— Свобода, — довольно протянул я, расправляя затёкшие плечи, после чего открыл глаза и обвёл взглядом окрестности. — Ну и где там моя кре… пость?

Последнее слово вышло уже куда менее уверенно, а увиденное вообще вызывало вопросы.

Я несколько секунд молча смотрел вперёд, пытаясь сопоставить увиденное с тем, что было написано в документах. Потому что крепостью передо мной называлось нечто, что очень давно перестало соответствовать этому слову.

Трёхметровая каменная стена, которая должна была защищать внутренний двор от врагов, практически исчезла. В одних местах она обвалилась до основания, оставив после себя только груды серого камня, в других сохранилась примерно до человеческого роста, а целых участков набиралось от силы процентов на тридцать.

То есть защитить эта стена сейчас могла разве что от особенно ленивого путника, которому было бы влом перелезать через камни.

За многочисленными провалами виднелись крыши одноэтажных построек, и выглядели они ничуть не лучше. Где-то не хватало нескольких досок, где-то зияли целые дыры, а одна крыша вообще заметно просела посередине и держалась, похоже, исключительно из упрямства.

Я медленно провёл взглядом по развалинам.

Вообще-то, согласно подписанным бумагам, здесь должны были находиться мои подданные. Только вот как в этом вообще мог кто-то жить?

— Может, было бы лучше, если бы вы меня тогда не спасли и ростовщики продали меня в рабство? — задумчиво спросили из-за правого плеча. Вильям уже успел выбраться из кареты и теперь с тем же выражением смотрел на остатки крепости. — Это было бы гуманнее.

Я медленно повернул к нему голову.

Улыбка на моём лице, судя по тому, как он тут же нахмурился, получилась довольно красноречивой.

— Я что, сказал это вслух? — уточнил Вильям и перевёл взгляд обратно на развалины.

Сожаления в его голосе при этом не слышалось ни на йоту.

— Раньше надо было думать, — фыркнул я, окончательно разворачиваясь к нему. — Теперь уже не отвертишься.

— Да я и не собирался, — пожал он плечами и как ни в чём не бывало снова принялся разглядывать крепость.

От его спокойствия даже захотелось чем-нибудь запустить в этого оптимиста, но я ограничился тяжёлым вздохом.

После этого вновь посмотрел на своё новообретённое хозяйство.

Ладно, Мишаня. В прошлой жизни ты был отличным кризисным менеджером и вытаскивал компании из таких передряг, после которых владельцы уже мысленно примеряли петлю.

Здесь ничего принципиально не изменилось.

Просто вместо компании у меня теперь крепость.

Мысленно произнеся это, я даже почувствовал себя немного лучше. Тем более теперь у меня появился ещё один инструмент, ради которого я вообще так стремился добраться до собственных земель.

И система словно только и ждала, пока я наконец это осознаю, и перед глазами вспыхнули знакомые голубоватые строки.

[Полученные владения частично соответствуют минимальным требованиям!]

[Функционал Системы Лорда расширен!]

[Доступно: Оценка]

[Новое! Владения]

[Недоступно: Строительство, Управление территориями, Торговля]

Я пробежался взглядом по появившимся строкам и задержался на новом разделе.

«Ну наконец-то», — довольно подумал я, уже мысленно потирая руки.

После нескольких лет ожидания система наконец перестала быть красивой табличкой с единственной доступной функцией и начала превращаться во что-то, действительно, полезное.

С последним выводом я, пожалуй, немного погорячился. Единственная доступная до этого функция оказалась куда полезнее, чем могла показаться на первый взгляд, и напоминание о ней сейчас стояло прямо рядом со мной.

Я скосил взгляд на Вильяма и мысленно произнёс:

«Оценка».

Над головой друга тут же вспыхнули голубоватые строки.

[Имя: Вильям]

[Потенциал: Командир Рыцарей+]

[Отношение: Верный друг]

[Преданность: Высокая]

Этот результат я увидел ещё несколько лет назад и тогда долго не мог поверить системе. Потенциал стать Командиром Рыцарей просто за счет своих навыков и умений встречался у одного человека на сотню тысяч, а достигнув своего предела, такой боец мог на равных тягаться с сильнейшими магами. Разумеется, если собирал под себя отряд.

Неплохо для парня, которого когда-то собирались продать в рабство за долги семьи. Особенно учитывая, что теперь этот редчайший талант по собственной воле стоял рядом со мной и разглядывал нашу полуразрушенную крепость.

Я ещё раз посмотрел на Вильяма. Тот как раз задумчиво пнул носком сапога небольшой камень и продолжил изучать развалины с таким видом, словно над его головой не висела табличка «будущая ходячая катастрофа для вражеской армии».

Кучер тем временем развернул карету и сразу уехал обратно. Его дело на этом было закончено, да и заплатил я за последний отрезок пути вполне достаточно, чтобы больше вопросов ко мне не было. Ну а сам я не стал себя обременять лишним грузом в последнем поселении обменяв все на деньги.

Я мысленно убрал окно «Оценки», а проверку новой функции решил отложить на потом, для начала познакомившись с местными жителями, и направился к воротам. Вильям без лишних вопросов пошёл следом, а через несколько минут мы уже оказались внутри крепости.

Изнутри ситуация выглядела ничуть не веселее.

От ворот вглубь тянулась единственная более-менее различимая улица, по обеим сторонам которой стояли одноэтажные каменные и деревянные дома. Большая часть выглядела заброшенной.

Выбитые ставни, просевшие крыши, потемневшие от времени стены, местами заросшие травой проходы между зданиями.

Под ногами хрустели мелкие камни и сухие ветки. Где-то ветер болтал сорванную ставню, и та размеренно постукивала о стену, добавляя этому месту ещё немного уюта уровня «кладбище после нашествия».

— М-да, — протянул Вильям, рассматривая очередной дом с провалившейся частью крыши.

Он ничего больше не добавил, но одного выражения его лица вполне хватало, чтобы понять отношение к увиденному.

— Даже не начинай, — предупредил я и продолжил идти вперёд.

После его предложения насчёт рабства второй заход на эту тему мне сегодня был совершенно не нужен.

Чем дальше мы проходили, тем сильнее меня мучил один вопрос.

Где все?

В документах совершенно точно значилось, что на территории крепости постоянно проживали подданные. Числа там точного не было, но должен же быть хоть кто-то!

И вскоре мы наконец нашли потеряшек. Из одного из домов впереди открылась дверь, и наружу вышла женщина с широким деревянным тазом в руках.

Сам дом на фоне остальных выглядел почти дворцом. Крыша оставалась целой, окна были закрыты ставнями, а вокруг двери даже не торчали куски сгнивших досок.

Женщина сделала несколько шагов и только после этого заметила нас, после чего тут же замерла посреди двора.

Руки сильнее сжали края таза, плечи напряглись, а взгляд быстро прошёлся сначала по мне, затем по Вильяму и по весящим на наших поясах мечам. Через мгновение женщина слегка повернула голову в сторону дома, продолжая следить за нами краем глаза.

— Дементий! — громко крикнула она, и голос разнёсся между пустующими постройками. — У нас гости!

Из дома почти сразу вышел мужчина лет тридцати. Худощавый, жилистый, с обветренным лицом, из-за которого выглядел заметно старше своих лет, он был одет в грубую льняную рубаху, подпоясанную верёвочным поясом, свободные штаны и стоптанные кожаные сапоги. Ткань на локтях, коленях и боку держалась на заплатках разных оттенков, словно одежду чинили столько раз, сколько она вообще существовала.

Увидев нас, мужчина тут же нахмурился и потянул правую руку за спину. Что именно там находилось, я рассмотреть не успел, потому что рядом едва заметно звякнул металл.