Да, Тарн не преувеличивал. Пока эта тварь барахтается в своей луже, ковырять её мечом можно долго. Особенно, если учесть, что спокойно стоять и ждать, пока мы найдём удобное место для удара, она вряд ли собиралась.

Вильям присел за стволом рядом со мной и тоже аккуратно выглянул вниз. Несколько секунд понаблюдав за секачом, он вернулся обратно и вопросительно посмотрел на меня, ожидая дальнейших указаний.

Я ещё раз глянул на монстра, прикинул пришедшие в голову идеи и выбрал самый очевидный вариант. Повернувшись к другу, негромко предложил:

— Ну что, на «камень, ножницы, бумага» решаем, кто будет выходить с ней махаться один на один?

Вильям уставился на меня с таким возмущением, что я едва не рассмеялся. Даже говорить ничего не требовалось, ведь вопрос: «Ты совсем охренел?» читался на его лице предельно ясно.

— Что, боишься проиграть? — хмыкнул я.

Друг лишь прищурился, продолжая смотреть на меня. Видимо, ждал, когда я наконец закончу нести чушь и перейду к делу.

— Нет в тебе авантюрной жилки, — цыкнул я и, не дождавшись ответа, продолжил: — Ладно, раз тебе этот план не нравится, предлагаю устроить монстру ловушку.

В целом я больше полагался как раз на этот вариант.

— И как ты предлагаешь это сделать? — впервые за разговор подал голос Вильям.

Говорил он шёпотом, стараясь не привлекать к нам лишнего внимания, и подобная осторожность была мне по душе. Под ногами ощутимо подрагивала земля, хотя секач всего лишь валялся в грязи. Что тут начнётся, если он решит с кем-нибудь сразиться, проверять не хотелось.

И вообще, лезть к нему на его условиях было бы глупо. Я же не собирался здесь собой так рисковать.

— Пока мы шли, я заметил тропинку между двумя каменными склонами, — пояснил я, кивнув в сторону, откуда мы пришли. — И там есть один очень удобный каменный навес.

— Хочешь туда заманить тварь? — моментально догадался Вильям.

— Надо посмотреть, получится ли обвалить этот навес, — пожал я плечами. — Если нет, придумаем что-то другое.

План был элементарным, так что долго объяснять его не пришлось. Вилл согласно кивнул, и мы уже начали подниматься, когда секач с новой силой бухнулся в грязь.

Земля под ногами содрогнулась, отчего сапоги поехали по размокшему склону. Я успел ухватиться за торчащий из ствола сук и удержался, краем глаза заметив, что друг вцепился в соседнюю ветку. Ещё бы немного, и наблюдать за монстром пришлось бы уже лёжа в грязи.

Выпрямившись, я с недовольством посмотрел под ноги. Сначала казалось, что почва здесь такая сырая из-за густых крон и дождя, пусть с него и прошло уже больше недели. Солнце в эту чащу почти не пробивалось, да и ветра не было, так что высыхать земле приходилось долго.

Однако теперь, после очередного толчка, в голову пришла другая мысль. А что, если дело не только в погоде? Тварь постоянно выпускала ману, превращая грязь на себе в камень, и вполне могла заодно рыхлить почву вокруг, не давая ей подсохнуть и схватиться коркой.

Для секача это было бы очень удобно. Не нужно искать новую лужу, когда старая высохнет, если можно поддерживать её самому и восстанавливать броню, сколько угодно. Конечно, пока это лишь догадка, но выглядела она вполне правдоподобно. Все же если в природе животные приспосабливаются к месту обитания самыми разными способами, то почему бы и магическим тварям этого не делать?

Ни в книгах об этом не упоминалось, ни Тарн ничего подобного не рассказывал. Я бы с удовольствием понаблюдал подольше, только сейчас перед нами стояла совсем другая задача. Поэтому, оставив любопытную мысль на потом, отступил от ствола и направился обратно в лес вслед за Вильямом.

Пока мы пробирались между деревьями, сзади ещё доносилось довольное хрюканье вперемешку с грохотом. Постепенно звуки стали тише, но расслабляться я не спешил, придерживая мешавшие ветки и всматриваясь в заросли впереди. Секач секачом, а других тварей в этом лесу тоже хватало.

Вильям шёл рядом, готовый в любой момент выхватить меч, и я держал руку поближе к своему. После всех наших прогулок уже подспудно ожидал, что сейчас из кустов что-нибудь выскочит и всё опять пойдёт по одному месту. Уж слишком часто нам «везло» на неприятности, чтобы просто взять и спокойно дойти куда требуется.

Однако в этот раз никто так и не напал. Мы перебрались через очередной поваленный ствол, обогнули густые заросли и вышли к знакомому склону без единого происшествия. Даже непривычно как-то.

То ли удача наконец решила нам улыбнуться, то ли местные монстры предпочитали не заходить туда, где прописался секач. Во второе верилось куда охотнее, особенно после того, что мы только что видели. Я бы на их месте тоже держался от такого соседушки подальше.

Впрочем, почему нас никто не попытался сожрать, можно было подумать и потом. Сейчас гораздо больше интересовало, получится ли воспользоваться замеченным навесом, который при первом взгляде показался мне подходящим для ловушки.

Тропинка проходила между двумя каменными склонами, сжимавшими её с обеих сторон. Справа скала поднималась почти отвесно, а слева над дорогой выдавались здоровенные глыбы, образуя широкий навес. Под ним темнела размокшая земля с утонувшими в ней камнями, дальше проход немного изгибался и скрывался за выступом.

Запрокинув голову, я прикинул размеры секача. Пройти под навесом он должен был спокойно, а вот места, чтобы метнуться в сторону, здесь почти не оставалось. Если удастся сбросить на него камни, отвернуть ему будет некуда.

Только сначала стоило понять, можно ли их вообще сбросить. Снизу всё выглядело достаточно внушительно, и, будь перед нами цельный кусок скалы, затея закончилась бы ещё до того, как началась. Ни я, ни Вильям такими ударами похвастаться пока не могли.

Обойдя выступ сбоку, мы начали подниматься по склону. Приходилось придерживаться за камни и корни, чтобы не съехать обратно, зато уже отсюда стало видно, что навес состоял из отдельных глыб. Они лежали вплотную друг к другу, местами наваливаясь на соседние, и были оплетены корнями росших выше деревьев.

Землю между камнями вымыло, оголив толстые тёмные жгуты, которые уходили в трещины и появлялись с другой стороны. Поднявшись повыше, я присел рядом с одним из таких переплетений и заглянул за ближайшую глыбу. Между ней и склоном проходила щель, а снизу камень уже почти ни на что не опирался.

Так, а вот это уже интересно. Чем внимательнее я осматривал навес, тем яснее становилось, что от падения его удерживают фактически одни корни. Они охватывали камни со всех сторон и крепко связывали их с деревьями наверху, не давая всей этой груде рухнуть на дорогу.

Перерубить их и навес обвалится сам. Причём глыбы здесь были такие, что, даже стоя рядом, я невольно старался не наваливаться на них лишний раз. При мысли, как всё это полетит вниз, настроение начало улучшаться.

Броня у секача, конечно, крепкая, но ведь и мы собирались уронить на него далеко не маленький булыжник. Под таким весом даже его каменная корка должна была проломиться. А если тварь не сдохнет сразу, то как минимум получит серьёзные ранения и окажется придавленной, дав нам с Вильямом время подойти и добить её. И это всё всяко лучше, чем встречаться с мана-зверем в открытом поле.

Честно говоря, лучшего места и искать не требовалось.

Я осторожно выглянул вниз, ещё раз оценил проход и уже собирался поделиться выводами с другом, когда взгляд вновь зацепился за корни. Вот тут и обнаружился маленький неприятный нюанс.

Их было слишком много. Толстые жгуты плотно переплелись между собой, под ними шли другие, а те, что на первый взгляд казались тонкими, дальше сливались в тугой пучок. Просто махнуть мечом разок и отправить секачу подарок на голову, увы, не получится.

Значит, тому, кто останется наверху, придётся изрядно постараться, причём времени у него будет в обрез. Пока один бежит по тропинке, второй должен успеть перерубить всё необходимое и обрушить навес. Замешкается хоть немного и приманка попадёт монстру на бивни быстрее, чем на него свалится первый камень.