Но чем бы мне это ни казалось, пора было начинать, пока не придумал себе очередную причину посидеть здесь подольше. Собравшись с духом, я поднялся и подхватил лежавший под ногами камень, на секунду задержав его в ладони.

Мысленно повторил маршрут до ловушки, стараясь вспомнить все места, где придётся сворачивать, после чего размахнулся и бросил.

Камень пролетел по широкой дуге и угодил прямо в выставленное кверху пузо. Секач дёрнулся, недовольно взвизгнул и с неожиданной для такой туши резвостью вскочил на ноги, начав оглядываться.

Ага, а вот это он сразу почувствовал! А то я, было, стал думать, чтобы еще применить, дабы привлечь внимание этой тушки.

Пока он искал нарушителя спокойствия, облепившая его грязь стремительно каменела. Влажный блеск исчезал прямо на глазах, уступая место грубым серым пластинам, которые наползали друг на друга и заковывали монстра в каменные доспехи. Вот теперь он совсем перестал казаться милым.

— Эй, свинтус! — выкрикнул я, привлекая его внимание. — Выходы один на один!

Тварь моментально повернула голову, уставившись на меня своими глазами-бусинками. Что именно ей не понравилось, я так и не понял: то ли разобрала слова, то ли просто не любила людей, которые швыряются камнями. Возможно, всё сразу, но результат в любом случае был налицо.

Секач взревел с такой силой, что от него во все стороны рванула звуковая волна. Деревья вокруг низины качнулись, где-то затрещала древесина, а мне заложило уши и ударило в лицо тёплым воздухом, пропитанным зловонным дыханием твари.

— Так, на этом моменте я вроде должен начать бежать, — пробормотал я себе под нос.

Дожидаться, пока монстр наберёт скорость, не стал. Развернувшись, рванул в сторону ловушки, до которой предстояло бежать целых двадцать минут, а за спиной уже загрохотали копыта.

Едва я успел проскочить между деревьями, как сзади раздался треск, больше похожий на взрыв. Мазнув взглядом через плечо, увидел, как секач вылетел из оврага, разнеся в щепки ствол, за которым я только что прятался. По полностью покрытому грязью склону эта махина взобралась за считаные секунды.

И ведь не поскользнулась, скотина! Я на обратном пути несколько раз едва не навернулся, а ей хоть бы что.

Монстр мотнул башкой, сбросив застрявшую на бивне корягу, и огляделся в поисках меня. К этому моменту я уже успел оторваться на добрую сотню метров, чему и сам изрядно удивился. Вот что делает правильная мотивация: мне казалось, что мировой рекорд из прошлой жизни сейчас был побит с солидным запасом.

Секача, правда, мои успехи явно не обрадовали. Заметив беглеца, он снова взревел и бросился следом, не особо выбирая дорогу.

Первое дерево на его пути треснуло и повалилось набок, второе тварь задела плечом, содрав кору вместе с куском древесины. Я же нырнул между стволами, перепрыгнул торчавший из грязи корень и тут же ушёл в сторону, пока за спиной с оглушительным хрустом рушилось очередное препятствие.

Лес всё-таки немного его задерживал. Не настолько, насколько мне хотелось бы, но этих коротких заминок пока хватало, чтобы держать дистанцию. А большего я сейчас и не просил.

Под ногами хлюпала грязь, из которой приходилось вырывать сапоги на каждом шаге. Там, где удавалось наступить на более плотную землю, я прибавлял ходу, но стоило попасть на размокший участок, как ноги начинали разъезжаться. Приходилось контролировать каждое движение на все сто десять процентов, потому что даже представить, чем закончится падение, было страшно.

Особенно мешала подрагивающая земля. Стоило секачу подобраться ближе, как почва начинала ходить ходуном под ногами, заставляя заново ловить равновесие. И всё это на бегу, среди коряг, под оглушительный треск леса, который тварь сносила у меня за спиной.

Очень быстро стало не до рекордов. Лёгкие горели, дыхание сбилось, а я продолжал гнать себя вперёд, заставляя ноги работать ещё быстрее. Двадцать минут звучали вполне терпимо, когда я сидел за деревом и прикидывал расстояние. Сейчас же думать обо всем этом не хотелось — лишь бы добраться до цели.

В какой-то момент вся дорога сузилась до нескольких метров перед глазами. Выбрать место для ноги, проскочить между стволами, не зацепиться за очередную корягу — на что-то большее внимания уже не хватало. Стоило замедлиться хоть на миг, как грохот за спиной становился ближе и подгонял лучше любых уговоров.

Когда впереди наконец показался просвет между каменными склонами, я едва не рассмеялся от облегчения. Вылетев из леса на дорогу, проскользил пару метров по грязи, с трудом удержался на ногах и тут же метнулся к навесу.

Буквально через пару секунд следом выскочил монстр. Только повернуть так же быстро он не сумел и с размаху влетел башкой в торчавший на склоне валун, размером с машину.

Грохнуло так, что я непроизвольно втянул голову в плечи. Камень раскрошился, осыпая дорогу обломками, а секач остановился, замотав башкой. Похоже, даже его этот удар на мгновение привёл в замешательство.

Я с огромным удовольствием воспользовался бы этой заминкой, чтобы перевести дыхание. Вот только до ловушки оставалось ещё метров сто пятьдесят, а между мной и монстром теперь тянулась чистая прямая. Ни деревьев, ни каких-либо других препятствий, за которые можно было бы спрятаться.

Тварь быстро пришла в себя и вновь уставилась на меня. Я успел заметить, как она подалась вперёд, после чего отвернулся и притопил ещё сильнее.

Холодный воздух обжигал лёгкие, в которых, казалось, и без того уже полыхал пожар. Сапоги шумно хлюпали по грязи, ноги отказывались ускоряться, а я всё равно пытался выжать из них хоть что-нибудь ещё. Сзади задрожала земля, и многотонная туша с грохотом понеслась следом.

Больше я не оглядывался. Навес, необходимый мне, приближался, но слишком медленно, а вот удары копыт за спиной, наоборот, становились всё громче. Вильяма я не видел и даже не пытался искать взглядом, оставляя все силы на бег.

Сквозь расплывающееся зрение вдруг проступила тёмная полоса, натянутая поперёк дороги. Верёвка шла на уровне моего пояса прямо перед навесом, и я едва успел сообразить, насколько близко уже к ней подбежал.

Оттолкнувшись, перепрыгнул верёвку и на удивление удачно приземлился на ноги. От удара зубы клацнули, но останавливаться я и не думал. Да и не смог бы, даже если бы захотел, ведь меня по инерции несло дальше, прямо под нависшие над дорогой камни.

Кинув взгляд за спину, я успел увидеть, как секач на полном ходу влетел в верёвку. Она с треском натянулась, и я уже ожидал, что сейчас лопнет, но та каким-то чудом выдержала.

Передние ноги твари подломились, и здоровенная туша с размаху впечаталась мордой в грязь. Монстр пропахал её перед собой, продолжая нестись следом уже без помощи копыт, а я судорожно дернул щекой. Расстояние между нами всё равно было слишком маленьким.

И тут надо мной качнулась тень. Раздался низкий грохот, и каменный навес начал заваливаться вниз.

На мгновение мне показалось, что всё происходит как в замедленной съёмке. Массивная плита накренилась, увлекая за собой остальные глыбы, сверху посыпались комья земли вперемешку с обрывками корней. Я же всё ещё скользил под этой грудой, прекрасно видя, сколько камня сейчас собирается опуститься мне на голову.

Попытался ещё сильнее продвинуться вперёд, хотя вряд ли это могло хоть как-то помочь. Край навеса прошёл за мной, обдав мощным порывом ветра, и буквально в следующий миг сзади грохнуло так, что землю подбросило.

Меня невольно протащило дальше по грязи, пока каменный завал целиком накрывал секача. Обломки ударялись друг о друга, трещали, скатывались в стороны, и какое-то время я даже не понимал, закончился обвал или нет.

Когда всё наконец стихло, я остановился и тут же опустился на землю, уставившись в небо между склонами. Вокруг стояла тишина, но слышать её толком не получалось. Сердце, словно барабан, колотило в грудную клетку и отдавалось в висках.