корпус сохранил положение, а руки не ушли назад ни на сантиметр больше необходимого.

Моё лезвие продолжало бешено вращаться, упираясь в меч. Золотая и алая Ци столкнулись в одной точке и разбрасывали бешеные красные искры и золотые молнии. Ирина пару секунд держала блок в таком положении, а затем слегка довернула кисть. Плоскость меча изменила угол.

Летающее лезвие мгновенно сорвалось с линии, пролетело несколько метров в сторону и врезалось в голубой барьер. По защите прошла яркая волна, клинок отскочил и начал терять скорость. Я сразу перехватил его телекинезом, не дав устроить множественный рикошет.

Затем вернул к себе, погасил беспорядочное вращение и убрал лезвие в инвентарь. Ирина тоже прекратила поддерживать алый покров. Энергия исчезла с тела и мечей, после чего оба клинка отправились в её инвентарь.

— Что скажете? — поинтересовался я.

Она слегка задумчиво посмотрела на меня.

— Сильный удар. Примерно вдвое мощнее твоего усиленного луча Ци.

Я невольно поднял брови. Вдвое — это очень хорошо. Лучом я на экзамене убивал тварей на пределе D-ранга. Значит, с псионикой могу замахнуться и на С-ранг. Но не успел я раскатать губу, как следующая фраза быстро вернула меня с небес на землю.

— Однако этого мало, — добавила Ирина. — Монстра C-ранга таким не убить.

Я хмуро кивнул.

Получается, даже мой самый мощный псионический удар, примерно вдвое превосходивший усиленный луч, всё равно остаётся ниже необходимой планки. Разница между пределом D-ранга и полноценным C-рангом оказалась больше, чем я думал.

— Я догадывался. Но всё же надеялся на обратное.

— Ты понимаешь свои пределы, — одобрительно кивнула Ирина. — Для бойца это отличная черта. Но твари C-ранга сильно отличаются от D.

Я с любопытством посмотрел на неё.

— Насколько сильно? Неужели их можно убить только на Зародыше?

Ирина на пару секунд задумалась.

— Это зависит от бойца, но в большинстве случаев — да. Что касается самой разницы… Ты сражался с монстрами на пределе D-ранга?

Я кивнул.

— Сражался. Одного победил с большим трудом, и то только потому, что он был медленным для такого уровня. Другого, более быстрого, смог лишь ранить. Не уверен, что тогда вообще сумел бы с ним справиться.

Впервые за разговор в её лице появилось заметное удивление.

— Но в результатах твоего отбора указано, что ты убил четверых на пределе D-ранга.

— Всё так, — кивнул я — Но на отборе я уже пользовался техниками Ци. Без них результат был бы куда печальнее.

Ирина медленно кивнула.

— Понятно. Ты используешь неизвестную мне технику для усиления и ускорения тела. Она и дала тебе нужную скорость против тех монстров.

Я улыбнулся.

— Зрите в корень, наставница. И барьер очень сильно выручал. Особенно против дальнобойных умений сильных тварей.

— В общем разница между С-ранговой тварью и пределом D-ранга, примерно такая же, как между самыми слабыми монстрами Е и самим пределом D.

Я кивнул и задумался. Теперь картинка стала куда яснее. Когда я уже мог убивать даже сильных монстров ранга E, на того же синего льва даже не подумал бы нападать. Тогда эта тварь разорвала бы меня на куски за долю секунды.

Пока я думал, Ирина отключила барьер и посмотрела на меня.

— Теперь можно приступать к тренировкам.

Голубой слой на стенах начал меркнуть. Я вопросительно посмотрел на неё.

— Продолжим на площадке у твоего дома.

— Хорошо, — кивнул я.

Почему именно там, она не объяснила. А я спрашивать не стал. Программа тренировок — её работа и Ирина явно знает в ней толк. А мне остаётся лишь впитывать знания и смотреть, что из этого получится.

Мы вышли из зала, поднялись по лестнице и покинули здание.

После закрытого помещения утренний воздух показался особенно свежим. Солнце уже поднялось достаточно высоко, но жары не было. Центральная часть лагеря сегодня выглядела заметно оживлённее, чем вчера. Несколько студентов шли к учебному корпусу, а двое мужчин в форме преподавателей двигались по дорожке между центральными зданиями.

Мы с Ириной направились к жилому кольцу первого курса.

Навстречу, со стороны главного выхода двигалась небольшая группа студентов. Сначала я скользнул по ним взглядом и почти сразу отвернулся. Но через несколько секунд заметил зелёные полосы на форме и цифру два на плече. Второй курс. Значит, не все старшие разъехались на каникулы.

Двое впереди почти синхронно посмотрели на Ирину. Один что-то тихо сказал соседу. Третий человек повернул голову в нашу сторону. А потом все трое перевели взгляд с Ирины на меня. Я слегка нахмурился.

Мы продолжали идти. Расстояние быстро сокращалось. Остальные студенты в группе не проявляли особого интереса, зато эти трое явно обсуждали именно нас. Когда мы почти поравнялись, высокий рыжий парень произнёс достаточно громко, чтобы фразу услышали все, кто был рядом:

— У Кроу появился новый ученик. Интересно, он закончит так же, как её клан?

Я нахмурился сильнее и невольно замедлил шаг. Слишком уж нагло это прозвучало. Ирина сразу посмотрела на меня и едва заметно качнула головой. Я ничего не сказал, лишь недовольно цокнул и снова ускорил шаг. Если ей всё равно, устраивать конфликт из-за чужого языка действительно бессмысленно.

Сзади почти сразу прозвучал другой голос:

— Хан, прекрати.

— Виктор, но почему? — с насмешкой ответил первый. — Всем же известно, что все Кроу — мерзкие твари, которые предали своих покровителей. Ей стоило повторить судьбу своих родителей, вместо того, чтобы позорить ещё и элитный лагерь.

Я краем глаза посмотрел на Ирину. Лицо не изменилось. Всё та же холодная невозмутимость, с которой она вчера разбивала мои атаки одну за другой. Только правая рука сжалась в кулак. Пальцы сомкнулись так сильно, что костяшки побелели. Я остановился. Вот такое уже нельзя терпеть.

Ирина прошла ещё полшага и тоже замерла. Я медленно повернулся к рыжему.

— Как по мне, именно ты здесь самая мерзкая тварь.

Разговоры вокруг мгновенно стихли. Несколько человек из его группы одновременно посмотрели на меня. Ирина едва коснулась моего локтя.